Общество

Кровное дело Нургалиева

МВД создает геномный банк данных особо опасных преступников

  
64

В России впервые будет создан геномный банк данных самых опасных преступников: убийц, бандитов и насильников. В постановлении правительства, опубликованном 19 октября в «Российской газете», утвержден порядок проведения обязательной государственной геномной регистрации лиц, осужденных и отбывающих наказание в виде лишения свободы.

Речь идет не обо всех заключенных, а лишь о совершивших тяжкие и особо тяжкие преступления, а также преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности.

Получение биоматериала, согласно документу, обеспечат руководители исправительных учреждений. Затем его направят на исследование в экспертно-криминалистические подразделения территориальных органов МВД России. А по итогам исследования составят информационные карты, которые передадут в Экспертно-криминалистический центр МВД России. Он же займется формированием федеральной базы данных геномной информации.

Эксперты полагают, что подобный банк данных не только поможет повысить раскрываемость преступлений, совершаемых ранее судимыми лицами, но и убережет невиновных от неправомерного осуждения.

«ДНК-анализ в криминалистике считается золотым стандартом. Это очень эффективный метод, который по ничтожным следам (достаточно несколько каких-то клеточек) помогает получить самую точную и полную информацию о человеке», — пояснил «СП» доцент кафедры судебных экспертиз МГЮА Василий Старовойтов.

По его словам, порядка 10−15% следов, оставляемых на месте происшествия, являются ДНК-содержащими:

«Это кровь, волосы, даже перхоть, которая сыпется с нас, — из всего этого можно вычленить ДНК. Вот, скажем, попил человек из стаканчика — все, губами оставил клеточки, по которым его можно установить. Жвачку бросил — то же самое: там осталась слюна, а значит его генетический код. Я уж не говорю о конкретных физиологических выделениях человека, таких, как, скажем, сперма. Они, конечно же, информативны очень и остаются на всех предметах, которых мы касаемся».

О необходимости создания в стране национальной базы ДНК глава МВД РФ Рашид Нургалиев впервые заявил осенью 2006 года. В интервью одной из центральных газет он рассказал тогда, что его ведомство разработало проект федерального закона о государственной геномной регистрации. Законопроект, как раз, и предусматривал создание единой базы данных образцов ДНК, в которой будут храниться пробы крови граждан.

По мнению Нургалиева, это во многом облегчило бы процесс опознания тел погибших в катастрофах и при террористических актах, а также упростило бы розыск особо опасных преступников.

Закон «О геномной регистрации» был принят Госдумой в ноябре 2008 года. После этого стало возможным и появление в стране федеральной базы ДНК. Однако туда поначалу попадали только те ДНК, которые изымались из биологических следов, найденных на месте преступления. У осужденных анализ не брали — не был прописан механизм сбора материалов.

Потом грянул финансовый кризис, и финансирование программы геномной регистрации было вообще заморожено.

Андрей Семенов, возглавлявший тогда Экспертно-криминалистический центр (ЭКЦ) МВД России в одном из своих выступлений сетовал на то, что из средств, которые должны выделяться дополнительно на геномную регистрацию, «ни копейки не получено».

Между тем, программа, действительно, требовала серьезных вложений — 1 млрд 200 млн рублей в год. Учитывая, что на тот момент исследование одного биологического следа, выделение из него образца ДНК обходилось примерно в 5 тысяч рублей.

В какую сумму обойдется реинкарнация программы, никто из опрошенных «СП» экспертов не взялся даже предположить.

«Я не могу назвать точный порядок цифр. Я просто скажу, что на поддержание (только на поддержание, не на создание) уже готовой базы данных в Великобритании, правительство этой страны выделяет ежегодно более 4 млн фунтов стерлингов. Вы понимаете, какой уровень финансирования здесь должен быть с учетом того, что у нас это только все создается», — говорит профессор кафедры криминалистики юридического факультета МГУ, судебно-медицинский эксперт высшей категории Ирина Перепечина.

«СП»: — Но можно ли говорить, что подобные затраты оправданы?

— Конечно. Сейчас, вообще, у многих стран есть базы данных ДНК. Самые большие — в Великобритании и США. В Великобритании, например, каждое четвертое преступление раскрывается с использованием ДНК-метода. А в Соединенных Штатах он помог выявить ошибки, которые были допущены в ходе расследования и судебного следствия в отношении более чем 200 невинно осужденных. Там даже действует такая программа — «Невиновность», которая позволяет юристам-правозащитникам проверять приговоры по «сомнительным делам» и проводить ДНК-экспертизы. То есть, с помощью вот такой идентификации можно одновременно и судебную ошибку исправить, освободив невинно осужденного, и направить расследование по правильному пути, дав толчок к пересмотру дела.

«СП»: — Сколько времени надо, чтобы создаваемый у нас банк данных заработал в полную силу?

— Естественно, потребуется какое-то время, а также большие массивы информации. Ведь если мы хотим раскрыть преступления прошлых лет, в этой базе должны быть генетические профили, полученные при ДНК-анализе объектов, которые остались с мест происшествий прошлых лет. А сейчас речь идет о том, что будут тестировать уже лиц осужденных за определенные категории преступлений. И вот если их генотипы совпадут с профилем ДНК, который выявили при исследовании объектов с мест происшествий, то это может дать возможность связать этих лиц с теми преступлениями. Но для этого нужны вещественные доказательства, которые остались. А у нас, как раз, тут есть проблемы, поскольку в УПК есть 81-я статья, в соответствии с которой вещдоки могут подлежать уничтожению.

«СП»: — А образцы ДНК, как долго могут храниться?

— Очень долго: годами и даже десятилетиями. Но здесь тоже определенные требования, ведь ДНК разрушается, особенно при воздействии неблагоприятных факторов. Вот эти факторы и надо свести к минимуму.

Как все это будет работать?

«Многое еще предстоит уточнять, — считает Василий Старовойтов, — сам механизм, как должен функционировать этот банк данных, по большому счету, еще не разработан. Не урегулированы толком вопросы с защитой прав личности: а можно ли хранить личные данные и сколько хранить? На Западе, кстати, этим вопросам очень большое внимание уделяется, поскольку они признают, что каждый обладает правом на свободу, и чтобы его не брали на контроль и постоянно не проверяли. Потом, люди умирают, в конце концов. Кто будет эту динамику отслеживать

Первый заместитель председателя комитета Госдумы по безопасности Михаил Гришанков, в свою очередь, не видит здесь никаких сложностей.

«Схема достаточно простая. Геномная информация хранится в разных видах, самый простой путь — это анализ крови, и естественно, потом анализ ДНК. Никаких сложностей, откровенно говоря, не предполагаю. Существуют медицинские пункты, нужно будет какое-то дополнительное оборудование для того, чтобы хранить эту геномную информацию, и передавать ее в централизованный банк», — сказал парламентарий в эфире «Вести ФМ».

Сейчас в геномном хранилище МВД собрано около 20 тыс. ДНК, которые были обнаружены на местах преступлений.

Именно благодаря пробам ДНК удалось арестовать убийцу 5-летней Полины Мальковой в Красноярске.

Это преступление, совершенное в марте 2007 года, буквально всколыхнуло город. Девочку перед смертью изнасиловали, но человека, который это сделал, задержали только год спустя: потребовалось исследование по определению геномного кода. Оказалось, что настоящего убийцу уже задерживали, в качестве подозреваемого, но жена обеспечила ему ложное алиби. Результат генетической экспертизы помог установить истину, и злодей понес наказание.

При помощи анализа ДНК был схвачен и петербургский маньяк-педофил Кирилл Ресин, получивший прозвище «лифтер». Он использовал одну и ту же тактику: подкарауливал своих жертв у лифтов, под угрозой насилия довозил их до верхнего этажа, после чего насиловал. В деле «лифтера» 13 эпизодов сексуального насилия над детьми.

А в США ДНК-метод заставил суд признать невиновным мужчину, приговоренного к пожизненному заключению. В 2006 году власти штата Миссури постановили выпустить 52-летнего Джонни Бриско из тюрьмы города Чарльстон, где он отбывал пожизненное заключение за изнасилование и ограбление, совершенное 21 октября 1982 года. По результатам проведенного исследования фрагментов ДНК с найденных в доме жертвы сигаретных окурков было установлено, что преступление совершил не Бриско.

Действительным виновником преступления 25-летней давности оказался мужчина, отбывающий в настоящее время длительный тюремный срок за другие преступления. Оказалось, что преступник был знаком с Бриско и представился жертве его именем.

Фото: Дмитрий Лебедев/Коммерсантъ

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Сергей Самуйлов

Политолог, кандидат исторических наук

Сергей Удальцов

Российский политический деятель

Валентин Катасонов

Экономист, профессор МГИМО

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня