18+
пятница, 20 октября
Общество

«Оскар» по партийной линии

Мастера отечественного экрана об идеологической нагрузке современного кинематографа

  
33

Американская киноакадемия назвала лучшим фильмом ленту «Операция Арго» о героических сотрудниках ЦРУ, спасающих граждан США. Экранизация истории об освобождении сотрудников американского посольства, оказавшихся в плену во время исламской революции в Иране в 1979 году, принесла режиссеру Бену Аффлеку золотую статуэтку «Оскара».

Сам фильм вряд ли можно назвать шедевром. Скорее, это обычный боевик с привычными погонями и стрельбой. Зато сюжет у картины явно политический. И сама собой напрашивается мысль, что признание «Операции Арго» лучшим фильмом тоже имеет политический подтекст. И вряд ли случайно картина получила чуть ранее премии BAFTA и «Золотой глобус».

На эту мысль наталкивает и то обстоятельство, что среди номинантов «Оскара» в этом году фильмов, где сюжет важнее исполнения, было немало. Так, за лучший сценарий приз получил фильм «Джанго освобожденный» — киноистория о бывшем рабе-негре. Негр с удовольствием убивает белых преступников за деньги, играет роль черного работорговца и спокойно лицезреет гладиаторские бои между соплеменниками в богатых домах белых. Но зато он делает это ради любви к своей возлюбленной, рабыне-негритянке. Финал фильма — это много трупов белых американцев, горящий дом плантатора и радость его чернокожей жены. То ли известный режиссер Квентин Тарантино снял этот фильм специально для Барака Обамы, чтобы тот не чувствовал себя «хромой уткой», то ли ради пропаганды высоких чувств.

Не остался без награды и фильм «Линкольн», рассказывающий об отмене рабства в США и предшествующих этому грязных интригах между белыми политиками. Впрочем, как и «Отверженные» по роману Виктора Гюго, где актеры трогательно поют на английском языке и играют борцов за свободу.

Обращает на себя внимание и то обстоятельство, что одновременно с этими картинами в прокат вышли и другие, не менее идеологизированные фильмы Голливуда. Хоть наград они и не получили. Это «Гайд-Парк на Гудзоне» про президента Франклина Рузвельта и «Невозможное» про историю одной семьи, оказавшейся в Таиланде в центре цунами в 2004 году. Про последнее кино сложно сказать, что там есть что-то «невозможное». Сюжет прост: на пляж накатилась волна, и члены семьи растеряли друг друга. Весь фильм муж, жена и трое их сыновей ищут друг друга по разным госпиталям, а к концу ленты находят. Зато кино это про нерушимость семейных ценностей, в самый разгар различных обсуждений о праве однополых пар воспитывать детей.

Надо сказать, что о необходимости снимать кино, которое бы учило умному, доброму и вечному, у нас в России говорят последние лет 12. Обсуждаются разные инициативы. И закрепление квот для отечественных фильмов в кинотеатрах, и дополнительное финансирование «правильных» режиссеров, и даже госзаказ. Многие идеи уже реализуются: некоторые «правильные» режиссеры имеют возможность за деньги госбюджета снимать фильмы с масштабными сценами. Только вот результат часто оказывается неинтересен массовому зрителю. Мало кто из граждан возьмется сравнивать, к примеру, творение Сергея Бондарчука «Война и мир» и «Цитадель» Никиты Михалкова. Или фильмы о Великой Отечественной войне, снятые в советское время и за последние годы. Даже если вовсе не брать в расчет «Штрафбат» и «Сволочи». Вроде и подвиг показан, и советские солдаты за правильное дело воюют, и есть мысль, что это деды наши, которыми гордиться можем, а получается в лучшем случае какой-то комикс вроде «Мы из будущего». При этом люди с охотой смотрят голливудские сказки про американские ценности.

— Чтобы делать популярные фильмы, надо быть сильным государством. Таким, как Америка, — говорит Народный артист России, обладатель премии «Оскар» за фильм «Москва слезам не верит» Владимир Меньшов. — Надо завоевать позиции в кинематографе такие, как они. Ведь мы все ночью смотрим вручение «Оскара». Хотя наши картины там не представлены, и мы никак не участвуем, но всё равно смотрим это зрелище. Вначале надо иметь сильное государство, а потом уже могут получаться сильные ненадуманные фильмы.

Но даже у американцев пока получается в фильмах патриотизм несколько надуманный, «второй свежести». В последнее время мы видим много американских патриотических фильмов, но они не самого высокого уровня. В частности, и последняя картина «Операция Арго», это такой крепкий «середняк», но никак не больше. Настолько фильм отличается от хороших картин американского кино, которые были раньше, и тут вдруг он получает главный приз «Оскара». Мне очень обидно и жаль на это смотреть. Но это решение политическое. Для меня это совершенно очевидно.

Видимо, Америка ощущает себя ущербной в последнее время, терпит поражения на международной арене. И поэтому ищут поддержку хотя бы в искусстве. Какие мы, мол, сильные и безупречные, никого не бросаем в беде. Действительности это не соответствует. Но про свои просчеты они не снимают. Если бы сняли такое кино у нас, мы бы смеялись. Но американцы заставляют любоваться мир и этой «хреновиной». В той истории с заложниками не было никакого подвига, просто с помощью небольшой выдумки вывезли людей. Но это преподносят как победу, — подчеркивает Владимир Меньшов.

Нельзя всё же не отметить того факта, что просто так сделать хорошее высокоидейное кино нельзя. Режиссер должен сам быть проникнут той мыслью, которую хочет донести до зрителя. Нельзя сделать шедевр за деньги.

На одном из собраний писателей Михаил Шолохов сказал: «Мы пишем не по указке партии, а по велению сердец, а сердца наши принадлежат партии!» И вряд ли бы великий писатель получил бы Нобелевскую премию, если бы писал «Тихий Дон» по указке какого-нибудь чиновника. Хотя во все времена находились такие. И среди режиссеров тоже. Но разница между подлинным искусством и «заказным» видна сразу. Взять для сравнения, к примеру, два фильма о борьбе рабочих за светлое будущее: «Николай Бауман» (1967) Семена Туманова и «Год как жизнь» (1969) про Фридриха Энгельса режиссеров Азербайжана Маметова и Григория Рошаля. В первом случае зритель видит и личную драму, и высокие идеалы. Во втором — откровенную буффонаду из возвышенных лозунгов на фоне картонных декораций. Фильм не спас даже «звездный» коллектив актеров, среди которых были Андрей Миронов, Василий Ливанов, Зиновий Гердт, Клара Лучко.

Современная господдержка патриотического кино пока оборачивается только лубком. Пусть и красочным.

Все эти программы Министерства культуры от меня чрезвычайно далеки. Тут надо спрашивать кого-то другого", — сказал «СП» Народный артист России, режиссер легендарного «Белорусского вокзала» Андрей Смирнов.

Снимающий в формате «кино не для всех», режиссер фильмов «Шапито-шоу» и «Пыль» Сергей Лобан в разговоре с «СП» и вовсе сказал, что принципиально не дает интервью. Таков уговор их творческой команды: делать хорошие вещи и не пиарить их.

— Насильно мил не будешь. В принципе, снимают те фильмы, которые хотят снимать художники. Если они снимают что-то заказное, что не соответствует их убеждениям, то получается фильм «на ходулях» и его смотреть не интересно, — говорит киновед, директор Российского института культурологи Кирилл Разлогов. -Поэтому необходимо искать формы, чтобы было интересно. У нас снимали хорошие фильмы про Великую Отечественную войну, к примеру, «Баллада о солдате». Это же не заказная картина. Поэтому в заказные фильмы я не верю. Конечно, их можно делать, но они не приносят успеха, на который рассчитаны.

Надо, чтобы фильмы пробуждали добрые чувства. Но они должны волновать тех, кто фильмы делает. Хотя вся массовая культура построена на пробуждении добрых чувств, но иногда в кровавых вариантах. Когда добро побеждает зло с мечом в руках. Но всё равно побеждают положительные герои. Добро побеждает зло — это заложено в природе человека.

С другой стороны, в русской традиции заложено показывать свинцовые мерзости русской жизни, когда правда жизни ценится больше, чем то, к чему человек стремится. Отсюда, порой, и непонимание между аудиторией и творцами. Творцы хотят свинцовых мерзостей, говорить правду, а аудитория жаждет, быть может, сказок и красивых историй с «хеппи эндом». Эти истории больше есть в голливудской продукции, где и аудитория и творцы хотят сказок. Но это связано с национальной культурной традицией, с той ситуацией, что есть в той или иной стране. Но никто сознательно не ставит цель развратить молодое поколение. Но добрые чувства, хоть и хороши, иногда получаются в кино неубедительно.

«СП»: — У нас в стране и сегодня много хорошего. Почему не снимаются, к примеру, фильмы про ученых, про инженеров, которые продолжают заниматься созиданием?

— Потому что ученые сегодня самая неуважаемая профессия в обществе. И вы хотите, чтобы эта профессия возвеличивалась. Инженеры тоже сейчас не соответствуют нынешним официальным приоритетам. Скорее, это биржевые брокеры. А так сложилось, что искусство не может восхвалять коммерческую успешность как нравственную ценность. Поэтому у художников нет желания это делать. Престижем еще пользуются бандиты и люди, которые любой ценой достают большое количество денег. То есть это сложная культурологическая задача, которая не решается однозначными мерами. Многое зависит от культурной среды в обществе, от того, что люди готовы смотреть.

Снявший легендарный фильм про бандитскую романтику «Бригада» и по мотивам книг Эдуарда Лимонова кино «Русское» режиссер Александр Велединский считает, что создавать хорошие идейные фильмы нам под силу, просто еще не пришло время:

— Делать хорошие фильмы можно. Честные эмоциональные фильмы, и не делать их при этом заказухой. Снимать такие ленты, чтобы можно было гордиться своей страной, тоже можно. Сейчас не ставит никто задач специально что-то ругать или делать плохое кино. Когда появятся фильмы о том, как у нас хорошо — тогда, когда будем жить замечательно. Тогда и фильмы такие появятся.

Народный артист России Виктор Сухоруков тоже надеется, что хорошие и добрые фильмы скоро будут сниматься и в России:

— Кино это не только искусство, но и индустрия, бизнес. Продюсеры определяют, какое будет хорошее кино. Можем ли мы так снимать? А почему нет? Мы что, инопланетяне или все из палаты № 6? Конечно, можем!

Мало того. Недавно была история, как один разрубил жену. А у них трое детей. Он на весь интернет кричит: «Помогите найти жену!» А она у него лежит в пакетах в багажнике. Я сказал кое-кому из киноиндустрии: «Вот вам сюжет, ребята». Посмотрите, какое тут трагическое лицемерие. Это просто вселенский обман. Ведь эта история не русская, это — история планеты, всего человечества. Когда два красивых разумных существа врут, обманывают и до того заигрались в этот обман. Ну, если мы животные, то другой разговор. Но если мы люди разумные, то что это? Тогда шумели представители прессы. Но кто-то отозвался? «Да-да, история любопытная, не более того». А ведь эта история личная. В истории страны существует огромное количество сюжетов, на основании которых можно рассказать киноисторию, сценическую историю, литературную историю. Если это интересно, то почему бы и нет? Можем мы это сделать.

Я не думаю, что американцы плохо поступают, снимая «Операцию Арго», «Линкольн». Они рассказывают о себе, про себя своим же людям. Что же здесь плохого? Когда мне рассказывают историю типа «Волчок» Василия Сигарева, это — нормально?! Когда ни грамма света, ни минуты надежды! А какими же лекарствами тогда лечится общество, лечатся отношения между людьми. Каким лекарством подлечивается само государство?

«СП»: — Немного личный вопрос. Вы бы хотели сыграть положительного героя нашего времени?

— А что вы имеете в виду под положительным героем? Что он добрый или что у него голубые глаза, чистые руки. А вам сейчас впервые заявляю: «Надо искать положительный поступок». Даже не просто положительный поступок, а тот, что будет нести людям важность познания чистоты мира, его силы, красоты. То есть положительный герой для меня не существует, потому что это амплуа, которое кто-то придумал. Сегодня важно показать поступки. Они могут быть хорошими и плохими, полезными и вредными, и даже опасными и страшными.

Ведь метеорит, который пролетел над Челябинском, это тоже герой. Только природный герой. И вот он пролетел. Одних он восхитил, а других озадачил. Вот и думай, какой он, положительный или отрицательный. А если вернуться к голливудскому кино, то у них часто и плохой герой идет по своему киномаршруту и совершает такие поступки, которыми восхищаешься.

Я считаю, что положительный герой — это тот, который оставляет после себя и создает своими руками то, что полезно людям. Конечно, я готов играть такого героя. Вот сейчас я вспомнил Робинзона Крузо. Он — положительный герой? Да дикость какая-то — один на острове. Но читая произведение, мы думаем, как он во мне, во мне, закладывает программу выживания, человеческого достоинства, разумной личины. Сохранить надо разумную личину. Поэтому американцы правильно снимают такое кино. Я восхищаюсь ими, я завидую им. И я желаю своим коллегам-кинематографистам искать такие истории. Но главное, что найти-то мы можем. И деньги есть. Только почему-то произвести у нас не получается. Я надеюсь, что скоро сможем.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитата дня
Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня