Общество

Тайны подземелья

Диггер Вадим Михайлов о невидимых людям городах

  
65805

Диггер Михайлов — это человек, который знает о подземной Москве всё. Или почти всё. Он излазил канализационные стоки, средневековые ходы, секретные трассы. И как никто другой знает, что подземный мир таит в себе не только много интересного, но и опасного.

Когда мы созванивались и договаривались об интервью, в трубке были слышны крики: «На второе окно подавай». «Я сейчас на пожаре, но вечером буду свободен», — объяснил мне Михайлов.

Когда мы встретились в назначенное время на Ленинградском проспекте, Вадим Михайлов сразу повел показывать провал. «Вот, посмотрите, тяжелая техника ехала на парад и продавила дорогу. А тут лопнул старый трубопровод. В нем речка подземная была, теперь под землей большое затопление», — рассказал он…

«СП»: — Вадим, расскажите о диггерах. Кто они такие и чем занимаются?

— В настоящее время движение диггеров охватывает 15 стран. Я вместе с девятью своими товарищами основали его 36 лет назад. Организации «Диггер-спас» исполнилось 20 лет. За это время мы успели намозолить глаза чиновникам и спасти много людей. Наша организация вместе с вашим покорным слугой участвовала в минимизации жертв «Норд-Оста».

Иногда нас пытаются представить в виде весьма экзотических людей, на самом деле мы нормальные наукоемкие ребята, настоящие профессионалы, хорошие спелеонавты. Мои ученики активно работают с молодежью, в том числе готовят ее к армии. Всё это делается бесплатно, наша организация состоит из волонтеров. У нас зарегистрировано некоммерческое партнерство. Благодаря тому, что в его соучредителях есть генералы МВД, мы выдержали все нападки со стороны чиновников, желающих нас запретить и даже обвинить в экстремизме.

Дело в том, что мы помогаем спецслужбам бороться с терроризмом, предупреждать опасности, которые могут исходить из-под земли. Мы выявляем коррумпированных чиновников, иногда даже криминальные элементы, которые могут использовать подземелье.

Самую большую битву ведем всё-таки с чиновниками. Мы много раз вскрывали факты разбазаривания бюджетных денег при строительстве коммуникаций. И не только в Москве, но и в других регионах России. Естественно, что чиновники не любят, когда в СМИ мы говорим: «Здесь своровали на трубах, ходить по этой улице опасно». Мы занимались и спасением архитектурных памятников. И нас бы давно стерли в порошок, если бы нам не помогали люди в силовых структурах, стоящие на страже закона. Мы небогатая организация, но многие о нас знают и поддерживают.

Еще тушим пожары как добровольный пожарный отряд. На пожарах тоже часто вскрываются недостатки. К примеру, мы были на тушении подмосковной психиатрической лечебницы. Тогда сгорело 38 человек. Пожарные смогли приехать на место только через 50 минут. А мы давно предлагали создать мобильные пожарные группы. Надеюсь, что к нам прислушаются.

«СП»: — Каковы истоки вашего движения?

— Мой папа Вячеслав Михайлов был водителем состава в метрополитене. С пятилетнего возраста он иногда брал меня на работу. Он был известным человеком, семь раз избирался депутатом Моссовета. Его не стало, когда мне было 12 лет. Я решил создать движение в память об отце. Вначале это был неформальный кружок под названием «Подземная Московия». Потом нас стали называть движением, и мы поняли, что надо развиваться. В объединении стали появляться споры на разные темы, даже о политике. И мы начали формировать свою собственную философию.

Эту философию развивал и мой отец. Он был одним из самых известных в Москве книголюбов, после себя оставил большую библиотеку. Он был популизатором наследия Игнатия Стеллецкого. И отец всегда говорил мне: «В конце каждого туннеля есть свет, и это — свет истины». Я стал развивать эту философию. На моих глазах выросло три поколения диггеров. Они пытались продвинуть в общество идею, что нашу историю надо сохранять.

Сейчас в Интернете специально создали движение «антидиггеров». У истоков провокации стоят коррумпированные чиновники. Но мы спокойно к этому относимся. Понимаем, что эта мишура должна быть задвинута нашими знаниями, нашей работой.

За 36 лет нашей деятельности было много чего. Нами интересовались иностранцы, КГБ вело на нас архив. Я встречался с представителями нынешнего ФСБ, и мне офицеры рассказывали, как на нас заводились дела в советское время. Наверное, мы - самые проверяемые люди на свете. Но мы этого не боимся. Считаем себя патриотами, государственными людьми, людьми Отечества. Наша миссия — спасать Россию через самые страшные подземелья, через самые вонючие клоаки.

«СП»: — Что собой представляет московское подземелье? Правда ли, что под землей в столице построено чуть ли не больше, чем на поверхности?

— Да, это так. Мы собрали большой массив информации о подземной России. Теперь можем предупреждать о провалах. Мы предупреждали даже о провале в деревне Бутырлино. И там действительно провалилось 8 домов. Мы как никто другие знаем о геологической и техногенной ситуации под землей. С нами работают выдающиеся ученые-геологи. Сейчас можем сказать, что подземная Россия существует. Она очень интересна, но в то же время крайне опасна.

Возьмем московское подземелье. Это множество коммуникаций, находящихся на разных уровнях вперемежку с различными грунтами. Основных уровней можно выделить сорок, подземная Москва уходит до 840 метров вглубь. Там перемешаны постройки, породы, разломы, подземные воды. По сложности всего этого Москва находится на первом месте в мире. По бесконечному хаосу построек, по строительной динамике. Но и по инженерным решениям. Русский инженеринг превалирует над всеми решениями других стран мира, он сумел связать несовместимые хаотичные вещи. Наша техническая мысль просто прекрасна, иначе бы давно всё провалилось. В отличие от многих городов России и мира, имеющих развитую подземную инфраструктуру, Москва не осела. Хотя опасность этого есть.

После Москвы по сложности идет Лондон, после него — Нью-Йорк, Детройт, Токио. В Москве этажность некоторых подземных построек больше, чем у самых высоких надземных зданий. И со всем этим хозяйством надо обращаться очень аккуратно.

Строящиеся сейчас офисные центры на местах исторической застройки меняют состояние грунтов, изменяется направление подземных рек. Всего в городе более 600 таких рек, из них около 450 такого размера, что по ним можно плыть на лодках. Плюс многочисленные ручьи. Трубопроводы протекают и создают огромные подтопления, полые полости — этакие псевдопещеры. Несмотря на это, город всё-таки стабилен. Но он может не выдержать под воздействием наших строителей. В других городах уже земля не выдерживает. Мы занимались провалом на Двинской улице в Санкт-Петербурге, а предупреждали власти за месяц до случившегося.

Сейчас лед тронулся. Недавно мы получили благодарственное письмо от президента страны, наладили связь с руководством МЧС. Наша идея — создать центр тяжелых катастроф. Мы давно вынашиваем этот проект, у нас есть хорошие спасатели и ученые. Единственно, мы просим для них социальный пакет. Тогда сможем набирать талантливых ребят, моделировать техногенные катастрофы в российских городах. Мы уже получаем от МЧС необходимую дорогую технику. Нам очень важна и поддержка общественности.

«СП»: — А существует ли единая карта всех подземных строений и коммуникаций Москвы?

— Сотрудники ФСО открыто говорят нам, что подобная карта есть только у нас. А карта, которая была у спецслужб, утеряна с развалом Советского Союза. Исследования со стороны ГРУ, КГБ остались только в виде отдельных полей безопасности. Мы же свели воедино данные геологов, диггеров, других исследований. Нам более-менее удалось создать такую карту. Но она секретна, мы даже давали подписку о неразглашении. Хотя в целом знания не полные. А хорошо было бы президенту наряду с ядерным чемоданчиком иметь карты подземных коммуникаций. Ведь под землей границ нет, возможно различное проникновение к коммуникациям. Наш законопроект о геолого-техногенной безопасности был забаллотирован тремя созывами Госдумы. Но мы хотим вновь вынести такое предложение руководству страны.

«СП»: — Раз подземный мир настолько сложен и одновременно важен, то не пришло ли время создать специализированный академический институт? А то получается, что изучением подземелья занимаются только отдельные волонтеры из общественных организаций.

— Абсолютно с вами согласен. Мы дружим со многими учеными, разбросанными по разным институтам. Причем, занимаясь подземельем, им постоянно приходится доказывать, что они не шпионы. У меня самого есть множество публикаций, но они положены под сукно. Я бы создал институт не на базе действующих официальных структур, а на базе независимых экспертов. Такие люди есть. «Диггер-спас» тогда бы выполнял роль полевой лаборатории. Но пока мы не можем тратить силы на это, первоочередное у нас это создание центра тяжелых катастроф.

Сделать это тоже будет не просто. Наша организация всегда была неподкупной. Одно время нам давал финансирование Юрий Лужков. Но мы не согласились молчать о положении вокруг его строек, и он нас лишил средств. Зато мы остались честны перед самими собой.

«СП»: — Вы сказали о философии диггеров. В чем она заключается? Что стоит за той романтикой, из-за которой к вам приходят новые люди?

— За упоминаемой мною фразой «свет есть в конце каждого туннеля» стоит обобщение о комплексе философских и научных знаний. Мы считаем, что планета не может быть абсолютно плотной внутри, а знания о строении Земли черпаться только за счет отдельных бурений. В Земле есть пустотный мир, и, возможно, протоцивилизации там оставили больший след, чем цивилизации, слоеным пирогом находящиеся наверху. Этого никто не знает, но к данным об этом стремились многие.

Мы — те люди, которые затрагивают эти тонкие материи. Мы себя считаем звеном, помогающим сохранять корни истории, проникнуть в тайны протоцивилизаций, увидеть геологию планеты изнутри незамыленным взглядом.

Недавно мы сделали открытие на Мальте, и скоро мировая общественность узнает об этом. Сейчас готовим на этот остров новую экспедицию.

«СП»: — Вы там нашли что-то серьезное?

— Мы проникли на глубину до 500 метров и нашли древнюю цивилизацию. Внутри Мальты есть здания, огромное количество крепостей, о которых мало кто знает. Там много ходов — целый лабиринт.

Много открытий мы сделали и в России. Но пока не публиковали результаты. На нас оказывалось сильное давление. Но скоро мы привезем в интересные места геологов, ученых-историков. У нас даже есть задумка сделать проект «Подземная Одиссея», где бы мы рассказывали о сделанных открытиях, покрытых раньше тайной.

«СП»: — Я не прошу вас рассказать о секретных объектах. Но ходят слухи, что под Москвой чуть ли не несколько метро, длинные трассы и даже целые высокотехнологичные предприятия.

— Было бы удивительно, если бы этого не было. С самого начала мы верили в их существование. Многие объекты, которые охраняются, мы намеренно обходили стороной. За это даже снискали уважение со стороны спецслужб. Могу сказать только, что подземные сооружения у нас всегда были. И это всегда должно быть государственным секретом.

Другое дело, что некие любители, почему-то называющие себя диггерами, проникают в околосекретные объекты. Они не понимают, с чем они связываются и часто попадают в неприятные ситуации, иногда гибнут. Нам очень неприятно, что под нашей вывеской выступают какие-то непонятные люди 16−20 лет. Они проникают в метро-2, в коммуникации Курчатовского института. Нам иногда приходится потом спасать их. Выход я вижу в принятии закона об охране подземных коммуникаций.

«СП»: — Если коммуникаций так много, то сколько же людей их обслуживает и знает о гостайне.

— Огромное количество людей. Но старики, которые строили и обслуживали эти объекты, даже умирая, не выдадут тайну. Я был с такими знаком. Другое дело, что появляется молодежь, которая озабочена только заработком денег. И как их не проверяй, всё равно есть некий процент утечки информации. К каждому ведь не представишь представителя особого отдела. У нас безопасность информации о подземных сооружениях хромает процентов на 50, и мы бы хотели заштопать эту брешь.

«СП»: — Получается, что человечество научилось создавать сложные объекты. То есть, мифическая база нацистов подо льдами Антарктиды чисто технологически может быть реальностью?

— Мы встречались с человеком, который изучает секреты «Аненербе». Мы рассказали ему некоторые вещи и показали тем самым бессмысленность скрывать от нас какие-то моменты. Он рассказал то, что полностью соответствовало открытым нами объектам в Польше, в Германии, на территории СССР на границе с Польшей. Объекты строил и Сталин. Против строителей подземных объектов немцев боролось наше инженерное подразделение под командованием Карбышева. Его работа была засекречена больше, чем работа Сергея Королева.

Да, немцы прожигали лед в Антарктиде. Но они не строили базу, а пытались попасть на базу, уже ранее построенную. Но кем? Во время Первой мировой войны к нам что-то прилетало и зависало везде. Об этом есть много материалов. Но создана база была, на мой взгляд, тысячелетия назад.

Возможно, под землей есть какая-то цивилизация. Люди боятся ее. Но самые опасные, на мой взгляд, это вирусы, а не какие-то загадочные инопланетяне.

Фотографии из личного архива Вадима Михайлова

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Юрий Болдырев

Государственный и политический деятель, экономист, публицист

Виктор Алкснис

Полковник запаса, политик

Владислав Шурыгин

Военный эксперт

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Опрос
Назовите самые запомнившиеся события 2018 года
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня