Общество

Законотворчество с кулаками

Николай Валуев: «Некоторым для получения „рекордсмена“ нужно потеть и тренироваться, а мне — просто быть большим»

  
2613

Николай Валуев — личность разносторонняя, как он и сам признается. В прошлом — знаменитый боксер, завоевавший титул чемпиона мира в тяжелом весе. В настоящем — депутат Госдумы по вопросам спорта. В интервью «Свободной прессе» Валуев рассказал о своей законотворческой деятельности, о цензуре в СМИ и своих взаимоотношениях с Церковью.

СП: — Николай, чем обосновано решение оставить большой спорт и примкнуть к правящей партии?

—  Это довольно распространенное мнение, но ошибочное — никакой замены не было. В партию я вступил гораздо раньше, будучи ещё на ринге… и это абсолютно не связанные между собой вещи.

СП: — И все же, когда вы были спортсменом, вся страна пристально следила за вашими достижениями. А что теперь увидит народ? Какие достижения можно приписать вам как политику? И в какой сфере лежат ваши законотворческие интересы?

— Интересы не ограничиваются сферой спорта, если вы это имеете в виду. У меня сейчас много инициатив и разработок. Например, внесение корректировок в законопроекты «Об охоте» и «Об оружии». Или поправки, направленные на более справедливое распределение страховых выплат.

Без моего внимания не осталась и проблема ЖКХ. Когда обсуждался вопрос о капитальном ремонте, непосредственно я вносил эти поправки: касательно единого всероссийского информационного реестра, обязанностей, которые должны нести управляющие компании, а также прозрачности их деятельности.

Так что, как видите, география моих проектов достаточно широка.

СП: — Сменив амплуа, вы наверняка поменяли свое мнение о политиках. Далеки ли от реальности нынешние представления о работе Госдумы?

— Очень далеки. И зачастую именно пресса поддерживает или даже становится источником различных предрассудков.

Госдума — в первую очередь политический институт (законодательная власть), и публикаций, связанных с ней, выходит гораздо больше, чем публикаций о работе представителей исполнительной власти.

Когда я с головой ушел в работу в Госдуме, многие вещи стали проясняться. Я отчетливо вижу, как мои друзья и знакомые, или просто люди, оккупировавшие интернет, строят свои догадки и делают выводы (причем зачастую довольно таки нелицеприятные) на основе бытовых «кухонных» разговоров, многочисленных публикаций в прессе — не обоснованных ни на чем. Так что, отвечая на ваш вопрос, я могу с уверенностью сказать, что представления о работе депутатов не просто сильно искажены, они резонансно отличаются от нынешних реалий.

СП: — Основываясь на ваших рассуждениях, могу предположить, что вы являетесь сторонником инициативы о введении в СМИ жесткой цензуры?

— Отнюдь. Я бы не стал бросаться такими громкими словами, как «цензура». Скорее, я поддерживаю идею ввести некую ответственность за действия наших СМИ. За информацию, которую они публикуют. Я сторонник того, чтобы вся информация, поступающая в массы, была достоверной и проверенной.

Понимаете, на сегодняшний день журналисты располагают большим количеством уловок, с помощью которых можно написать практически любые вещи. Например, они могут дать ссылку на «неизвестный источник» или предыдущую публикацию в интернете и таким образом снять с себя всяческую ответственность.

Любой человек в своей жизни сталкивался с враньем. И, я думаю, реакция у всех возникает одинаково негативная. А если оно порочит честь и достоинство? Каждый захотел бы призвать своего обидчика к ответу. Аналогичная ситуация и со СМИ, возможно, если им будет грозить наказание на законодательном уровне, они начнут вести себя более корректно.

СП: — Просматривая ваши фотосеты, можно встретить кардинально резонансные образы Николая Валуева: на одном вы сурово бреетесь топором, на другом — протягиваете ромашку. Какой образ ближе?

— Обе фотографии интересны. Но можно ли из них выделить одну? Абсолютно нет!

Да, они действительно резонансные… одна, на мой взгляд, жутковата, другая, напротив, вся такая «белая и пушистая». Но оба эти образа мне присущи. Просто каждая ближе по-своему… в определенный момент и период жизни.

СП: — Говоря об образах, уйдя в политику, вы все же сумели сохранить элемент медийности в своей жизни: бесконечные съемки в рекламе, кино, выступления на радиоэфирах. Когда все успеваете?

-В медийном поле я появляюсь временами. Не думаю, что это нонсенс или какая-то порочная практика. Делаю на уровне своего самообразования и восприятия. И не скрываю, что мне это нравится. Мне близки такие профессии, как телеведущий/радиоведущий… и все же шоуменом меня назвать нельзя. Просто я разносторонняя личность, мне многое интересно — будь у меня больше свободного времени, я бы вообще поступил на журфак.

Кстати, политика — это тоже аналогичное выражение своих мыслей. Располагая платформой для дебатов, я могу запросто донести и свое, и мнение своих избирателей через это информационное поле. Так почему бы не пользоваться такой возможностью? Я буду это делать.

Сегодня я стараюсь донести до масс идеи о здоровом образе жизни, о какой-то общечеловеческой морали, поведении. Возможно, некоторые ко мне прислушаются (это уже победа), и я стану для них примером… хорошим примером.

СП: — Говоря о примере: однажды вы приняли участие в социальной акции «Мы православные». На плакате с вашим изображением, я помню, было высказывание: «Человек должен быть с богом, в сердце и душе».

Николай, давно ли вы пришли к вере?

— Моя политика — христианин!

Без веры нет никакого восприятия действительности. Сам я крестился достаточно поздно, лет в двадцать. Это было осознанное и, на мой взгляд, одно из наиболее правильных решений. Понимаете, церковь несет людям те вещи, о которых написано в заповедях, и которые прочно ассоциируются с моим миропониманием. Я начинаю к ним прислушиваться, осознавать и по мере возможности стараюсь их соблюдать.

СП: — Вы учредили «Фонд помощи развитию детско-юношеского спорта в стране». Его специфика, разумеется, обусловлена вашим прошлым. Но, как нынешний депутат, разве вы не должны подумать в первую очередь о более радикальных проблемах — больные онкологией, сироты?

—  Давайте не забывать, что на сегодняшний день масса знаменитостей занимается благотворительностью. Есть люди, которые могут позаботиться и о сиротах, и об онкологических больных. Например, многим известный «Фонд помощи Чулпан Хаматовой».

Если говорить о направлении, то, разумеется, каждый открывает Фонд той специфики, которая ему наиболее близка по духу. У меня вот спортивный ориентир, это та область, в которой я действительно могу принести наибольшую пользу. Я никого не обманываю и говорю открыто, что мои цели — развитие и модификация российского спорта в стране.

А крутиться во всех областях сразу просто нереально! При этом мне ничего не мешает участвовать в других благотворительных проектах и акциях: посещать больницы, перечислять пожертвования в отделения онкологии. Организовывать праздники сиротам и малообеспеченным семьям.

Я могу купить подарков и посетить нуждающихся — это будет моим личным решением. И никакой устав фонда в этом деле не помешает.

СП: — А если говорить о популяризации спорта среди инвалидов, как вы расцениваете работу Паралимпийского комитета страны? Что мешает его развитию?

— Результаты наших паралимпийцев на Олимпиаде (проходившей в Лондоне) говорят красноречивее любых слов. Они рвутся вперед, стремятся к победе, завоевывают почетные места — и тем самым демонстрируют нам «чудеса духа». Которого, увы, не хватило нашей сборной по хоккею в последние дни игры с американцами.

И если техническое оснащение будет вырастать, я уверен, положительных результатов у наших паралимпийцев станет ещё больше.

СП: — В феврале МОК рекомендовал исключить борьбу из программы Олимпийских игр, что вызвало большой резонанс по всему миру, который не стихает и спустя месяцы… можно ли надеяться, что борьба останется в программе Олимпийских игр?

— Я смотрю на эту ситуацию с оптимизмом. Но всё же — это нехорошая такая ласточка.

Дело в том, что МОК все стремительнее склоняется к коммерческой выгоде. Это давно — общественная организация, которая предпочитает зарабатывать большие средства. Но жертвовать ради «золотого тельца» таким древнейшим и несокрушимым видом спорта как борьба, которая была представлена еще на первых олимпийских играх, я считаю, сродни «плевку» в сторону нашей многовековой и насыщенной истории.

Поэтому исключение борьбы из соревнований я не только не поддерживаю, но и считаю это весьма серьезной ошибкой.

СП: — Бокс — это спорт или бизнес? Насколько он бьет по здоровью?

На организации боев можно заработать?

— Заработать, разумеется, можно… и неплохие деньги. Но этим занимаются конкретные люди — промоутеры. Для спортсменов же бокс — это, конечно же, спорт. Травмоопасный — да, но не больше, чем какой-либо другой его вид. Например, я считаю, гораздо сильнее бьют по здоровью игровые виды спорта.

СП: — Долгое время ходили разговоры, что ваше имя все же не стали вносить в книгу Рекордов Гиннеса. Это так?

— А я и до сих пор и сам этого не понял!

Но если верить словам моего друга Александра Муромского (пятикратный рекордсмен книги Рекордов), в 2008-м году я все же стал официальным рекордсменом книги рекордов Гиннеса «как самый большой боксер на планете».

Получается, что некоторым для получения титула «рекордсмена» нужно упорно потеть и тренироваться, а мне просто напросто быть большим!

Фото: Алексей Филиппов/ РИА Новости

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Федор Бирюков

Член Президиума партии «Родина»

Андрей Бунич

Президент Союза предпринимателей и арендаторов России

Иван Коновалов

Директор Центра стратегической конъюнктуры

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня