Общество

Наше проникновение по планете

Кто сегодня обеспечивает по всему миру русское присутствие

  
14

Недавно главнокомандующий ВМФ России Виктор Чирков заявил о победоносных планах по возвращению России в воды мирового океана — а именно, размещении российских военно-морских баз во Вьетнаме (Камрань), на Кубе (Лурдас) и Сейшелах. Столь обнадеживающе-смелое заявление российского адмирала было оперативно смазано президентом Вьетнама Чыонг Тан Шангом, который в интервью «Голосу России» заявил о том, что «Камрань — это вьетнамский порт» и «ни с кем кооперироваться в целях военного сотрудничества не намерен». Сразу после чего уже официально Управление пресс-службы и информации Министерства Обороны РФ опровергло сообщения о международных переговорах на эту тему. Обидное откровение прежних союзников вполне понятно — не надо было уходить из Вьетнама и Кубы в 2003 году, теперь ситуация поменялась и Россию там больше никто не ждет.

Столь странную ситуацию с заявлением главкома ВМФ и его последующим опровержением со стороны Минобороны можно объяснять внутренними интригами, но при этом понятно одно — наши генералы и политики снова испытывают имперские потребности, подтвердить которые уже не в силах.

Русская экспансия последнего десятилетия — когда родной нескромный турист лезет в самые отдаленные точки планеты, обнаруживая повсюжу своих соплеменников — оказалась для остального мира ничуть не лучше дальнего блеска советских ракет.

В самом деле, на любых Сейшелах гораздо органичнее смотрятся толпы в шортах и майках, плохо говорящие по-английски, чем военно-морская база даже супер-современных «Мистралей». Военная экспансия давно уступила место экономической.

Путешествуя недавно по Балканам, я с удивлением для себя узнал историю тесного военного сотрудничества Ливийской Джамахирии с маленькой республикой Черногория. На протяжении многих десятилетий в подводных доках Которского залива ремонтировались подлодки для Каддафи. Подводный флот, как мы знаем, полковнику не помог. Теперь вместо подлодок в черногорском Тивате ремонтируют яхты. Один канадский миллиардер вместе с Абрамовичем построил крупнейший в регионе порт, куда приходят, преимущественно, российские яхты. Глазурные красавцы, они смотрятся всяко современнее колючих субмарин. Хотя, если уж и говорить всерьез о новых военно-морских базах за пределами России, то Бока-Которский залив подошел бы как нельзя лучше.

Отставные балканские подводники сейчас заняты все больше в туристическом секторе или же занимаются строительством — один из сыновей бывшего египетского лидера Хосни Мубарака выкупил целый полуостров неподалеку от заброшенных доков, на котором теперь строит luxury-городок для туристов. Но и среди них случаются свои верещагины.

Владко Николич — отставной югославский разведчик, работавший все годы западной блокады режима Слободана Милошевича в Канаде и поставлявший американское оружие через Торонто в Белград — после победы дома первой «цветной революции» был разоблачен и честно отсидел 7 лет в канадской тюрьме. После чего уехал в свое родное село под Никшичем. Поскольку государства, которому он служил, больше нет, то новые черногорские власти посчитали себя свободными от всяческих обязательств. Теперь черногорский Верещагин у себя дома собирает русскую классику, угощает гостей собственной ракией и воспоминаниями о лихом прошлом.

Человек, познакомивший меня с ним — сам эмигрировавший из России под воздействием серьезных обстоятельств журналист Вениамин Стрига. Бывший руководитель ВГТРК и полномочный представитель Президента в Хакасии на заре 2000-х был вынужден покинуть страну из-за угрозы физической расправы и тюремного преследования со стороны одного из олигархов, по иронии судьбы, имевшего позже самое непосредственное отношение к провозглашении независимости Черногории и потому владеющего там бизнесом.

Сегодня уже многие русские проделывают свой путь добровольной эмиграции на Балканы. Они могут в любой момент спокойно вернуться на Родину, но обосновываются на месте всерьез и надолго — с возможностью переехать насовсем «если что». Их нельзя записать в число поклонников Путина, но от этого они не перестают быть таким же фактором российского присутствия как некогда стоявшие на рейде корабли.

В крупнейшем городе Боки Которской — Херцег-Нови, недалеко от старого монастыря Савина можно набрести на отреставрированное кладбище, на котором покоятся более сотни русских офицеров и их родных, эмигрировавших сюда в конце 20-го года из Крыма. После смерти Тито и до конца 90-х здесь была большая мусорная свалка. Но нашелся человек, который смог договориться о ее ликвидации и восстановлении кладбища — иконописец Александр Беляков, впоследствии построивший рядом с ним Храм святого Федора Ушакова. Адмирал Ушаков, будучи в конце 18 века командующим российскими военно-морскими силами в Средиземноморье, внушал уважение врагам и союзникам и был символом русского присутствия в регионе. Сегодня одним из таких исторических символов является его Храм.

Иногда не нужно отправлять новые эскадры для того, чтобы вернуть утерянное прежнее влияние. Достаточно просто вспомнить о своих гражданах, живших прежде и живущих сегодня по миру — ведь они самое главное богатство России и ресурс её присутствия на этой земле.

Фото: Yay/ИТАР-ТАСС

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Вадим Кумин

Политический деятель, кандидат экономических наук

Игорь Юшков

Ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности

Константин Небытов

Судебный пcихолог

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Выборы мэра Москвы
Выборы мэра Москвы
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня