Общество

Девственницы и самоубийцы

Как девственность продаётся и кто на «Девственность» купился

  
283

Они что, самоубийцы? Эти прокатчики — они из общества добровольных неудачников? Зачем они обрекают себя на убытки?

Такие эмоции возникают, когда видишь в киноафише сразу несколько документальных фильмов. И среди них (с претензиями на лидерство в своей категории) — «Девственность» Виталия Манского.

Отечественный документальный кинопортрет трёх юных современниц, желающих выгодно продать свою девственность, вышел в прокат с шумной премьерой в «Художественном», обсуждается в прессе и на интернет-порталах и первые недели шёл аж в пяти кинозалах Москвы. Теперь идёт в одном, но всё ещё не сошёл с экранов.

«Девственность» [*], Россия, 2008, 85 мин.
Производство: Вертов. Реальное кино / Леополис
Режиссер: Виталий Манский [*]
Продюсеры: Сергей Ливнев, Лев Николау
Автор сценария: Виталий Манский
Оператор: Ирина Шаталова
Автор текста: Дмитрий Быков
Текст читает: Александр Цекало

На дворе экономический кризис! Люди отказывают себе в лишней чашке кофе, не покупают одежду и украдкой запасают крупу и консервы. Если они и решат потратить 300−400 рублей на кино — то найдут в афише что-нибудь позитивное, простое и развлекательное.

Но прокатчик «Девственности» (как и двух других документальных лент в февральском и мартовском кинопрокате — «Joy division» Гранта Джи и «Адвокат террора» Барбета Шрёдера) - дистрибьютерская кинокомпания «Кино без границ». За 13 лет суровой, но увлекательной жизни на родном кинорынке этот прокатчик стал опытным послом артхауса в неритмичной стране. Нашёл и взрастил себе верных зрителей. И отлично знает свою целевую аудиторию.

Аудитория эта — минимум 5% от общего числа кинозрителей — вне зависимости от экономических катаклизмов, выбирает те фильмы, над которыми можно думать и которые можно обсуждать.

А ещё есть те, кто со здоровым прагматизмом ходит на всё, что называют «артхаус», «альтернатива», «кино не для всех» или просто «жесть». Чтоб поддержать имидж интеллектуала, эстета или просто продвинутого.

К тому же, в эпоху кризиса полезно задумываться и анализировать. Стабильность расслабляет, а рывками растущий валютный курс и массовые увольнения заставляют, как говорится, быть в тонусе. Тренировать мускулы интеллекта.

Итак, документальные фильмы в театральном прокате (так называют прокат в кинотеатрах) — вовсе не коммерческое самоубийство прокатчиков.

Попробуем теперь понять, чем же это кино стало для зрителей.


Розовый цвет, пятен нет

Провокативная шокодрама — так обозначен жанр «Девственности» в афишах.

«Продажа девственности в Интернете и тайная кухня программы «Дом-2» — вот что режиссёр и автор Виталий Манский обещает зрителю.

Тому самому подкованному зрителю, который читает Интернет-порталы и ходит в кинотеатры, чтоб над чем-нибудь задуматься и что-нибудь обсудить.

Однако, ничего провокативного и шокирующего зритель не увидит.

Скажите, вас шокирует то, что девушка из бывшего советского, а ныне казахского городка, одевшись во всё розовое, сидит перед зеркалом? И говорит себе: «Доброе утро, моя принцесса? Готова к покорению нового дня?» с теми нарочито-жеманными картонно-фальшивыми интонациями, с которыми школьницы на сцене самодеятельного театра произносят «Ах, оставьте, граф!».

Эту девушку зовут Карина, она называет себя Барби, не учится, не работает и, конечно, мечтает покорить Москву, а затем и мир своей красотой. Претендует на целевую аудиторию Мадонны и Бритни Спирс. Первая, по мнению Карины, уже «в возрасте», вторая слишком рано и невыгодно рассталась с девственностью. Девственность Карина бережёт, как дорогой товар. Уверена, что завладеет сердцем и кошельком богатого спонсора.

Эта придуманная жизнь придумана настолько банально, эта реальность настолько знакома. Какой шок, какая провокация?! Тут даже жалость к героине, если и возникает — улетучивается через две-три минуты экранного времени, уступая место брезгливости.

Единственный момент, когда наигранная интонация в её монологах уступает живой (скорее животной) — когда Карина-Барби рассказывает, как она умна и хитра, как не говорит людям в глаза ничего плохого.

Она выкрасила дверь в розовый цвет — и то за кадром. В кадре она вообще ничего не делает. Только наряжается, красится и говорит. Неясно, что из этого она делает хуже, глупее и претенциознее.

Параллельно нам показывают другую девушку, Кристину. Она из российского городка, розовому цвету не доверяет, о своей красоте говорит меньше (при этом красоты явно больше). Но свою девственность обсуждает тоже охотно — собирается отдать её любимому персонажу реалити-шоу «Дом-2». Ясное дело — любовь с ним построить, то есть дом выиграть. Этот экранный сердцеед сообщил зрительницам, что полюбит только девственницу. «Ну они и ломанулись» — как сказано в анекдоте про черепах. Наша девственница явно опоздала. Или это редактор-искуситель вовремя подсуетился, создал интригу, подсадил за стекло из реальности другую девушку. Вроде бы не девственницу, но зато парню она больше нравится.

Драматичность фильма обеспечивает в основном именно эта сюжетная линия. Хотя, следя за ней, кинозрители мало чем отличаются от зрителей реалити-шоу. Ведь основная интрига формулируется всё же как «Она ему даст? Или даст, но не ему?», а вовсе не как «Какой моральный выбор она сделает?». Ведь с моральными выборами участников «Дома-2» всем давно всё ясно.

Домовому закулисью в фильме уделяется много экранного времени. Видимо, шок предполагался именно тут. На вопрос «На что ты готова?» первая из показанных нам на кастинге девиц после паузы — действительно жуткой, полуминутной паузы, когда на лице соискательнице отражается процесс калькуляции своих возможностей, а вовсе не моральные терзания — говорит: «Ну, продать родителей». И улыбается. Искренне так, естественно. Не в пример ограничнее Карины-Барби.

Остальные девчонки и парни в своих ответах обещают сношать всё, что движется, есть экскременты и предавать друзей. Возможно, это и есть шок. Но это слишком очевидно. Достаточно случайно увидеть анонс «Дома-2», чтоб понять: случайных людей, неспособных кого-нибудь предать и всех поиметь, там нет.


В кадре и за кадром

Если что-то тут и может шокировать незнакомого с телевизионной кухней зрителя — это работа телевизионщиков за кадром. Взрослый спокойный человек умело, но аккуратно подводит сперва Кристину, а затем её соперницу к мысли прийти на шоу, чтоб отдаться одному из героев. Тот же профессионал, сидя за мониторами, подаёт реплики в наушник одному их гостей-ведущих — и тот без запинки произносит их, как свои вопросы.

Вообще самые интересные персонажи в фильме мелькнули и исчезли.

Этот самый шеф-редактор (или режиссёр — титра не было) «Дома-2» — кто он? Как живёт? Как приходит в свой собственный дом, как общается с родными, любимыми, друзьями? Хоть кому-то в жизни доверяет, или всех проверяет? Работать штатным змеем-искусителем и каждый день видеть одно бесконечное грехопадение — это вообще каково?

Он бы, конечно, не стал сниматься (профессионал ведь!). Но я бы посмотрела кино именно про него.

И ещё про пенсионерку, которая появляется и исчезает в самом начале фильма — видимо, чтоб показать контраст и конфликт поколений русских женщин. Живёт в коммуналке, в комнате, которая досталась ей за долгую работу на заводе. Мечтает об одном: чтоб была горячая вода и собственный туалет. И не жалеет о том, что не знала секса — у каждого свой путь, секс — не главное.

Но кино про пенсионерку в Интернете не раскрутишь и шокодрамой не назовёшь.

За драматичность в фильме отвечает и третья сюжетная линия — продажа девственности за 3000 долларов ради поступления в институт. Героиня — Катя, короткостриженая, серьёзная девушка из подмосковного города, красавица без косметики на лице и манерности в речах - удостоилась того, что ради неё в кадре появился сам режиссёр.

Задал ей простых вопросов, подождал, пока думала над ответами, довёл до слёз и показал эти слёзы со всеми Катиными мучительными, тяжкими паузами…

Но история Кати, хоть и драматична, драматургически не выстроена. Начинается подробно — с примерки двух платьев (больше у Кати платьев нет) и разговоров о жизни. А заканчивается получением денег и отъездом. А что дальше? Катя попыталась оплатить этой суммой обучение и поняла, что трёх тысяч долларов на столичный ВУЗ не хватит? Или не поехала учиться, а деньги просто потратила? Или всё-таки поступила? А куда? И как учится?

И зачем Манский показал нам эту девушку? Чтоб довести до слёз, потом до банкомата, а потом вывести за кадр?

А зачем он ввёл в фильм закадровый текст?

И зачем этот текст написал колоритнейший персонаж современный литературы и журналистики Дмитрий Быков?

То, что автор текста именно он, с удивлением узнаёшь из титров.

Секундочку, как же так? Быков — журналист, которого можно узнать и без подписи. Как говорится, неповторимый стиль этого знаменитого бренда… К его языку, его полемичности, к драматургии его статей можно относиться по-разному. Одно очевидно — всё это есть, и всё это узнаваемо.

А в «Девственности» текст, если и претендует на обобщения, то обходится трюизмами.

Он нужен лишь для связки эпизодов, логичного завершения явно недосказанной истории третьей героини и сентенций вроде «Мы вступаем в эру торговли девственностью».

Причём вины Быкова тут нет — он, по признанию Манского, даже отказывался писать. [*]

Зачем режиссёр его уговорил?

Использовать так труд известного человека, обладающего своим стилем — всё равно, что взять винтовку с оптическим прицелом и прикладом колоть орехи.

Почему же Манский пригласил узнаваемого и известного автора писать текст, сневелированный до невнятного, но пафосного телевизионного закадра?

Лишь потому, что звать простого безымянного редактора несолидно, именитому автору точного задания дать не получается, а без закадров наши люди фильм не поймут и в кино не придут?

Но понятных фильмов и на телевидении полно. Если люди встали из-за телевизора и пришли в кинотеатр — почему бы не показать им настоящее документальное кино? Откуда эта страсть к игре в поддавки?

И что это за унылый закадровый голос в фильме, как бы произносящий свои мысли вслух? Это голос Александра Цекало — сообщается на сайте фильма. Не верю! — остаётся воскликнуть зрителю.

После блестящего, проникновенного, по-настоящему актёрски-точного озвучания фильма Манского «Частные хроники. Монолог» как мог Цекало — отличный актёр и шоумен — заговорить перед микрофоном ВОТ ТАК?

Лично я отказываюсь признавать этот факт и считаю его оптическим обманом.

Но если смотреть правде в глаза — двух знаменитых, ярких и харизматичных коллег по масс-медиа Манский грубовато использовал, но пользы для своей «Девственности» не извлёк.


Хозяйственность и бережливость

Зачем вообще Манский сделал этот фильм?

Нет, конечно, он знает, что делает. Он — великий и ужасный. Он, можно сказать, никитамихалков нашего документального кино. В этом доме, значится, он хозяин. Лауреат тридцати национальных и международных призов, основатель главной кинопремии документалистов «Лавр», вице-президент гильдии неигрового кино и телевидения.

Самые известные его работы в документалистике — «Тело Ленина» 1992 года, «Частные хроники. Монолог» (рассказ от лица вымышленного героя, смонтированный в 1999 м из семейных любительских хроник, присланных со всей страны), «Ельцин. Другая жизнь» и «Путин. Високосный год» (оба вышли в самом начале 2000х) и «Анатомия ТАТУ», снятая на пике популярности скандального девичьего дуэта в 2003м — неизменно вызывали споры. Одни восхищались актуальностью, другие упрекали в конъюнктурности. Но то, что темы Манский берёт острые и раскрывает их умело, всегда было очевидно.

Однако, продажа девственности — тема вовсе не острая и совсем не современная.

Девственность продавалась всегда и везде. Индивидуально и поточным методом.

Читайте Мопассана и русскую классику, смотрите «Мемуары гейши».

Актуальность тут — лишь в методах (реалити-шоу, Интернет). Но то, что зритель может увидеть на мониторе компьютера, он вряд ли захочет смотреть за деньги в кино. Девушки на сайтах те же, тексты и фотографии у них такие же. Ничего нового, ничего интересного.

Получается, что актуальность — лишь в том, что девственницы начала 21го века стали совмещать роль товара и продавца, тогда как раньше продавцами чаще были хозяева или родители.

Родителей девственниц, кстати, в фильме почти нет. А ведь Карина-Барби, например, гордо пришла на премьеру с мамой.

В собственном блоге она рекламирует «Девственность», как СВОЙ фильм, ничуть не стесняется участия в нём, считает это первым шагом к успеху и не реагирует на комментарии читателей вроде вот этого: «образования у тебя нет, говоришь, как даун. и сняли тебя в ацтойном фильме в назидание нормальным девушкам, чтобы они не повторяли твоих ошибок».

Мама Карины улыбается с фотографии и явно рада за дочь.

Этой женщине, видимо, чуть за сорок, она выросла в СССР, где секса не было. И теперь горячо поддерживает жизненную, так сказать, позицию дочери. Как, почему? Неужели не боится молвы? Как обсуждает фильм с родственниками и соседями? Какая она мама, какая хозяйка? Как жила в те годы, когда дочь росла, страна вокруг менялась, а земля уходила из-под ног?

Таким образом, в фильме «Девственность» как минимум три эпизодических персонажа достойны того, чтобы снять о каждом из них жёсткое, современное и актуальное кино. А ещё есть Катя — единственная из трёх главных героинь, которая собиралась продать девственность, получить деньги и вложить их в высшее образование. У которой была хоть какая-то цель — пусть невнятная («в любой институт только бы московский»), но достижимая. И которую авторы бросили сразу после её первой небрачной ночи, потому что набрали материал на эпизод.

Ведь ответ на проклятый вопрос «Зачем сделан этот фильм?» всё-таки существует.

Принцип бережливых хозяек «не пропадать же добру!» актуален не только на кухнях, но и в монтажных, и в кабинетах прокатчиков.

Добро — это материал, отснятый за кулисами «Дома-2» для ТНТ и смонтированный в фильм «Нереалити». Который, по собственному признанию Манского, ему не принадлежит [*]. Принадлежит «Нереалити» телеканалу ТНТ. И пока жив «вечно молодой, вечно пьяный» «Дом-2» — фильма мы явно не увидим.

Зато одна из второстепенных героинь реалити-шоу годится в главные героини фильма о девственности. Права на который Манский оставил за собой.

Найти двух других героинь, смонтировать фильм, и после нескольких фестивалей с бурными обсуждениями (скорее, не самого фильма и даже не темы, а всё тех же творческих подходов великого и ужасного Манского) и двух премий выпустить в прокат — это поистине бережливо и рачительно.

Тёмных пятен в этой истории про розовый цвет не осталось. Мотивы ясны, задачи понятны.

И грешно упрекать режиссёра с продюсерами в том, что берегли они этими копейками только свой рубль. Ведь нам предстоит тяжёлый год. Год без больших кинобюджетов. Возможно, даже без маленьких.

И кто-то должен был открыть нашим документалистам дорогу на большой экран. К зрителю — которому наверняка захочется реальной суровой русской жизни на экране. Даже не для того, чтоб задуматься и обсудить, а чтоб охнуть: дааа, кому сейчас легко?!

А те, кто хотят думать и обсуждать — пока что ходят на другое документальное кино. Например, на «Адвоката террора» (о нём стоит поговорить отдельно)

Ну а «Девственность» вскоре будет доступна всем, даром, и никто не уйдёт обиженным.

Как говорит режиссёр Манский, ссылаясь на продюсера Эрнста [*] - 8го марта фильм покажут на 1 м канале. На телевидении самоубийц точно нет. Рейтинг вечернему праздничному эфиру обеспечен. Провокация, драма, продажа девственности — любимые темы телезрителей.

Пожалуй, главное, что отличает многомиллиардную аудиторию центрального телеканала от нескольких тысяч посетителей сеансов «Кино без границ» — девственная чистота восприятия и самоубийственное любопытство.


См. также:

Дьяволы и их адвокат

«Кино — это лекарство от жизни»

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Сергей Удальцов

Российский политический деятель

Дмитрий Потапенко

Предприниматель

Виктор Похмелкин

Председатель "Движения автомобилистов России"

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня