Общество

Будь моя воля

Виктор Топоров: за употребление «фашизма» — судить

  
244

Будь моя воля, я законодательно запретил бы употребление в русском языке существительных «фашизм» и «фашист» и прилагательного «фашистский» в любом другом контексте, кроме конкретно-исторического.

Нет, не сажал бы в тюрьму (как сажают в Германии за отрицание Холокоста, а в Украине — за отрицание Голодомора), я принципиальный противник уголовного преследования за мыслепреступления, но штрафовал бы как за мелкое хулиганство. Потому что употребление этих слов и есть хулиганство, причем далеко не всегда — мелкое.

А за применение словосочетания «русский фашизм» штрафовал бы втрое. Нет, впятеро! И лишал бы за него докторов и кандидатов наук (благо, почти никто кроме них этим словосочетанием не пользуется) научных степеней и ученых званий.

Даже с конкретно-историческим значением слова «фашизм» все далеко не просто. Фашизм был в Италии. Национал-социализм (нацизм), который вообще-то лучше называть гитлеризмом, — в Германии. Называть эти две идеологии (и эти две практики) одним и тем же словом, мягко говоря, некорректно.

Меж тем, к фашизму подверстывают у нас и франкизм в Испании, и японский милитаризм. Фашистами в СССР называли в разные годы и Иосифа Броз Тито, и Пол Пота. И Салазара, и Пиночета. Не говоря уж о навязчивом бреде на тему о том, что сионизм — это еврейский (или израильский) фашизм.

Причем во всех этих случаях мы мысленно приравниваем вышеперечисленных «фашистов» к Адольфу Гитлеру, что представляет собой не только упрощение, но и извращение. Куда уместнее было бы говорить о фашизоидности (то есть о наличии определенного, но далеко не полного набора признаков истинного гитлеризма), в той или иной мере присущей тем или иным политическим режимам.

Однако с фашизоидностью каши не сваришь. Шубы на ней не сошьешь. Антифашизоидного гранта не получишь. Наконец, «фашизоидом» не обзовешься — даже в научной дискуссии: больно уж это ученое слово даже для наших докторов и кандидатов наук. Можно даже без «даже».

В послевоенном детстве мы обзывали друг друга «фашистами» — перед тем как «стыкнуться» (то есть подраться). И — отдельно от этого, — играя в войну, разбивались на две группы: на «русских» и на «фашистов». Слово «немец» в этих играх не употребляли, только — «фриц». А ведь слово «фриц» и означало «солдат вермахта», то есть «фашист».

Однако это была, разумеется, ролевая игра. И звание «фашиста» (или «фрица») переходило от одного к другому, как шпага Лаэрта в поединке с Гамлетом. И поэтому «не считалось». А вот обозвать ровесника фашистом вне игры — это другое дело. Тут уж получи в пятак и не жалуйся.

В наши дни фашистами обзывают друг друга либералы и государственники (патриоты). Особо усердствуют первые. Из цепочки — государственник, патриот, националист, шовинист, фашист — они изымают три промежуточных, а то и все четыре первых звена. Любишь родину? Значит, фашист! Речи о «либеральном фашизме» тоже звучат, но значительно реже и тише. На мой взгляд, одинаково кощунственно и то, и другое.

В знаменитой советской кинокомедии «нехорошего человека» называли «редиской». Выражение это, ныне уже подзабывшееся, моментально стало тогда крылатым. В наши дни на смену «редиске» пришел, увы, все тот же «фашист» (в значении «нехороший человек») - и это отвратительно. Приберегите, что называется, сильные слова для адекватно сильных ситуаций.

В больших городах постоянно воюют друг с дружкой две банды — Фа и Антифа. Книги об этом пишут, фильмы снимают. Меж тем, понятно, что и одни не фашисты, и другие не антифашисты, хотя парни и там, и тут, мягко говоря, хулиганистые. Попадаются среди них отморозки и даже убийцы, вот только фашистов нет. И антифашистов, кстати, нет тоже.

Слово «антифашизм» и само по себе вызывает серьезное недоумение. Нет, в историческом плане все понятно: антифашистская коалиция, открытие второго фронта, и т. д., и т. п. Но в наши дни? В фашистском государстве антифашизм невозможен по определению — всех антифашистов тут же пересажают или перестреляют, а в любом другом он выглядит или ханжеством, или все тем же голословным обзывательством.

Ну, и наконец, «русский фашизм». Поневоле вспоминается один исторический анекдот, изложенной в книге Юрия Елагина «Укрощение искусств». Сталин приходит в Большой театр на «Евгения Онегина». Певец, поющий партию Ленского, с перепугу пускает петуха. Сопровождающие с трепетом смотрят на вождя: как он распорядится — выслать, посадить, расстрелять этого «оперного диверсанта»?

— А какое звание носит этот артист? — осведомляется Сталин. «Народный артист РСФСР» — докладывают ему (это звание ниже, чем «народный артист СССР») — Русские — добрый народ, — усмехается вождь в усы. И певец отделывается легким испугом.

Так вот, русские действительно добрый народ. Ни погромов, ни резни по национальному признаку у нас никогда не было — в отличие от ближайших соседей, да и не только от них.

Русская этничность размыта, у нас миллионы смешанных пар, — и пресловутый плавильный котел, запущенный в советское время на полную мощность (пресловутая «новая историческая общность»), а потом, в перестройку, едва не остановленный, сейчас заработал вновь. И когда-нибудь (правда, еще не скоро) понятия «русский» и «россиянин» совместятся друг с другом при наложении как два полных синонима.

Одним словом, «кровь и почва» у нас не проходят. А раз так, то никакого «русского фашизма» нет и быть не может. Ну, есть несколько маргиналов и фриков, утверждающих, будто они «русские фашисты». Какой-нибудь сетевой персонаж по кличке Ежик — он что, фашист или с девочками заигрывает? Ну, десятка два-три таких Ежиков на всю страну.

Это с одной стороны… А с другой, память о войне с фашизмом, память о победе над фашизмом как чуть ли не единственный объединяющий всю страну элемент, — причем элемент, исполненный едва ли не сакрального смысла… Даже лозунг «Россия для русских» — это, знаете ли, далеко не фашизм. А вот «Россия для русских, а нерусских — в газовые камеры!»… Но ведь такой лозунг не звучит, да и зазвучать не может.

Одним словом, с «фашизмом» и в особенности с «русским фашизмом» пора завязывать. Это слово-страшилка, слово-обзывалка, слово-дразнилка. А порой — и слово-паразит. Содержательного смысла слово «фашизм» (и «фашист») не имеет, — кроме как, повторяю, — в конкретно-историческом контексте. А ругать друг друга лучше матом — оно и честнее, и куда больше соответствует национальным особенностям научной дискуссии.

Фото: кадр из фильма «Железное небо», Кинопоиск

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Денис Парфенов

Секретарь Московского горкома КПРФ, депутат Госдумы

Сергей Ищенко

Военный обозреватель

Леонид Ивашов

Генерал-полковник, Президент Академии геополитических проблем

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Опрос
Назовите самые запомнившиеся события 2018 года
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня