18+
пятница, 17 ноября
Общество

«Россия получает свою Палестину на Кавказе»

Десятки тысяч дагестанских мюридов могут начать мстить за убийство шейха Саида Афанди

  
118

Во вторник в Дагестане убит один из виднейших и влиятельнейших шейхов республики — Саид Афанди (Ацаев). Преступление всколыхнуло регион, и без того на протяжении нескольких лет пребывающий в состоянии вялотекущей гражданской войны. Эксперты не пришли к единой версии относительно заказчиков громкого убийства, но предупреждают: оно может стать «точкой невозврата». Невозврата Дагестана к миру.

Шейх Саид Афанди аль-Чиркави погиб в собственном доме в результате взрыва, который устроила, по официальным данным, террористка-смертница. Вместе с шейхом погибли еще шестеро прихожан, находившихся в тот момент рядом с ним. На данный момент МВД опубликовало информацию об исполнительнице теракта. Как сообщается, взорвала себя Аминат Андреевна Курбанова (Сапрыкина) 1982 года рождения. По данным СМИ, муж смертницы был убит в ходе антитеррористической операции в этом году.

На похороны шейха даже по приблизительным оценкам пришли более 100 тысяч человек. 29 августа в Дагестане — день траура.

Не будет лишним напомнить, что весной этого года состоялось своего рода историческое событие — примирение сторонников традиционного ислама и салафитов — мусульман-фундаменталистов (радикальных салафитов в СМИ часто именуют «ваххабитами»).

О том, кто может стоять за убийством шейха и каковы могут быть последствия террористического акта, «Свободной прессе» рассказали признанные эксперты-кавказоведы.

Деньга Халидов, координатор Научно-экспертного совета Российского конгресса народов Кавказа, вице-президент Академии геополитических проблем:

— Если бы «лесные» хотели расправиться с шейхом Саид Афанди Чиркейским, они бы это сделали давно. И вообще, «лесные» не воюют с религиозными деятелями, они воюют с силовиками, с сотрудниками правоохранительных органов.

Второй момент. За последние месяцы, или даже год, произошли положительные подвижки в плане снятия напряжения внутри исламских общин Дагестана: салафитов и суфиев. Что невозможно было представить себе еще 7−8 лет назад. Тогда представители Духовного управления мусульман — а это все мюриды досточтимого шейха Саида Афанди — сели за стол переговоров с салафитами (движение Ах-лу Сунна), и сняли многие вопросы, в том числе связанные с «таинственными» расправами над имамами и улемами из суфистского «лагеря». Из надежных источников известно, что это сразу не понравилось «третьей силе», как я ее называю. Силе, для которой антитеррористическая кампания — как манна небесная: это и политика, и экономика, и долгосрочная программа, в рамках которой осваиваются гигантские средства. В результате Россия получает свою Палестину на Кавказе.

«СП»: — Кому выгоден этот теракт, какие задачи он решает, кто заказчик, кто стоит за инфраструктурой таких акций?

— Исполнителем может быть любой человек, любая группа. Причем исполнители могли быть использованы «втемную»: они могли и не знать, ради чего и как могут их использовать.

Сейчас местные аналитики (в Дагестане) ссылаются на мою статью «Кто заказал Дагестан?», которую я написал в 2005 году. Я тогда прогнозировал дальнейшее ухудшение ситуации в регионе. Чем больше антитеррора — тем больше ответного террора. Все больше фактов свидетельствует о стратегической установке на превращение всего Северного Кавказа, и прежде всего Дагестана — как его «ядра», в постоянный очаг напряженности, с перспективой удара по безопасности всей России.

Генералы могут не догадываться о таких последствиях. Они видят врага здесь и сейчас. Они иногда создают его сами: бессудными расправами, пытками. Пусть даже кто-то из «лесных» возьмет на себя ответственность, но это лишь провокаторы. Участники подполья даже могут думать, что в этой игре они могут выйти победителями, но их всегда используют — явно или скрыто — другие силы.

«СП»: — Каковы последствия этого теракта для Дагестана, да и для всей России?

— Такого рода теракт выполняет очень много задач. В первую очередь — дискредитации всего ислама в целом. Появляется возможность наращивания инфраструктуры для дальнейшей реализации «антитеррористической кампании». Это — отвлечение внимания российского общества от жгучих проблем. Это — попытка избежать «горячей осени», которая вполне прогнозируема в ближайшие недели и месяцы.

Я не считаю, что за такого рода провокациями стоит федеральная власть, абсолютно нет. Но сама власть не консолидирована, в самой власти есть разные «партии». И эти «партии» в своей борьбе за влияние на будущее России используют все средства.

Заведующий сектором Кавказа в Центре цивилизационных и региональных исследований РАН Энвер Кисриев:

— Я не вижу причины для «радикалов» убивать шейха. Он не являлся для них самым злостным и опасным человеком. Если говорить о «салафитской идеологии», то напротив — в последнее время был заметен процесс сближения разных течений в исламе. И на это сближение пошли вопреки власти. Если речь идет о «вражеской организации» — Духовном управлении мусульман, то эта организация салафитам не угрожает.

Во-первых, и внутри страны, и за ее пределами, причем в ближнем зарубежье, есть очень много политических сил, которые не хотят стабилизировать обстановку в Дагестане. Не хотят вообще, чтобы этот ключевой регион Кавказа оставался в составе России. Эти силы поставили своей целью эскалацию напряженности на Северном Кавказе.

«СП»: — Но ведь власти уже назвали имя смертницы…

— Дело в том, что у нас был убит министр внутренних дел Дагестана, генерал-лейтенант милиции. И мы до сих пор не видим ни одного осужденного по этому делу. В конце прошлого года убит известнейший человек — издатель газеты «Черновик» Хаджимурат Камалов. Несмотря на огромное число свидетелей, никто не осужден. Хотя, как мне рассказывали, в МВД республики заявили родственникам: «Вы же знаете, кто убил? Вот и занимайтесь решением вопроса». То есть государство свои функции не выполняет. Поэтому мне кажется, что правды об убийстве шейха мы тоже не узнаем. Если убьют трех-четырех боевиков, которых потом обвинят в теракте, — в это никто не поверит.

«СП»: — Что это убийство значит для Дагестана?

— Весь Дагестан уже все хорошо понимает. Там к власти крайне пренебрежительное, неуважительное отношение. Люди видят, как власть в Москве потакает местным «баронам» и ничего не делает в интересах государства: дисциплины, исполнения законов, и так далее.

Прежде всего, всколыхнется именно активная часть кавказского общества. А у них много мюридов. Мюрид — это особенный тип человека. Со способностями, можно сказать — талантами интенсивной приверженности. Не каждый психологически готов стать мюридом. Мюриды живут своим устазом (духовным наставником). Они впитывают каждое его слово, следуют каждой его мысли. Шейх Саид Афанди учил своих мюридов миру. И я не могу представить, что они сейчас, осиротев, испытывают. А для многих молодых людей, которые и так испытывают злость к власти, к правоохранительным органам, убийство шейха может стать решающим моментом. Моментом превращения их в «лесных». А, как следствие — вырастет число людей, помогающих им. Причем во всех стратах общества: у шейха были мюриды в очень высоких слоях общества.

В итоге может произойти качественный перелом, резко усиливающий «лесных». Раньше среди них было много так называемых «новых горожан» (молодых людей, приехавших в город из сельской местности и получивших суровые «уроки жизни»). Теперь ситуация может измениться: крестьянское население, избегавшее города, может радикализироваться.

Научный сотрудник Московского центра Карнеги Алексей Малашенко:

— Во-первых, убийство шейха выгодно его главным оппонентам. Это — салафиты. Они показали всему миру, что творят все, что хотят. Они убили шейха Сиражудина Хурикского — «номера два» после Саида Афанди. Они действуют в соответствии со своими планами.

Второе. Как ни парадоксально, это выгодно властям, которые на фоне истории с Pussy Riot закручивают гайки. «Смотрите, что происходит: вот вам экстремисты, вот вам радикалы. В Татарстане убили религиозного лидера, в Дагестане — шейха. Там хулиганят в храме, там ломают кресты…» А значит — нужно принимать более суровые законы, нужно наводить порядок, «закручивать гайки».

«СП»: — Но ведь утверждается, что весной этого года произошло примирение между разными течениями в исламе…

— Эта попытка была сделана еще и в позапрошлом году, в декабре. Сначала это был съезд народов Дагестана, были созданы примирительные комиссии… Но дело в том, что «диалог» шел односторонний. Саид Афанди сам, в общем-то, и не принимал участия в этой игре. Но его люди говорили о том, что салафиты должны признаться в своей неправоте. То есть «диалог» был очень специфичный. С одной стороны — религиозный, богословский. С другой — политический, связанный с террористической активностью. Но пока что этот диалог ни к чему не привел. Те, кто приходил со стороны салафитов, — это были «полураскаявшиеся». А те, кто был от традиционного ислама, они просто настаивали на своей правоте. И я считаю, что никакого диалога в ближайшее время не предвидится. Момент упущен еще 10 лет назад. И в этом трагедия Дагестана.

«СП»: — Каковы могут быть последствия этого теракта?

— Этого не знает никто. Ситуация достаточно двусмысленная. Если мюриды шейха — а их счет идет на десятки тысяч — будут разбираться сами — это плохо. Это фактически будет легитимизированная гражданская война. Естественно, власть будет выступать на их стороне.

Если ничего не будет сделано — тоже плохо. Тогда салафиты будут издеваться над своими оппонентами, что мол «мы ухлопали вашего лидера, а вы молчите в тряпочку».

Поэтому я не представляю, как будут развиваться события. В любом случае, вражда будет усиливаться. И если не на следующий день, то в сентябре, ноябре, декабре — что-нибудь да и случится.


Примечательно заявление главы Дагестана Магомедсалама Магомедова. На экстренном заседании Совет безопасности республики он сказал: «Я думаю, что сегодня мы примем решение в каждом городе, в каждом районе организовать отряды самообороны, дружины из молодых людей, готовых под руководством и вместе с органами внутренних дел вести работу по обеспечению безопасности, по наказанию этих бандитов и террористов. Это поручение всем руководителям городов и районов».

Похоже, что часть прогнозов Алексея Малашенко относительно дальнейшего развития событий недалека от истины.

На фото: Верующие на похоронах духовного лидера мусульман Дагестана шейха Саида Афанди в селении Чиркей Буйнакского района. © Абдула Магомедов/РИА Новости

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Федор Бирюков

Член Президиума партии «Родина»

Андрей Бунич

Президент Союза предпринимателей и арендаторов России

Иван Коновалов

Директор Центра стратегической конъюнктуры

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня