18+
пятница, 22 сентября
Общество

Через пару лет семя мертвых советских быков окончательно иссякнет

И начнется новая эпоха — эпоха России без сельского хозяйства

  
109

Когда-то племенные животноводческие хозяйства Тульской области цвели и пахли. Запах, на городской нос, специфический - но для людей, живших и работавших вокруг племзаводов и инкубаторов, это был запах жизни. Тогда — в 50-е, 70-е и даже 80-е — государство поддерживало такие хозяйства дотациями и мощным заказом. Вокруг подобных учреждений строились целые поселки с детскими садами и даже многоквартирными домами. У людей была работа и пресловутая советская надежда на будущее.

Сегодня же — например, в ОАО «Тульское по племенной работе», что совсем недалеко от облцентра, в поселке Сергиевское — аж с 2005 года имеется всего один бык-осеменитель, да и тот лишь на вывеске. А вообще-то никаких живых животных на племзаводе давно нет. А есть полуразвалившиеся строения, большая «стратегического» вида проходная с дамой-сторожем, дырявый забор. На днях пронесся был ураган, так что не было даже света.

Хозяйство, несмотря на отсутствие быков, всё-таки продолжает функционировать — благодаря чудо-хранилищу, на котором по сей день висит замок. Под замком — драгоценное семя ушедших в небытие советских быков. Семя держат в специальных азотных термосах, жидкий азот для которых возят из расположенного неподалеку города Щекино с его могучим азотным комбинатом.

Быки умерли, но семя живет — хотя уже и не всякий сорт этого продукта удается продать. Как рассказала «СП» бухгалтер предприятия Оксана, только в этом году хозяйство списало семени на 2 млн рублей. «Такое качество стало уже никому не нужно — по породным, по генетическим признакам. — говорит Оксана. — Думали предложить семя в медицину — никто не покупает. А вообще семени в хранилище осталось года на три».

Иными словами, хозяйство может еще три года спокойно работать. Но спокойной работы не ожидается: уже не за горами объявленная приватизация племзавода. В активе предприятия — крупный участок земли, запас бычьего семени (на 3 года, исходя из нынешней годовой выручки в 4 млн рублей — стало быть, миллионов на 12) и полуразвалившиеся постройки. В пассиве — долг перед государством еще с начала 2000-х годов в размере почти 5 млн. Цену предприятия, как говорит Оксана, назначат государственные оценщики — по прикидкам, это может быть миллионов 20.

— Сами понимаете — восстановить здесь хозяйство почти невозможно, — Оксана не говорит впрямую, что предприятие будут продавать именно как землю, но другой возможности логически не остается. — Здесь разрушены постройки, здесь нет воды, иногда не бывает света. Чтобы всё это восстановить, нужны дикие вложения, кроме государства, этого никто не сделает, а государство от нас теперь отказывается.

— Тут сколько ни рассказывай, ни пиши — а получается сказка не про быка, а про мужика, — резюмирует бойкая, но подозрительная замдиректора хозяйства Галина Елисеева. Она наотрез отказывается пустить журналистов в «стратегический» склад бычьего семени без уехавшего в отпуск директора — сказывается советская закалка.

Всего же из сотен работавших в хозяйстве человек на тульском племзаводе осталось ровно 10 штатных единиц.

Это директор, замдиректора — она же зоотехник, бухгалтер, двое водителей — развозчик семени и доставщик азота, двое электриков и сразу трое сторожей. Трое — не от того, что предприятие слишком стратегическое, а потому что так распорядился директор.

Водитель говорит, что раза три в месяц сперму быков развозят по хозяйствам, которые сделали заказ. Средняя зарплата у 10 сотрудников завода — по 10 тысяч рублей на брата в месяц. Директор получает больше всего, около 20 тысяч.

От роскоши прежних лет остался выгоревший плакат горбачевских времен: «Ускорение развития агропромышленного комплекса — наша общая задача» да выложенная из кирпича надпись «Спартак» на складе семени. Хорошо, что 30 лет назад никто не выложил из кирпича «…чемпион» — сейчас это смотрелось бы жалко. Сотрудники племзавода совсем не по-спартаковски ждут милости победителя конкурса — оставят юридическое лицо или придется идти на улицу?..


Запустение и на другом предприятии, подлежащем приватизации в ближайшее время — Киреевской инкубаторно-птицеводческой станции. Внутренности небольшой кирпичной постройки напоминают корабль, прошедший Бермудский треугольник: тишина, пустые инкубаторы, в комнатах столы с недоеденной закуской и недопитыми бутылками. В одной из пустых комнат на голом полу в клетке верещит перепелка. Птица мечется в загончике и напоминает, скорее, домашнего хомячка.

На крики перепелки и журналистов откуда-то сверху спускается заспанный директор — Юрий Зубарев, босой и с помятым лицом. — Почему у вас так пусто? — Сезон в июне закончился. После июня цыплят никто не берет, да и до того брали неохотно. Бабушек в деревнях всё меньше, сами деревни разваливаются, кто их будет растить?

Цена цыпленка — 50 рублей, а курица в магазине — 100. Так что растить нерентабельно, корм получается слишком дорогой. Раньше — брали. Юрий Михайлович работает здесь уже 16 лет. Прежде можно было разжиться халявным кормом, — поясняет он, — а в магазинах мало что было, вот и брали. Сейчас же времена изменились…

В хозяйстве работает 5 человек — это в сезон. Директор, бухгалтер, водитель и две работницы. Раньше в области было 16 таких хозяйств, осталось 4.

В отличие от сотрудников Тульского племзавода, Зубарев видит для себя и своих людей кое-какие перспективы. «Да я сам его куплю, наш инкубатор», — он говорит довольно уверенно, хотя цены, которую назначит государство, пока не знает.

— Так ведь станция нерентабельна? — А это уж я знаю, как сделать рентабельной. — А почему сейчас не делаете? — Не хочу, ведь нужны вложения, а вкладываться я буду, если буду собственником. Бизнес-план уже есть: сделать так, чтобы хозяйство работало не только 3 месяца в году. Например, автостоянка… Тут, видимо, начинается коммерческая тайна, и Зубарев быстро осекается.


Приватизация целого ряда еще остававшихся в госсобственности предприятий намечена на ближайшие годы. Новую волну «разгосударствления» поддерживает, в том числе, и президент Медведев. За это президента, как известно, хвалят либеральные эксперты и ругают государственники, противопоставляющие либерализации нынешнего главы государства патернализм главы прошлого.

Однако на деле оказывается, что никакой «приватизации стратегических сельскохозяйственных активов», подрубающей на корню российское сельское хозяйство, попросту нет. Есть сбрасываемые с госбаланса по остаточной стоимости юридические лица, уже давно не способные к самостоятельному экономическому существованию. А может быть, и изначально не приспособленных для рыночных условий. Подкосил эти хозяйства вовсе не Медведев. И, как это ни странно, не Ельцин: так совпало, что крах племенных заводов и тому подобных коренных для нашего агропроома предприятий наступил в патриотическую путинскую эпоху. Можно спорить, совпадение ли это или плоды сознательной политики — но факт налицо: советская сельхозиндустрия лишилась жизни именно в президентство Владимира Путина.

Что касается будущего этих предприятий — то оно туманно. Видимо, лучшее, что нынешняя экономика может предложить осколкам советского агропрома — это «диверсификация», как планирует сделать будущий хозяин Киреевского инкубатора: круглогодичный магазин или автостоянка для заработка и три месяца в году цыплята «для души». А в худшем случае племенные и семенные предприятия станут добычей риэлторов.

А через пару-тройку лет семя мертвых советских быков окончательно иссякнет. И начнется новая эпоха — эпоха России без сельского хозяйства.

Фото авторов

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитата дня
Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня