Общество

Лермонтов как космонавт

Критик Владимир Бондаренко готовит книгу о поэте

  
446

В издательстве «Молодая гвардия» в серии ЖЗЛ выходит биография Михаила Лермонтова. Автор, главный редактор газеты «День литературы», предложил нам отрывок из этой книги.

Пожалуй, никто не будет отрицать, поэма «Демон» — главное поэтическое творение Михаила Лермонтова. Шедевр мировой поэзии. Я не собираюсь сейчас писать литературоведческую статью, это иной жанр. Но поэма «Демон» — это и значительная часть жизни Лермонтова, веха в его биографии. Да и работал он над этой поэмой с 1829 года и до самого конца своей жизни. Историки литературы и литературоведы немало писали и пишут о влиянии на поэму «Демон» и пушкинских стихов «Ангел» (1827) и «Демон» (1823), и байроновского «Каина», и «Фауста» Гёте, и «Потерянного рая» Мильтона… Всё так. Но не будем вечно искать у наших русских гениев тех или иных заимствований. Интереснее проследить демоническое начало в судьбе самого Лермонтова. Как-то князь В.Ф.Одоевский его спросил:

— Скажите, Михаил Юрьевич, с кого вы списали вашего Демона?

На что поэт шутливо ответил:

— С самого себя, князь, неужели вы не узнали?

— Но вы не похожи на такого страшного протестанта и мрачного соблазнителя — стал оправдывать своего собеседника Одоевский.

— Поверьте, князь, я еще хуже моего Демона.

Все участники разговора рассмеялись. Но шутка запомнилась, стали поговаривать об автобиографическом характере поэмы, стали искать прототипы. Конечно же, нет никаких реальных прототипов ни у Демона, ни у Тамары. Но и отвергать признание самого Лермонтова в близости к образу Демона мы не будем. Было же в нём и на самом деле некое демоническое начало. Как тут не вспомнить о его далеком предке Томасе Лермонте, уведенном в царство столь же мистических фей, как не вспомнить о его демонических пророчествах. Да и сам Демон лермонтовский настолько не похож на героев поэм его великих предшественников. Настолько самостоятелен, что скорее я соглашусь с высказыванием остроумного великого князя Михаила Павловича, заметившего после прочтения поэмы:

— Были у нас итальянский Вельзевул, английский Люцифер, немецкий Мефистофель, теперь появился русский Демон, значит, нечистой силы прибыло. Я только никак не пойму, кто кого создал: Лермонтов ли — духа зла или же дух зла — Лермонтова?

И впрямь, не юный поэт в пятнадцать лет придумывал самые разные инфернальные образы, а в нем самом с детства витали некие силы. Не будем погружаться с головой в демонологию, но, признаем, что скорее, уже с детства, с рождения в судьбе Михаила Лермонтова присутствовало мистическое демоническое начало. И потому уже в самом начале его творчества, с 1828 года, сквозь все откровенные подражания и заимствования Пушкину или Байрону, Гете или Жуковскому просматривалась чисто лермонтовская надмирная, надземная космическая, астральная линия.

Когда он писал первые варианты поэмы, в 1829 году, еще учась в университетском пансионате, ему представлялись два героя — демон и ангел, влюбленные в одну монахиню. Потом его демон, влюбившись в монахиню, из ревности к ангелу губит свою возлюбленную. Естественно, как и всё у Лермонтова, уже в первых набросках «Демона» видны следы автобиографизма. Для меня — это скорее автобиографизм души самого поэта, его демонические чувства, прорастающие из чисто человеческих, юношеских эмоций. Во второй редакции поэмы он пишет:

Как демон мой, я зла избранник,

Как демон, с гордою душой,

Я меж людей беспечный странник

Для мира и небес чужой…

Впрочем, он и в лирических стихах, посвященных конкретной женщине, тоже сравнивает себя с падшим демоном. Можно, конечно, стать светским хроникером, и найти не одну документальную историю из жизни Лермонтова о том, как он обольстил женщину, которая была готова к встрече с ангелом, тоже вполне конкретным человеком, соперником поэта. И даже такая история будет не одна. Почти все его страсти тех юношеских лет, и Сушкова, и Иванова, и Лопухина, по-своему были обольщены Лермонтовым-Демоном, и имели при этом своего ангела. Поэт увлекается, любит свою подружку, но вскоре она ему прискучит, но её былой ангел уже её покинул. Героиня обречена на гибель. Я не буду сейчас расписывать все эти документальные версии. Ибо за автобиографической правдой факта у Михаила Лермонтова всегда скрывается, даже помимо его желания, глубинный замысел, его постижение страстей человеческих. Его взгляд с небес. Автобиография его души, его глубинных противоречий.

Самым космическим поэтом на Руси был Михаил Юрьевич Лермонтов. Небо было изначально его стихией. Если другие поэты смотрели с земли — в небо, то Михаил Лермонтов, скорее, смотрел с неба на землю. С неба посылал нам свои вирши.

Еще шестнадцатилетним юношей он писал: «Люди друг к другу зависть питают; Я же, напротив, только завидую звездам прекрасным, только их место занять бы желал». Впрочем, так и случилось. Всю свою поэтическую жизнь он прожил в звездном мире. Он говорил с Богом, как с равным.

Разве с таким поэтом Россия не должна была первой повернуться к космосу? Если весь космос внимал святой песне Михаила Лермонтова? Тем и отличается Лермонтов от других замечательных писателей русских, что у них изображен — человек природный, смущающийся перед небом. А у Лермонтова человек уже совершенен, он прошел уже свое прошлое, перед ним лишь настоящее и будущее, и он готов увидеть новый мир, готов познать его, полететь ввысь.

Михаил Лермонтов плывет перед нами на своем воздушном корабле по синим волнам океана, куда-то вдаль в космос, к неведомым вершинам, «лишь звезды блеснут в небесах», и сопровождают поэта в этом полете лишь близкие и равные ему люди, которых он ценил и на грешной земле. И никого более.

Внимательный читатель заметит, поэзия Лермонтова почти вся — на вершинах: «Горные вершины спят во тьме ночной…», «На севере диком стоит одиноко/ На голой вершине сосна…», «Ночевала тучка золотая /На груди утеса-великана…», «Терк воет, дик и злобен, /Меж утесистых громад». Но, если и спускается он на равнину, то вместе с ним спускается и все звездное небо. И опять с ним наедине космическое пространство.

Выхожу один я на дорогу;

Сквозь туман кремнистый путь блестит;

Ночь тиха. Пустыня внемлет Богу,

И звезда с звездою говорит.

Где, с какой галактики, с каких космических высот глядит сверху на нас поэт и отмечает наши земные судьбы?

В небесах торжественно и чудно!

Спит земля в сиянье голубом…

И где он заметил еще до всяких космических полетов голубое сияние земли? Кто подсказал? И впрямь, с Богом на равных. Потому казались ему такими ничтожными все эти мелкие человеческие подробности. Какие-то нелепые ссоры, дуэли? «Да не буду я стрелять в этого дурака» — сказал он в адрес Мартынова. А дурак взял, и выстрелил. Впрочем, и это все, земное, плотское его как бы мало задевало. Он еще при жизни уже пережил свое бессмертие. Потому он и писал: «Россия вся в будущем», что предвидел это будущее. Предвидел и свое величие, и величие России. Если он и спорил с небом, то не о своей личной судьбе, а о судьбе России. Он творил для нас новый небесный миф: «Я, Матерь Божия», «По небу полуночи», «Выхожу один я на дорогу». Он был апостолом Михаилом. Думаю, такого тонкого, такого космического поэта, как Михаил Лермонтова нет более ни на Руси, ни в мире. Есть выше его по стилистике, совершеннее по замыслу, изобретательнее по композиции, но такого русского чародея, которого увела некая фея так рано в небесный мир, больше нет. Один его сон во сне, наивный, простой и волшебный по исполнению, стоит многих высоких томов. Казалось бы, опустили его с космических небесных высот на самую нашу грешную землю:

В полдневный жар в долине Дагестана

С свинцом в груди лежал недвижим я;

Глубокая еще томилась рана,

По капле кровь точилася моя…

Вскоре, 15 июля 1841 года поэт и на самом деле оказался с свинцом в груди в долине Дагестана… и уже снился ему в мертвом сне вечерний пир в родимой стороне. И на пиру одна душа младая в разговор веселый не вступая, сама погрузилась в грустный сон:

И снилась ей долина Дагестана;

Знакомый труп лежал в долине той;

В его груди, дымясь, чернела рана,

И кровь лилась хладеющей струей.

Михаил Врубель. «Тамара и Демон».

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Павел Салин

Политолог

Эдуард Попов

Политолог, ведущий научный сотрудник Института русского зарубежья

Сергей Обухов

Член Президиума, секретарь ЦК КПРФ, доктор политических наук

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
10 лет Свободной Прессе
Сергей Удальцов
Сергей Удальцов

Меня очень радует, что за 10 лет своего существования «Свободная пресса» не выродилась в очередное маловыразительное СМИ, а постоянно повышала планку профессионализма, остроты, актуальности и свободы дискуссии, которой сегодня катастрофически не хватает в нашем информационном пространстве. На фоне подавляющего большинства печатных и сетевых изданий, которые пропагандируют разрушительную неолиберальную философию, «Свободная пресса» — это действительно свободный, независимый оазис левой, патриотической, прогрессивной мысли, формирующий цельную картину будущего общества — общества справедливости, развития и процветания. От души поздравляю редакцию «Свободной прессы» и ее многочисленных читателей с юбилеем, уверен — самые яркие события и публикации нас ждут впереди!

Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня