18+
пятница, 9 декабря
Общество

Волжский Титаник как веселое приключение

Для Сюкеева и окрестных мест гибель «Булгарии» — такое же «телевизионное» происшествие, как и для москвичей

  
25

Теплоход «Булгария» утонул. Тела некоторых погибших еще на дне. МЧС предпринимает попытки поднять корабль; дело это непростое. Корабль большой, старый и тяжелый. Лежит на глубине то ли 13, то ли 15 — есть разные данные — метров. К месту трагедии прибыли краны и журналисты, которых, как на экскурсию, по нескольку раз в день возит в центр водохранилища патрульный катер. Журналистов много, а катер один.

Перед посадкой капитан катера шепчет руководителю пресс-центра МЧС Андрею Родыгину: «Считай их внимательнее, чтобы не было перегруза, а то будет у нас второй „Титаник“», - словно забывая, что второй «Титаник» («волжский», как его назвали) уже лежит неподалеку на грунте.

Журналистам весело. Они приехали из разных городов и стран в служебные командировки. У них камеры, фотоаппараты, навороченные телефоны и планшеты. Они улыбаются, ветер развевает их волосы, по сторонам живописные берега (которых иногда вообще не видно). Они снимают друг друга на фото и телефоны — на память. Китайцы, поляки — немного знающие русский, они что-то спрашивают о крушении, но настроение у всех почти прогулочное. Наверное, почти так же было и на самой «Булгарии».

Как ни считали журналистов, все равно получился перегруз. И все равно плывем. Всех просят не собираться на одном борту, а лучше вообще не ходить, а сидеть на местах (которых — оборудованных — нет).

На месте, где затонул теплоход, стоят две баржи с гравием — для того, чтобы ветер не задувал. Прибывшие краны уже опустили ржавые крюки в глубину, где специалисты-водолазы пытаются подсунуть под лежащее на боку судно специальные стальные полотенца. Их и будут потом цеплять этими крюками.

Ближайшая — с субботы на воскресенье — ночь уйдет на то, чтобы перевернуть корабль и придать ему положение, как будто он не под водой, а на воде — так называемый «ровный киль». Сам подъем, говорят сотрудники МЧС, будет длиться часа три, но до этого пока еще далеко.

Над водой торчит корма шлюпки, которую не успели, видимо, полностью отшвартовать от тонущей «Булгарии». Один конец отвязать успели, второй — уже нет. Теперь шлюпка, как поплавок или буёк, указывает место трагедии. Кусочек шлюпки все тоже активно снимают. Впрочем, процесс съемки всем быстро надоедает. Ведь ничего, по сути, не происходит — для журналистов это гарантирует скуку. Все разбредаются по палубе новенького морского судна «Сосновка-1», на который нас пересадили, и тоскливо ожидают, когда за всеми вернется патрульный катер.

Через полчаса он появляется. Журналисты грузятся, весело переговариваются — опять перегруз, и опять плывем. Все снова фотографируются, но быстро утомляются. Кто-то с задумчивым видом смотрит вдаль, другие курят, пьют водичку, продолжают болтать. От берега до места трагедии километра два — но плывем минут 35−40, потому что база МЧС, откуда мы прибыли, находится довольно далеко — в затоне имени Куйбышева. Берега напротив места крушения негостеприимны — каменистые склоны, почти скалы. А несколькими километрами правее — песочек и удобный пляж. Там и стоит городок спасателей, куда со всех концов, как мотыльки на свет, слетаются журналисты.

Летняя Волга в хорошую погоду — надо сказать, действительно не хуже Крыма, да что там Крым — почти Лазурный берег. Высокий правый берег скалами обрывается в бескрайнее водное зеркало, а за кормой водолазного бота кружат классические белокрылые чайки. Даже не верится, что ровно неделю назад в этих самых идиллических декорациях вода поглотила больше сотни человек, вышедших на приятную речную прогулку.

Вода, впрочем, здесь неласковая: довольно холодная — редко теплее 20 градусов — и сильно цветущая. «Когда здесь еще не подняли водохранилище — говорят, вода была лучше», — рассказывает Сергей, пожилой рыбак, выгружающий из старенькой «Казанки» утренний улов. Судаки, окуни и сомики, которые через пару дней будут на московских прилавках, пойманы как раз на «том самом» месте. Кроме рыбы, за прошедшую неделю рыбацкие сети не принесли ни тел, ни других артефактов крушения.

Менталитет

Поразительно, но немаленькое судно сгинуло практически бесследно — если не считать уже описанной полуотвязанной шлюпки, торчащей из воды. Команды спасателей 16 июля, как рапортовали руководители операции, еще прочесывали прибрежные леса и острова — но надежда на чудо настолько призрачна, что никто уже и не надеется. 79 спасенных (все — за первые сутки с момента крушения), 114 опознанных погибших, еще 15 человек пока числятся пропавшими без вести. Во время и после подъема судна водолазные команды будут обследовать как само судно, так и окружающие участки дна — тела погибших надеются найти и под корпусом «Булгарии».

Медицинские бригады, впрочем, из лагеря спасателей не уезжают — они здесь помогают самим водолазам. «Да, многие пережили шок, мы им помогаем. Существуют разные психологические методики», — очень сдержанно комментирует прикомандированный к лагерю спасателей врач.

Здесь, в Татарстане, люди вообще весьма сдержанные. Плотность населения в этом райском (в летнюю погожую пору) уголке России не слишком велика, люди живут свободно — почти хуторами. Отсюда и специфический «лесной» менталитет — готовность помочь не мешает сдержанности и даже, возможно, подозрительности. «Не знаем, ничего не знаем» — это, пожалуй, самый частый ответ, который, если не заручиться поддержкой и знакомствами, можно услышать как от спасателей, так и от местных жителей.

Возможно, если бы не СМИ, жители ближайших поселков и не узнали бы о трагедии. «Буря была страшная, — вспоминает Гульшат, пожилая жительница поселка Куйбышевский затон. — Меня дочь буквально насилу домой привела с огорода, я было не хотела идти, а потом гляжу — ад кромешный! Но как затонул пароход, мы и не видели». «Да, ничего не знали, — подтверждает сюкеевский рыбак Сергей. — Только потом смотрю, один вертолет полетел, другой — включили телевизор, вот и узнали».

Из телевизора жители ближнего поселка Камское устье узнали о трагедии — и почти сразу столкнулись с ее последствиями: в округе появилось несколько сотен спасателей, для них организовали централизованное питание, зарезервировав под это все в округе кафе и столовые. Почти сразу же приехали и журналисты, заняв все сдаваемые внаем койкоместа.

Из телевизора узнали жители города Тетюши, что в 10 километрах ниже по Волге, о том, что около их города на берег вынесло труп последнего на данный момент, 114-го опознанного погибшего — это была женщина. Но еще до этого они обнаружили, что излюбленное место их отдыха — в лесу над обрывом, что как раз рядом с местом крушения — занято ретранслятором радиосвязи МЧС и охраняется полицией. «Проезд запрещен, возможно обрушение», — грозная табличка висит поперек дороги на обрыв, а за ней стоит наряд из двух молодых сержантов.

Табличка, кстати, висит уже лет 15, если судить по ее состоянию — однако накатанная дорога демонстрирует отношение местных жителей к этому ограничению. Нельзя, но очень хочется — значит, можно. Несчастную «Булгарию» было эксплуатировать, видимо, тоже нельзя — но очень хотелось, и потому ее погнали в последний рейс.

Разночтения

Кстати, не все согласны с официальной версией событий. А она, напомним, такова: в непогоду (дождь, возможно, град, волнение, шквальный ветер) «Булгария» совершала резкий поворот и по неизвестным пока причинам пошла ко дну. Рыбаки из Сюкеева, в отличие от всех остальных, от офицеров МЧС до буфетчиц из Камского устья, хором говорят: не было в тот день такой плохой погоды, как об этом утверждают официальные источники.

«Я тогда ходил на лодке сети осматривал, — говорит Марат. — Да не было никакого дождя, погода была ясная и тихая. Видел тогда и «Булгарию», она как раз шла на Болгары. Еще обратил внимание на то, как она тихо шла в последнее время: действительно, видать, на одном движке. Снял я сети, а как она обратно с Болгар шла — не видел. Но полутораметровых волн точно не было, тут же не Ладожское озеро! Мы на таких волнах ходим совершенно спокойно на «казанках»… Рыбаки уверены, что виной не непогода: обветшавшее судно просто развалилось. «Борт у них отвалился, похоже на то», — резюмирует Сергей.

Инженеры-судостроители с Ижевского завода, которые оказались здесь в составе сдаточной команды новенькой «Сосновки-1» — ее будут перегонять на Камчатку после завершения операции — говорят о другом: скорее всего, роковую роль сыграли иллюминаторы кубриков, которые были открыты. «Волна все-таки была, — говорит инженер Алексей Иванович. — Ну и они совершали поворот, или там рулевые машины у них отказали, встали бортом к волне — и хлебанули по полной программе. Там же иллюминаторы в 40 сантиметров, трех минут хватит как раз, чтобы перевернуться».

Окончательно всё станет понятно, когда два плавучих крана — один из Москвы, другой из Волгограда — поднимут многострадальный корпус «Булгарии» на поверхность и его отбуксируют в док. Где им займутся уже не МЧС-овцы, а сотрудники Следственного комитета, которые пока не готовы углубляться в подробности своего этапа операции.

Пока же все жители окрестных поселков — с татарской тактичностью, но активно — терзают Вячеслава и Марселя Голосовых, братьев из ближайшего Кирельска, которые были в том злополучном круизе — и выжили, на радость матери Галине. Их поздравляют — и часами расспрашивают: что там было? Как спаслись? Для Сюкеева и окрестных мест гибель «Булгарии» — такое же «телевизионное» происшествие, как и для москвичей. То есть, все признают, что это ужасная трагедия — но при этом очень занимательная.

Популярное в сети
Цитаты
Сергей Ермаков

Заместитель директора Таврического информационно-аналитического центра РИСИ

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Новости сети
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня