18+
четверг, 8 декабря
Общество

Язык твой — враг мой

В Латвии в феврале состоится референдум о признании русского вторым государственным

  
48

Сейм Латвии назначил на 18 февраля референдум по вопросу о введении второго государственного языка — русского. Вся властная верхушка и правящая парламентская коалиция категорически против такого статуса, но референдум придется провести в соответствии с конституцией.

Инициаторами введения второго государственного языка выступило местное общество «Родной язык». Сначала ему удалось собрать 12 тысяч подписей граждан за проведение общелатвийского опроса на эту тему. Затем на втором этапе нужно было немногим более 150 тысяч подписей — 10 процентов от имеющих право голоса, чтобы получить право вынести вопрос на обсуждение в Сейм, а в случае отказа — на референдум. С 1 по 30 ноября за соответствующий законопроект подписались 180 тысяч человек. Однако парламент отказался придать русскому языку статус государственного, и теперь 18 февраля состоится референдум. Русский язык станет государственным, если за него проголосует более половины избирателей, участвовавших в предыдущих выборах Сейма, то есть 771 893 человек.

Националисты нагнетают истерию. Была даже противозаконная попытка выяснить, кто из депутатов Сейма все-таки поставил подпись за русский язык как второй государственный, чтобы расправиться с ними, но ЦИК разъяснил, что такие сведения не подлежат разглашению. Часть политиков называет референдум антиконституционным. Президент Андрис Берзиньш заявил: если жители страны все-таки проголосуют за русский язык как государственный, он подаст в отставку.

Мэр Риги Нил Ушаков, лидер победившего на парламентских выборах «Центра согласия», без которого националистам тем не менее удалось сформировать правящую коалицию, утверждает: «Я — сам лично и моя партия — выступаем за то, что в Латвии есть только один государственный язык — латышский. И я, как прагматичный политик, понимаю, что референдум вряд ли может увенчаться успехом. Но я должен быть вместе с сотнями тысяч жителей Латвии, которые хотят сохранить чувство собственного достоинства». Мэр считает, что «сбор подписей только очень условно связан со статусом русского языка». «Он связан с вопросом уважения», — говорит политик. Люди хотят сохранить собственное достоинство, говорит Ушаков.

Заметим: на русском языке в стране говорит примерно 40 процентов населения. В соседней Финляндии государственным языком является и шведский, хотя на нем общаются менее 6 процентов. А в Латвии русский язык вытесняется из общественной сферы. Националисты оправдывают такие свои действия тем, что будто бы латышский язык в советские годы подвергался гонениям, и сейчас ему тоже угрожает опасность.

Корреспондент «Свободной прессы» обратился за разъяснениями к директору Балтийского центра исторических и социально-политических исследований (Рига), координатору Совета общественных организаций Латвии, известному политологу Виктору Гущину.

— В Латвийской ССР много делалось для укрепления позиций латышского языка, — говорит В.Гущин. — В Академии наук работал Институт латышского языка, действовали комиссии по языку, занимавшиеся стандартизацией языковых норм, разработкой и унификацией терминологии и другими вопросами. Развивались латышская поэзия, литература и публицистика. Да в общем, это общеизвестные факты, я тоже о них писал в различных СМИ. Высокого уровня достигли латышский театр, кино. Проводились дни поэзии и праздники песни. Было много школ с латышским языком обучения, в вузах преподавали не только на русском, но и на латышском, а в некоторых — только на нем.

«СП»: — Тогда откуда взялись такие упреки в адрес советской власти?

— Сначала об этом говорили латышские ученые-эмигранты. Они утверждали, будто после 1945 года с латышским языком произошла катастрофа. Нельзя сказать, что у них не было никаких аргументов. В русских школах латышскому языку обучали плохо. Большинство выпускников русских школ по-латышски не говорили. В сфере управления русский язык был основным.

Латышские писатели стали заявлять о национальном высокомерии приезжих русских, о пренебрежении к преподаванию латышского языка в школах. 29 сентября 1988 года Президиум Верховного Совета Латвийской ССР принял постановление «О статусе латышского языка», он был объявлен государственным.

«СП»: — Выходит, были приняты в целом правильные меры для защиты латышского языка на тот период?

— Тут есть вот какой существенный момент. 31 марта 1992 года Верховный Совет Латвийской Республики принял новую редакцию закона о государственном языке, и если старый был действительно направлен на защиту латышского языка, то в новую редакцию заложили иную идея: исключили возможность более или менее нормально существовать без знания латышского языка. На мой взгляд, тут есть принципиальная разница. Фактически стали претворять в жизнь этнократическую концепцию государственности: Латвия — страна латышей, латыши здесь хозяева, а все остальные — чужаки, которые обязаны подлаживаться под хозяев. Правда, на законодательном уровне этот тезис не реализуется, но на самом деле он осуществляется. Проявляется на уровне программ и лозунгов, в пропагандистской деятельности, присутствует в декларациях и преамбулах. Созданы государственные учреждения по надзору за претворением в жизнь языковой политики. Специалисты центра государственного языка получили право посещать учреждения, предприятия, организации, встречаться с должностными лицами и работниками, проверять знание государственного языка, наказывать тех, кто недостаточно хорошо на их взгляд владеет государственным языком — привлекать к дисциплинарной или административной ответственности.

«СП»: — Понятно, что такое отношение вызывает возмущение русских Латвии. И все же многие эксперты считают, как и Ушаков, что на референдуме не хватит голосов для придания русскому яыку статуса государственного. Так зачем весь этот сыр-бор?

— Вы не правы. Вот и спикер Сейма Солвита Аболтыня, лидер праворадикальной партии «Единство», занявшей на парламентских выборах лишь третье место, но сумевшей удержать власть и сохранить в Сейме свои традиции, заявила, будто собранные в поддержку русского языка как государственного подписи никакого значения не имеют. На самом деле это не так. На мой взгляд, в Латвии произошло важное событие: началась дискуссия о статусе русского языка и языковой политике в стране в целом.

«СП»: А что толку, если националисты все равно как бы не слышат аргументов правозащитников, русских, того же общества «Родной язык», а кое-кто и вовсе обвиняет его в антигосударственной деятельности?

— Да, пока участие латышской праворадикальной правящей элиты в этой дискуссии носит нервный и неуважительный по отношению к национальным меньшинствам характер, а компромиссы она отвергает. Однако неготовность к компромиссам ведет к саморазоблачению элиты. Она сама себя представляет в негативном свете перед международным сообществом. Ведь правозащитники неоднократно рекомендовали властям учитывать интересы нацменьшинств в национальной политике. Поэтому изменения в позиции праворадикальной элиты могут произойти. Однако это зависит от активности и содержательности правозащитной дискуссии накануне референдума, от числа голосов в поддержку русского языка на референдуме.

«СП»: — То есть вы не против латышского языка, а за что?

— Я уже не раз говорил и писал о том, что референдум должен пройти под лозунгом: «Не против латышского языка, но за демократию!»

Рига

Популярное в сети
Цитаты
Сергей Ермаков

Заместитель директора Таврического информационно-аналитического центра РИСИ

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Новости сети
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня