18+
суббота, 10 декабря
Общество

Кровное дело Нургалиева

МВД создает геномный банк данных особо опасных преступников

  
61

В России впервые будет создан геномный банк данных самых опасных преступников: убийц, бандитов и насильников. В постановлении правительства, опубликованном 19 октября в «Российской газете», утвержден порядок проведения обязательной государственной геномной регистрации лиц, осужденных и отбывающих наказание в виде лишения свободы.

Речь идет не обо всех заключенных, а лишь о совершивших тяжкие и особо тяжкие преступления, а также преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности.

Получение биоматериала, согласно документу, обеспечат руководители исправительных учреждений. Затем его направят на исследование в экспертно-криминалистические подразделения территориальных органов МВД России. А по итогам исследования составят информационные карты, которые передадут в Экспертно-криминалистический центр МВД России. Он же займется формированием федеральной базы данных геномной информации.

Эксперты полагают, что подобный банк данных не только поможет повысить раскрываемость преступлений, совершаемых ранее судимыми лицами, но и убережет невиновных от неправомерного осуждения.

«ДНК-анализ в криминалистике считается золотым стандартом. Это очень эффективный метод, который по ничтожным следам (достаточно несколько каких-то клеточек) помогает получить самую точную и полную информацию о человеке», — пояснил «СП» доцент кафедры судебных экспертиз МГЮА Василий Старовойтов.

По его словам, порядка 10−15% следов, оставляемых на месте происшествия, являются ДНК-содержащими:

«Это кровь, волосы, даже перхоть, которая сыпется с нас, — из всего этого можно вычленить ДНК. Вот, скажем, попил человек из стаканчика — все, губами оставил клеточки, по которым его можно установить. Жвачку бросил — то же самое: там осталась слюна, а значит его генетический код. Я уж не говорю о конкретных физиологических выделениях человека, таких, как, скажем, сперма. Они, конечно же, информативны очень и остаются на всех предметах, которых мы касаемся».

О необходимости создания в стране национальной базы ДНК глава МВД РФ Рашид Нургалиев впервые заявил осенью 2006 года. В интервью одной из центральных газет он рассказал тогда, что его ведомство разработало проект федерального закона о государственной геномной регистрации. Законопроект, как раз, и предусматривал создание единой базы данных образцов ДНК, в которой будут храниться пробы крови граждан.

По мнению Нургалиева, это во многом облегчило бы процесс опознания тел погибших в катастрофах и при террористических актах, а также упростило бы розыск особо опасных преступников.

Закон «О геномной регистрации» был принят Госдумой в ноябре 2008 года. После этого стало возможным и появление в стране федеральной базы ДНК. Однако туда поначалу попадали только те ДНК, которые изымались из биологических следов, найденных на месте преступления. У осужденных анализ не брали — не был прописан механизм сбора материалов.

Потом грянул финансовый кризис, и финансирование программы геномной регистрации было вообще заморожено.

Андрей Семенов, возглавлявший тогда Экспертно-криминалистический центр (ЭКЦ) МВД России в одном из своих выступлений сетовал на то, что из средств, которые должны выделяться дополнительно на геномную регистрацию, «ни копейки не получено».

Между тем, программа, действительно, требовала серьезных вложений — 1 млрд 200 млн рублей в год. Учитывая, что на тот момент исследование одного биологического следа, выделение из него образца ДНК обходилось примерно в 5 тысяч рублей.

В какую сумму обойдется реинкарнация программы, никто из опрошенных «СП» экспертов не взялся даже предположить.

«Я не могу назвать точный порядок цифр. Я просто скажу, что на поддержание (только на поддержание, не на создание) уже готовой базы данных в Великобритании, правительство этой страны выделяет ежегодно более 4 млн фунтов стерлингов. Вы понимаете, какой уровень финансирования здесь должен быть с учетом того, что у нас это только все создается», — говорит профессор кафедры криминалистики юридического факультета МГУ, судебно-медицинский эксперт высшей категории Ирина Перепечина.

«СП»: — Но можно ли говорить, что подобные затраты оправданы?

— Конечно. Сейчас, вообще, у многих стран есть базы данных ДНК. Самые большие — в Великобритании и США. В Великобритании, например, каждое четвертое преступление раскрывается с использованием ДНК-метода. А в Соединенных Штатах он помог выявить ошибки, которые были допущены в ходе расследования и судебного следствия в отношении более чем 200 невинно осужденных. Там даже действует такая программа — «Невиновность», которая позволяет юристам-правозащитникам проверять приговоры по «сомнительным делам» и проводить ДНК-экспертизы. То есть, с помощью вот такой идентификации можно одновременно и судебную ошибку исправить, освободив невинно осужденного, и направить расследование по правильному пути, дав толчок к пересмотру дела.

«СП»: — Сколько времени надо, чтобы создаваемый у нас банк данных заработал в полную силу?

— Естественно, потребуется какое-то время, а также большие массивы информации. Ведь если мы хотим раскрыть преступления прошлых лет, в этой базе должны быть генетические профили, полученные при ДНК-анализе объектов, которые остались с мест происшествий прошлых лет. А сейчас речь идет о том, что будут тестировать уже лиц осужденных за определенные категории преступлений. И вот если их генотипы совпадут с профилем ДНК, который выявили при исследовании объектов с мест происшествий, то это может дать возможность связать этих лиц с теми преступлениями. Но для этого нужны вещественные доказательства, которые остались. А у нас, как раз, тут есть проблемы, поскольку в УПК есть 81-я статья, в соответствии с которой вещдоки могут подлежать уничтожению.

«СП»: — А образцы ДНК, как долго могут храниться?

— Очень долго: годами и даже десятилетиями. Но здесь тоже определенные требования, ведь ДНК разрушается, особенно при воздействии неблагоприятных факторов. Вот эти факторы и надо свести к минимуму.

Как все это будет работать?

«Многое еще предстоит уточнять, — считает Василий Старовойтов, — сам механизм, как должен функционировать этот банк данных, по большому счету, еще не разработан. Не урегулированы толком вопросы с защитой прав личности: а можно ли хранить личные данные и сколько хранить? На Западе, кстати, этим вопросам очень большое внимание уделяется, поскольку они признают, что каждый обладает правом на свободу, и чтобы его не брали на контроль и постоянно не проверяли. Потом, люди умирают, в конце концов. Кто будет эту динамику отслеживать

Первый заместитель председателя комитета Госдумы по безопасности Михаил Гришанков, в свою очередь, не видит здесь никаких сложностей.

«Схема достаточно простая. Геномная информация хранится в разных видах, самый простой путь — это анализ крови, и естественно, потом анализ ДНК. Никаких сложностей, откровенно говоря, не предполагаю. Существуют медицинские пункты, нужно будет какое-то дополнительное оборудование для того, чтобы хранить эту геномную информацию, и передавать ее в централизованный банк», — сказал парламентарий в эфире «Вести ФМ».

Сейчас в геномном хранилище МВД собрано около 20 тыс. ДНК, которые были обнаружены на местах преступлений.

Именно благодаря пробам ДНК удалось арестовать убийцу 5-летней Полины Мальковой в Красноярске.

Это преступление, совершенное в марте 2007 года, буквально всколыхнуло город. Девочку перед смертью изнасиловали, но человека, который это сделал, задержали только год спустя: потребовалось исследование по определению геномного кода. Оказалось, что настоящего убийцу уже задерживали, в качестве подозреваемого, но жена обеспечила ему ложное алиби. Результат генетической экспертизы помог установить истину, и злодей понес наказание.

При помощи анализа ДНК был схвачен и петербургский маньяк-педофил Кирилл Ресин, получивший прозвище «лифтер». Он использовал одну и ту же тактику: подкарауливал своих жертв у лифтов, под угрозой насилия довозил их до верхнего этажа, после чего насиловал. В деле «лифтера» 13 эпизодов сексуального насилия над детьми.

А в США ДНК-метод заставил суд признать невиновным мужчину, приговоренного к пожизненному заключению. В 2006 году власти штата Миссури постановили выпустить 52-летнего Джонни Бриско из тюрьмы города Чарльстон, где он отбывал пожизненное заключение за изнасилование и ограбление, совершенное 21 октября 1982 года. По результатам проведенного исследования фрагментов ДНК с найденных в доме жертвы сигаретных окурков было установлено, что преступление совершил не Бриско.

Действительным виновником преступления 25-летней давности оказался мужчина, отбывающий в настоящее время длительный тюремный срок за другие преступления. Оказалось, что преступник был знаком с Бриско и представился жертве его именем.

Фото: Дмитрий Лебедев/Коммерсантъ

Популярное в сети
Цитаты
Сергей Ермаков

Заместитель директора Таврического информационно-аналитического центра РИСИ

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Новости сети
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня