18+
пятница, 9 декабря
Общество

Справедливость по-кремлевски

В стране нет созидательной идеологии, а значит, нельзя ждать экономического прорыва

  
37

Восемнадцать лет назад, 30 июня 1994 года, в нашей стране закончилась чековая приватизация, которая определила путь развития России на многие десятилетия. Это важнейшее для экономики дело поручили молодой команде Анатолия Чубайса — М. Бойко, Д. Васильеву, А. Евстафьеву, А. Казакову, А. Коху, П. Мостовому. Не афишировалось, но негласное консультативное руководство осуществлял замминистра финансов США Лоуренс Саммерс.

«Первые ошибки были сделаны сразу же, как начались реформы, — написал потом в свой книге „Народ России платит цену шоковой терапии“ лауреат Нобелевской премии в области экономики, профессор Стенфордского университета (США) Джозеф Стиглиц. — Освободив большинство цен в одночасье, энтузиасты рыночной экономики развязали инфляцию, которая уничтожила сбережения».

Дальше — больше: «при полном высвобождении большинства цен некоторые из них, а именно цены на природные ресурсы, оставались низкими. Это было открытым приглашением к обогащению: покупая, например, нефть и перепродавая ее на Западе, можно было нажить миллионы, даже миллиарды долларов. Что и делалось. Вместо создания новых предприятий, приносящих прибыль, личные богатства наживались на новой форме старого предпринимательства — эксплуатации просчетов государственной политики».

Кстати, Джозеф Стиглиц еще в 2004 году предостерег Москву от неравного брака с ВТО, предупредив: «ВТО ограничивает возможности проведения определенной промышленной политики, индустриализации, получения доступа к технологиям. В ВТО существует неравноправие торговых режимов… ВТО, хоть и декларирует свободную торговлю, не открывает рынки в оба направления». Иначе говоря, после вступление России в ВТО обнаружится множество «подводных мин», которые окончательно потопят экономику страны.

Время, отпущенное историей для нормального входа России в ВТО, было упущено тогда же, когда началась чековая приватизация «по Чубайсу». Дело в том, что та приватизация направила развитие страны не в созидательном направлении. Наоборот, она стимулировала население страны на «наживу любой ценой». А между тем Бил Гейтс, Стив Джобс, Джеймс Кэмерон появились в Америке благодаря американской мечте, когда разбогатеть можно, лишь воплотив в жизнь удачную трудовую идею. Впрочем, в России теперь свои герои…

На днях английская газета Dailymail опубликовала информацию о яхте «Затмение» Романа Абрамовича. По данным газеты, российский миллиардер может потерять титул обладателя самой большой частной яхты в мире. Известно, что «Затмение», спущенная 12 июня 2009 года, обошлась владельцу футбольного клуба «Челси» ориентировочно в 492 миллиона долларов. Теперь же по заказу некого арабского шейха в Германии в строжайшем секрете идет строительство мегаяхты по проекту «Project Azzam» (в переводе -«Призыв к молитве»). Конкурент «Затмения» будет на 17 метров длиннее и на 108 миллионов долларов дороже. Его планируют спустить на воду в следующем году.

О яхте Абрамовича известно еще, что ее годовое обслуживание обходится хозяину примерно в 50 млн долларов. Ремонт одной царапины на корпусе может стоить десятки тысяч долларов. Понятно, что сама яхта, как и в целом несметное состояние ее хозяина, — еще одно следствие той самой «приватизации по Чубайсу».

А между тем, три года назад, когда «Затмение» как раз спускали на воду, разразился экономический кризис. Компания «ЕВРАЗ», принадлежащая Абрамовичу, получила для рефинансирования своих долгов кредит от государства на сумму 1,8 миллиарда долларов. Кто знает, не дай тогда Кремль кредита Абрамовичу, быть может этот суперхолдинг горнодобывающих и металлургических компаний с активами в США, на Украине, в России, в Европе, в Южной Африке и в Канаде, был бы уже возвращен в собственность нашего народа? Управляли бы им те же менеджеры, которые «пашут» на таинственного миллиардера, но только с пользой для федерального бюджета.

Полезно вспомнить, что путь к ЕВРАЗу и яхте «Затмение» Роман Абрамович начал в качестве простого рабочего-механика СУ-122 треста «Мосспецмонтаж». Потом был кооператив «Уют». Затем по накатанной дорожке — АО «Меконг», ИЧП «Фирма Супертехнология-Шишмарев», АОЗТ «Элита», АОЗТ «Петролтранс», АОЗТ «ГИД», «НПР», ЗАО «Меконг».

Но это всё мелочи по сравнению с оказавшейся, в конце концов, в руках недавнего рабочего-механика Ромки Абрамовича «Сибирской нефтяной компанией». Указ о ее образовании подписан Борисом Ельциным 24 августа 1995 года. На пятый день после того, как утонул в Иртыше генеральный директор Омского НПЗ Иван Лицкевич, который ратовал за сохранение предприятия в составе государственной «Роснефти».

Иван Дмитриевич с 1963 года проживал в Омске и знал людей, которые строили и поднимали завод. Про то, как это происходило, рассказал писатель Сергей Залыгин в своем «Экологическом романе». Он так описывал пересыльный лагерь, в котором жили первые строители завода: " …Конвои, заключенные в колоннах, сторожевые собаки, зарешеченные бараки, склады, причалы, железнодорожные тупики; …в ночную пору в недра нефтеналивных барж цепочкой по одному шли и шли зэки. Недели через две-три тех, кто не задохнулся в нефтяных испарениях, выгружали в Салехарде. Суденышки помельче принимали Лабытнаги, из Лабытнаг пешим ходом заключенных гнали на Урал строить 501-ю стройку (Северная железная дорога)".

Часть заключенных оставляли здесь, в Омске, и направляли на строительство нового НПЗ. Вся территория завода была ограждена колючей проволокой. Внутри неё были отдельные лагеря для зеков, причем, осужденных по 58 статье называли «фашистами». Вместе с уголовниками они составляли контингент «Омлага», позже ставшего «Омскстроем». В 1953 году для ускорения строительства, которое не прекращалось даже в самые лютые морозы, в Омск передислоцировали Камышлаг из Кемеровской области. Так возник Особлаг № 10. В числе заключенных на строительстве Омского НПЗ трудился Лев Гумилёв, сын Анны Ахматовой.

К этому времени на строительстве Омского НПЗ работало 8 тысяч заключенных. На следующий год их число было доведено до 13 тысяч. Длина наружного ограждения лагеря превышала 30 километров, а сам лагерь занимал огромную территорию, примерно три четверти современного Советского района Омска.

Там же за ограждениями жили обычные советские люди, охранники в бараках и семьи вольнонаемников в лачугах и землянках. Численность вольнонаемников до 1953 года не превышала двух тысяч человек, чуть больше было охранников. По сути, стройка представляла собой сплошную зону за «колючкой», поделенную на участки с разной степенью свободы. Об элементарных человеческих условиях никто не думал. Купались раз в десять дней в банно-прачечных подразделениях, устроенных по военному образцу в палатках. Там же в палатках были развернуты столовые, работающие круглосуточно, поскольку работа велась в три смены.

Стройка Омского НПЗ осуществлялась по проверенному сценарию, точно так же, как строились и другие гиганты советской промышленности. Люди вывозились на место будущего завода, — в лес, в степь, на болото, и их задача в первый год заключалась в расчистке стройплощадки и построении транспортной инфраструктуры: подъездных путей и причалов для барж. По остаточному принципу строились бараки для охранников и заключенных. Тем, кому не повезло получить нары в бараках, размещались в палатках. Вольнонаемные о своем жилье заботились сами, рыли землянки или строили мазанки.

Понятно, что смертность в таких условиях зашкаливала. По некоторым данным в первый год строительства Омского НПЗ умер каждый четвертый из трудового десанта. Люди, не выдерживая условий лагерной жизни, вешались на опорах линии электропередач. Практики захоронения на кладбищах не существовало, — не до этого было. Умерших хоронили в котлованах промышленных зданий и в насыпях на территории завода. Вырубать могилу в сибирские морозы считалось расточительством трудового времени.

Выполнение плана строительства и материально-техническое снабжение держалось на железной дисциплине, ресурсы шли со всей страны. Впрочем, даже то, что поставлялось по линии Госплана, удовлетворяло потребности стройки только на две трети. Опытные строители упрощали технологию строительства и сами производили недостающие материалы. Для них это была жизнь на нервах, когда за ошибки расстреливали. Такие страдания объяснялись тем, что Сибирь остро нуждалась в горюче-смазочных материалах. Как итог, к пуску завода в 1955 году было построено всего полтора десятка жилых домов.

Первые десять лет Омский НПЗ перерабатывал порядка 3 миллионов тонн нефти в год, сейчас уже около 20 миллионов тонн, что вывело его в число мировых лидеров.

Тогда, 5 сентября 1955 года, когда была пущена печь первой атмосферно-вакуумной установки, строители просто не могли себе представить, что через сорок лет в государстве будет создана рейдерская законодательная база, которая позволит посредством надуманных залоговых аукционов присвоить труд целого поколения. Напомним, что 28 декабря 1995 года 51% акций «Сибнефти» был выставлен на продажу. На аукционе победило ЗАО «Нефтяная финансовая компания» и банк «СБС Агро», которые заплатили $ 100,3 млн. А в 2005 году компания «Сибнефть» была выкуплена «Газпромом» (то есть — государством) уже за 13 миллиардов долларов.

Говоря об этом периоде, Владимир Путин сказал буквально следующее «О том, что происходило в 90-е годы, мы с вами много говорили на этот счет, когда бизнес нередко сводился к простому дележу государственного пирога. Кстати говоря, нам, конечно, и вот эту страницу тоже надо перевернуть».

Перевернули. И что?..

Человечество считает собственность священной лишь тогда, когда она опирается на «римское право собственности», гласящее «Ius est ars boni et aequi» — «право есть наука доброго и равного». Иначе говоря, справедливость является основным принципом правореализации собственности. Лишь тогда большинство не посягнет на него по моральным принципам, ибо оно заработано честным трудом. Понимают это и наши олигархи. Поэтому вывозят капиталы из России, поскольку их права гарантирует только нынешняя власть, а не общественное признание.

Понятно, что распутать клубок экономических сделок — честных и нечестных — проведенных два десятилетия назад, является задачей крайне сложной, особенно, когда Кремль пугают исходом инвесторов. Однако понятно и то, что не разрешив это социальное противоречие, нельзя ждать мотивации труда россиян. В России просто нет созидательной идеологии. А, значит, нельзя ждать экономического прорыва, ибо все, что будет направлено на модернизацию, будет просто разворовано.

Особенно, это актуально, когда начинается новая волна приватизации таких гигантов нашей экономики, как «Роснефть», ВТБ, «Совкомфлот», ФСК ЕЭС, «Русгидро», «Транснефть», РЖД, «Уралвагонзавод» и других. И хотя руководство страны уверяет, что на сей раз «все будет по-честному», этим уверениям мало кто верит.

Популярное в сети
Цитаты
Сергей Ермаков

Заместитель директора Таврического информационно-аналитического центра РИСИ

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Новости сети
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня