Общество

Протест с учебной тревогой

На Пушкинской площади прошел митинг под лозунгом «Нет платному образованию! Образование-для всех!»

  
60

18 декабря Государственная Дума собирается рассмотреть во втором чтении правительственный проект нового закона «Об образовании». Парламентская оппозиция с содержанием законопроекта категорически не согласна и усматривает в нем угрозу тотальной коммерциализации образовательной сферы и неправомерной ликвидации значительной части российских вузов. Но, как и в случае с другими законами, которые рождаются в правительстве и в президентской администрации, шансов настоять на своем в стенах Думы у оппозиционеров немного. Поэтому их протест выплеснулся на улицу.

15 декабря на Пушкинской площади состоялся митинг, организованный КПРФ и поддержанный преподавателями и студентами столичных и региональных учебных заведений, разделяющими недовольство думских левых основными положениями правительственного законопроекта.

Среди тех, кто держал в руках плакаты «Министра образования Ливанова — в отставку!», «Образование — право, а не услуга!», «Нет избыточных знаний — есть вредные реформы!», были активисты из МГУ, МАРХИ, Литературного института имени Горького и других московских и провинциальных университетов и институтов. Слова, звучавшие с трибуны митинга и в толпе участников, во многом оказались созвучны недавнему заявлению ученого совета филфака МГУ: власть сознательно стремится к разрушению образовательной сферы, потому что плохо образованным обществом легче управлять. Коррупция в сфере образования благодаря реформам не снижается, а лишь нарастает. А ЕГЭ открывает дорогу в вузы откровенно безграмотным абитуриентам. Главным требованием митинга стало принятие парламентом альтернативного закона под названием «Образование для всех», разработанного группой специалистов, близких к КПРФ.

Закон, принятия которого добивается правительство, нанесет российскому образованию непоправимый урон, — сказал «СП» один из организаторов митинга, первый заместитель председателя Государственной Думы, профессор МГУ Иван Мельников. — От точечной ликвидации вузов, которую прежде приходилось хотя бы более-менее внятно мотивировать, власть теперь переходит к их массированной зачистке. Минобразования выдумывает какие-то странные критерии эффективности и неэффективности учебных заведений, которые не имеют никакого отношения к реальности, к качеству обучения в тех вузах, которые оказались под дамокловым мечом. Эти планы властей с задачами модернизации образования никак не связаны. Они связаны с идеологией дикого капитализма, которая отторгает образованных, самостоятельно мыслящих людей — отторгает как класс. Власть уже успела не раз убедиться, что именно эти люди задают ей самые неудобные вопросы, наиболее глубоко анализируют ситуацию в стране и отказывают правящей партии и президенту в доверии на выборах. Система заинтересована в том, чтобы таких людей становилось меньше. Кроме того, в системе образования сосредоточены немалые материальные ценности. Власть и ее приближенные стремятся прибрать их к своим рукам. Смысл приватизации практически в любой сфере сводится у нас именно к этому, а вовсе не к модернизации, которая провозглашается лишь на словах.

«СП»: — Второе чтение правительственного законопроекта в Думе уже несколько раз откладывалось. Это как-то связано с вашими возражениями? Разработчики вносят в проект корректировки?

— Разумеется, власть понимает, что правительственный законопроект будет отторгнут обществом. Она оттягивает окончательное утверждение закона. После первого чтения в Государственной Думе разработчики вроде бы попытались «подсластить пилюлю», дополнили проект несколькими социальными нормами. Но теперь мы видим, что они снова отыграли назад: накануне второго чтения наиболее существенные социальные гарантии снова вычеркнуты из законопроекта.

«СП»: — А какие конкретно положения проекта дают вам основания считать его антисоциальным?

— В законопроекте больше не прописано, что студент не может платить за проживание в общежитии более 10% стипендии, и что родители должны оплачивать из своего кармана не более 20% стоимости пребывания ребенка в детском саду. Мы настаивали на включении в законопроект и другой важнейшей нормы: все педагоги образовательных учреждений должны получать заработную плату не ниже средней по региону. Эта норма тоже изъята. И самое главное: из правительственного законопроекта убрана статья о запрете на приватизацию образовательных учреждений.

Первый заместитель председателя думского комитета по образованию Олег Смолин, который возглавлял группу разработчиков альтернативного законопроекта «Образование для всех», называет концепцию, на которой базируются планы Минобразования, откровенно порочной.

— Авторы правительственного проекта закона исходят из того, что образование — это государственная услуга. Мы считаем, что сводить образование к услуге — это все равно что не отличать романтическую любовь от секса за деньги. Официальный проект фактически разделяет систему образования на предназначенную для богатых, которые должны составлять класс управленцев, и на предназначенную для всех остальных. А мы убеждены, что государство должно гарантировать равный доступ к качественному образованию, независимо от имущественного статуса человека. Также мы требуем увеличения бюджетных расходов на финансирование образования примерно вдвое — до 7% от ВВП. Правительственный проект ничего подобного не предусматривает. При более низком уровне финансирования образовательной сферы модернизация просто не может состояться. Это доказывает опыт всех развивающихся стран, в которых произошел реальный модернизационный прорыв. Например, в Бразилии недавно было принято решение повысить расходы на образование с 5% до 10% ВВП. А российский бюджет предусматривает, что эти расходы к 2015 году составят лишь 4,2%. Наш законопроект предусматривает специальные нормы для преподавателей вузов и средних специальных учебных заведений: их оклад должен быть не ниже двух средних заработных плат по Российской Федерации. Правительственный проект сокращает число студентов-бюджетников примерно на 700 тысяч в течение ближайших пяти лет. Мы, напротив, настаиваем на увеличении доли студентов, обучающихся бесплатно — примерно на те же 700 тысяч в течение ближайших 2−3 лет. Академическая стипендия студента, согласно нашему проекту, должна составлять не менее 80% от прожиточного минимума.

«СП»: — То есть, ваши претензии сводятся прежде всего к финансовым вопросам?

— Вовсе нет. Мы, например, настаиваем на создании полноценных и финансируемых государством информационно-образовательных каналов в электронных СМИ, и прежде всего на телевидении. Каналов, которые несли бы просветительскую функцию. Правительство, опять же, ничего не предлагает в этой связи. Оно в очередной раз навязывает нам предельно заниженные образовательные стандарты, максимально усеченную программу обучения. В особенности это касается школ. А мы требуем, чтобы эти стандарты согласовывались с двумя академиями наук, с Союзом ректоров и с парламентскими комитетами. Набор предметов, обязательных для включения в школьную программу, должен быть утвержден законодательно и не может подлежать произвольному пересмотру по прихоти чиновников. Наконец, правительственный проект настаивает на обязательном ЕГЭ. Мы же соглашаемся с ЕГЭ только на добровольной основе. Учащиеся должны иметь право выбирать форму экзамена. Социологические опросы говорят о том, что сегодня большинство предпочло бы традиционную форму. Правительственный проект допускает возможность перехода от выборов ректоров вузов к их назначению. Мы выступаем категорически против этого. Правительство намерено снять запрет на приватизацию сферы образования, мы же требуем этот запрет сохранить.

«СП»: — Но вы же понимаете, что шансы убедить парламентское большинство принять за основу именно ваш проект практически равны нулю. Реформа наверняка пойдет по сценарию Минобразования. И что остается в таком случае? Политическая радикализация преподавателей и студентов?

— Пока что мало оснований говорить о существенной радикализации настроений в студенческой и преподавательской среде. Да, на митингах, которые проводят левые, появляется все больше молодых лиц. Довольно многочисленные студенческие и преподавательские колонны были заметны и на митингах, которые проходили на Болотной и на Проспекте Сахарова. Но это еще только начало пробуждения. Я бы предпочел, чтобы наши студенты вели себя так, как ведут себя молодые во Франции, в Греции, или в Южной Корее. У нас тогда давно уже были бы другие законы. И не только в сфере образования.

Заведующий кафедрой теории функций и функционального анализа мехмата МГУ, академик РАН Борис Кашин уверен, что радикализация в вузовской среде давно назрела. Ее сдерживает только одно: сильнейшая зависимость преподавательского состава от администрации вузов. Это касается даже самых титулованных и уважаемых профессоров.

— У нас любой преподаватель так или иначе опасается давления, боится, что может не пройти конкурс, лишиться работы, если его сочтут политически нелояльным. Такого нет ни в одной развитой стране. У преподавателей должна быть возможность свободно выражать свое мнение и по профессиональным вопросам, и по политическим. Я не сторонник полного прекращения диалога с властью, даже если она нам не нравится. Но последние инициативы правительства в сфере образования показывают, что оно в принципе отказывается нас слышать, что диалог все равно перестает быть возможным. И в такой ситуации единственное, что может воздействовать на власть — это именно политическая радикализация. Не только преподавателей, но и студентов. Если аргументированных возражений, которые звучат в стенах вузов, недостаточно, значит, протест будет неизбежно приобретать уличные формы.

«СП»: — Но разве у МГУ могут быть основания опасаться излишнего вмешательства со стороны власти? Вряд ли ей придет в голову обвинить в «неэффективности» главный университет страны.

— Конечно, до этого дело пока не дошло. Но это не значит, что мы не испытываем того же унижения, которое ощущают преподаватели, аспиранты, студенты в других вузах и в других регионах. Мне вчера коллеги с другой кафедры нашего факультета рассказывали такую историю. На кафедру взяли новую сотрудницу — молодую девушку, которая недавно защитила кандидатскую. Ее диссертация признана выдающейся, весь мехмат от нее в восторге. А оклад ей положили 8000 рублей. Почему? Неужели кто-то думает, что руководство факультета станет из злого умысла сажать на нищенский оклад молодого специалиста, талантами которого само же восторгается? Да просто нет возможности платить больше — объемы государственного финансирования не позволяют. Но министр образования Ливанов убеждает нас, что нищий ученый автоматически означает плохой ученый. А вуз, у которого нет возможности платить высокие зарплаты — это плохой вуз, неэффективный. Сами же сажают нас на голодный паек, и еще обвиняют при этом. Условия труда вузовских преподавателей у нас позорные в сравнении с любой цивилизованной страной. И вместо того, чтобы поднять социальный статус работников вузов, чиновники еще и унижают их, оскорбляют их человеческое и профессиональное достоинство. Когда говорят о необходимости коммерциализации вузов, всякий раз ссылаются на западный опыт. Только не на реальный, а на выдуманный нашими чиновниками. У нашей власти вообще двойные стандарты на каждом шагу. Когда ей нужно заклеймить оппозицию, она начинает пугать западными агентами влияния, уверять общество, что из них состоит все протестное движение. То есть, Запад в данном случае используется как враждебный жупел. А когда доходит дело до очередной реформы, вызывающей массовое недовольство, Запад опять приходит на помощь власти. Но уже не в качестве пугала, а в качестве идеала.

Студент Московского колледжа профессиональных технологий Владимир Акимов, выступавший на митинге от имени столичных студентов, рассказал «СП», что даже те преподаватели, которые не решаются афишировать свое недовольство политикой Минобразования, в личных разговорах поддерживают политически активную молодежь.

— Они ведь прекрасно знают, какие у нас проблемы. Обычная стипендия в нашем колледже — 400 рублей. Я как отличник юридического факультета получаю 800. Нам говорят: подрабатывайте. Только забывают о том, что если студент вынужден работать, на серьезном обучении, скорее всего, можно поставить крест. Но открыто обсуждать политические вопросы в студенческой аудитории преподавателям, по сути дела, запрещено. А вот радикализация студенчества, думаю, неизбежна. Удорожание образования и сокращение количества вузов не может не подтолкнуть молодежь к активному уличному протесту.

Главными политическими союзниками студентов Владимир считает левых. Либеральную оппозицию, «белоленточников» он упрекает в том, что на их протестных акциях слишком мало говорят о социальных проблемах. И о проблемах образования — в частности. Это вдвойне странно для политиков, называющих себя рупором «креативного класса», наиболее образованной части общества. Но упрекать своих сверстников, которые сегодня больше симпатизируют либеральному протесту, Владимир не спешит.

— Оппозиция бывает разная, ценности и задачи у нее могут быть разными. При этом за разными политическими лидерами и движениями могут идти люди, которые, в сущности, хотят одного и того же. И разбираться в том, кто из политических лидеров чего стоит, эти люди, особенно молодые, иногда начинают не сразу. Если либеральная оппозиция будет игнорировать проблемы, которые волнуют студентов и другие социально ущемленные слои общества, если она будет сосредотачиваться только на том, что считают главным уже состоявшиеся и вполне благополучные люди, значит, все больше молодежи будет не с либералами, а с левыми. Это подтверждает история нашей страны. И не только нашей.

Фото: kprf.ru

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Сергей Ищенко

Военный обозреватель

Леонид Ивашов

Генерал-полковник, Президент Академии геополитических проблем

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Опрос
Назовите самые запомнившиеся события 2018 года
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня