Общество

Законотворчество с кулаками

Николай Валуев: «Некоторым для получения „рекордсмена“ нужно потеть и тренироваться, а мне — просто быть большим»

  
2613

Николай Валуев — личность разносторонняя, как он и сам признается. В прошлом — знаменитый боксер, завоевавший титул чемпиона мира в тяжелом весе. В настоящем — депутат Госдумы по вопросам спорта. В интервью «Свободной прессе» Валуев рассказал о своей законотворческой деятельности, о цензуре в СМИ и своих взаимоотношениях с Церковью.

СП: — Николай, чем обосновано решение оставить большой спорт и примкнуть к правящей партии?

—  Это довольно распространенное мнение, но ошибочное — никакой замены не было. В партию я вступил гораздо раньше, будучи ещё на ринге… и это абсолютно не связанные между собой вещи.

СП: — И все же, когда вы были спортсменом, вся страна пристально следила за вашими достижениями. А что теперь увидит народ? Какие достижения можно приписать вам как политику? И в какой сфере лежат ваши законотворческие интересы?

— Интересы не ограничиваются сферой спорта, если вы это имеете в виду. У меня сейчас много инициатив и разработок. Например, внесение корректировок в законопроекты «Об охоте» и «Об оружии». Или поправки, направленные на более справедливое распределение страховых выплат.

Без моего внимания не осталась и проблема ЖКХ. Когда обсуждался вопрос о капитальном ремонте, непосредственно я вносил эти поправки: касательно единого всероссийского информационного реестра, обязанностей, которые должны нести управляющие компании, а также прозрачности их деятельности.

Так что, как видите, география моих проектов достаточно широка.

СП: — Сменив амплуа, вы наверняка поменяли свое мнение о политиках. Далеки ли от реальности нынешние представления о работе Госдумы?

— Очень далеки. И зачастую именно пресса поддерживает или даже становится источником различных предрассудков.

Госдума — в первую очередь политический институт (законодательная власть), и публикаций, связанных с ней, выходит гораздо больше, чем публикаций о работе представителей исполнительной власти.

Когда я с головой ушел в работу в Госдуме, многие вещи стали проясняться. Я отчетливо вижу, как мои друзья и знакомые, или просто люди, оккупировавшие интернет, строят свои догадки и делают выводы (причем зачастую довольно таки нелицеприятные) на основе бытовых «кухонных» разговоров, многочисленных публикаций в прессе — не обоснованных ни на чем. Так что, отвечая на ваш вопрос, я могу с уверенностью сказать, что представления о работе депутатов не просто сильно искажены, они резонансно отличаются от нынешних реалий.

СП: — Основываясь на ваших рассуждениях, могу предположить, что вы являетесь сторонником инициативы о введении в СМИ жесткой цензуры?

— Отнюдь. Я бы не стал бросаться такими громкими словами, как «цензура». Скорее, я поддерживаю идею ввести некую ответственность за действия наших СМИ. За информацию, которую они публикуют. Я сторонник того, чтобы вся информация, поступающая в массы, была достоверной и проверенной.

Понимаете, на сегодняшний день журналисты располагают большим количеством уловок, с помощью которых можно написать практически любые вещи. Например, они могут дать ссылку на «неизвестный источник» или предыдущую публикацию в интернете и таким образом снять с себя всяческую ответственность.

Любой человек в своей жизни сталкивался с враньем. И, я думаю, реакция у всех возникает одинаково негативная. А если оно порочит честь и достоинство? Каждый захотел бы призвать своего обидчика к ответу. Аналогичная ситуация и со СМИ, возможно, если им будет грозить наказание на законодательном уровне, они начнут вести себя более корректно.

СП: — Просматривая ваши фотосеты, можно встретить кардинально резонансные образы Николая Валуева: на одном вы сурово бреетесь топором, на другом — протягиваете ромашку. Какой образ ближе?

— Обе фотографии интересны. Но можно ли из них выделить одну? Абсолютно нет!

Да, они действительно резонансные… одна, на мой взгляд, жутковата, другая, напротив, вся такая «белая и пушистая». Но оба эти образа мне присущи. Просто каждая ближе по-своему… в определенный момент и период жизни.

СП: — Говоря об образах, уйдя в политику, вы все же сумели сохранить элемент медийности в своей жизни: бесконечные съемки в рекламе, кино, выступления на радиоэфирах. Когда все успеваете?

-В медийном поле я появляюсь временами. Не думаю, что это нонсенс или какая-то порочная практика. Делаю на уровне своего самообразования и восприятия. И не скрываю, что мне это нравится. Мне близки такие профессии, как телеведущий/радиоведущий… и все же шоуменом меня назвать нельзя. Просто я разносторонняя личность, мне многое интересно — будь у меня больше свободного времени, я бы вообще поступил на журфак.

Кстати, политика — это тоже аналогичное выражение своих мыслей. Располагая платформой для дебатов, я могу запросто донести и свое, и мнение своих избирателей через это информационное поле. Так почему бы не пользоваться такой возможностью? Я буду это делать.

Сегодня я стараюсь донести до масс идеи о здоровом образе жизни, о какой-то общечеловеческой морали, поведении. Возможно, некоторые ко мне прислушаются (это уже победа), и я стану для них примером… хорошим примером.

СП: — Говоря о примере: однажды вы приняли участие в социальной акции «Мы православные». На плакате с вашим изображением, я помню, было высказывание: «Человек должен быть с богом, в сердце и душе».

Николай, давно ли вы пришли к вере?

— Моя политика — христианин!

Без веры нет никакого восприятия действительности. Сам я крестился достаточно поздно, лет в двадцать. Это было осознанное и, на мой взгляд, одно из наиболее правильных решений. Понимаете, церковь несет людям те вещи, о которых написано в заповедях, и которые прочно ассоциируются с моим миропониманием. Я начинаю к ним прислушиваться, осознавать и по мере возможности стараюсь их соблюдать.

СП: — Вы учредили «Фонд помощи развитию детско-юношеского спорта в стране». Его специфика, разумеется, обусловлена вашим прошлым. Но, как нынешний депутат, разве вы не должны подумать в первую очередь о более радикальных проблемах — больные онкологией, сироты?

—  Давайте не забывать, что на сегодняшний день масса знаменитостей занимается благотворительностью. Есть люди, которые могут позаботиться и о сиротах, и об онкологических больных. Например, многим известный «Фонд помощи Чулпан Хаматовой».

Если говорить о направлении, то, разумеется, каждый открывает Фонд той специфики, которая ему наиболее близка по духу. У меня вот спортивный ориентир, это та область, в которой я действительно могу принести наибольшую пользу. Я никого не обманываю и говорю открыто, что мои цели — развитие и модификация российского спорта в стране.

А крутиться во всех областях сразу просто нереально! При этом мне ничего не мешает участвовать в других благотворительных проектах и акциях: посещать больницы, перечислять пожертвования в отделения онкологии. Организовывать праздники сиротам и малообеспеченным семьям.

Я могу купить подарков и посетить нуждающихся — это будет моим личным решением. И никакой устав фонда в этом деле не помешает.

СП: — А если говорить о популяризации спорта среди инвалидов, как вы расцениваете работу Паралимпийского комитета страны? Что мешает его развитию?

— Результаты наших паралимпийцев на Олимпиаде (проходившей в Лондоне) говорят красноречивее любых слов. Они рвутся вперед, стремятся к победе, завоевывают почетные места — и тем самым демонстрируют нам «чудеса духа». Которого, увы, не хватило нашей сборной по хоккею в последние дни игры с американцами.

И если техническое оснащение будет вырастать, я уверен, положительных результатов у наших паралимпийцев станет ещё больше.

СП: — В феврале МОК рекомендовал исключить борьбу из программы Олимпийских игр, что вызвало большой резонанс по всему миру, который не стихает и спустя месяцы… можно ли надеяться, что борьба останется в программе Олимпийских игр?

— Я смотрю на эту ситуацию с оптимизмом. Но всё же — это нехорошая такая ласточка.

Дело в том, что МОК все стремительнее склоняется к коммерческой выгоде. Это давно — общественная организация, которая предпочитает зарабатывать большие средства. Но жертвовать ради «золотого тельца» таким древнейшим и несокрушимым видом спорта как борьба, которая была представлена еще на первых олимпийских играх, я считаю, сродни «плевку» в сторону нашей многовековой и насыщенной истории.

Поэтому исключение борьбы из соревнований я не только не поддерживаю, но и считаю это весьма серьезной ошибкой.

СП: — Бокс — это спорт или бизнес? Насколько он бьет по здоровью?

На организации боев можно заработать?

— Заработать, разумеется, можно… и неплохие деньги. Но этим занимаются конкретные люди — промоутеры. Для спортсменов же бокс — это, конечно же, спорт. Травмоопасный — да, но не больше, чем какой-либо другой его вид. Например, я считаю, гораздо сильнее бьют по здоровью игровые виды спорта.

СП: — Долгое время ходили разговоры, что ваше имя все же не стали вносить в книгу Рекордов Гиннеса. Это так?

— А я и до сих пор и сам этого не понял!

Но если верить словам моего друга Александра Муромского (пятикратный рекордсмен книги Рекордов), в 2008-м году я все же стал официальным рекордсменом книги рекордов Гиннеса «как самый большой боксер на планете».

Получается, что некоторым для получения титула «рекордсмена» нужно упорно потеть и тренироваться, а мне просто напросто быть большим!

Фото: Алексей Филиппов/ РИА Новости

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Павел Грудинин

Директор ЗАО «Совхоз им. Ленина»

Эдуард Попов

Политолог, ведущий научный сотрудник Института русского зарубежья

Олег Неменский

Политолог

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Выборы президента РФ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня