Общество

Слово молодого Геббельса

В России роман идеолога нацизма причислили к «великой прозе»

  
6628

В России впервые переведен и издан единственный роман Йозефа Геббельса «Михаэль. Германская судьба в дневниковых записях». Книгу главного идеолога нацизма и ближайшего соратника Гитлера в серии «Проза великих» выпустило издательство «Алгоритм», сообщает сетевое ИА Newsru.com.

Будущий пропагандист Третьего рейха написал свой литературный труд в 1923 году. А опубликован он был лишь спустя шесть лет — в 1929 году — при поддержке нацистской партии.

Главный герой романа ветеран Первой мировой войны Михаэль Фоорманн. Вернувшись с фронта в Германию, он ведет дневник, в котором описывает свою жизнь и излагает свое мировоззрение.

В аннотации издательство обращает внимание на то, что книга была «написана задолго до того, как ее автор занял крупные партийные посты в Третьем рейхе. Это произведение, хотя и содержит некоторые размышления о политике, очевидно, не преследовало политических целей, поскольку во время его написания автор был окрылен единственной мечтой — стать литератором». Говорится также о юношеской незрелости и наивности 25-летнего литератора, и о том, что «мы не вправе упрекать автора за взгляды, которые даже не могли являться его личными».

Но всего по нескольким цитатам из «Михаэля» можно увидеть, какую именно линию пропаганды наметил для себя еще в молодые годы будущий идеолог нацизма. «Христос — первый по размаху противник евреев… Он перетряхнул до основания их грядущее мировое господство…».

Тем не менее, отношение к выходу скандальной книги нельзя назвать однозначным.

Руководитель исследовательских программ Фонда «Историческая память» Владимир Симиндей видит за этим не столько культурное событие, сколько аномальное:

— Это примерно то же самое, как аномальное влечение к ранним картинам и рисункам Гитлера. Это побуждает низменную дискуссию у людей, которые преклоняются перед нацистами. Поощрять подобное не стоит. Издательства, как мне кажется, должны подбирать к публикациям тексты не только исходя из критериев скандальности, но и из определенной этики. Не думаю, что этой прозой особенно заинтересуются какие-то серьезные исследователи исторической литературы или к ней большой интерес проявят специалисты-литературоведы. Но, к сожалению, найдутся такие индивиды, для которых уже достаточно, что такая книга стоит у них на полке. Для них это своего рода фетиш.

Писатель, публицист и историк Константин Залесский считает, что резонанс от самого события во многом преувеличен:

— В названии серии смущает слово «великий»? Но ведь преступник тоже может быть великим. Был ли великим Геббельс? Да, он был великим преступником, был великим пропагандистом и великим антисемитом. То есть, в данном случае слово «великий» показывает глубину его преступлений перед человечеством.

«СП»: — Можно ли публиковать труд такого человека, да еще в России, где фашизм, основанный, в том числе на геббельсовском мировоззрении, убил более двадцати миллионов граждан? Или чтобы знать врага в лицо, что называется, его не надо засекречивать?

— Что касается «Михаэля», то, честно скажу, я его не читал. То, что я про роман знаю: когда он был написан, его автор еще не был национал-социалистом. Содержит ли произведение какие-нибудь антисемитские положения? Я не знаю. Но если это так, то конкретные претензии могут быть оспорены в судебном порядке, я думаю. А в самом появлении книги, на мой взгляд, нет ничего страшного: по отзывам критики того времени (20−30-х гг.), в целом роман не представляет собой большой художественной ценности. Тем более, он вряд ли поможет «узнать врага в лицо», потому что на начало 20-х сам Геббельс не был каким-то таким уж активным врагом — он был 25-летним молодым человеком, увлекающимся немецким национализмом и консерватизмом. Что касается публикаций документов людей уже состоявшихся — т.е., предположим, дневником того же Геббельса — то, на мой взгляд, это было бы даже хорошо. Естественно, только с соответствующими комментариями.

Мы упорно не публикуем «Mein Kampf» в нашей стране, но ее можно легко найти в интернете просто по названию. Это плохо. Потому что лучше было бы, если «Mein Kampf» была бы прокомментирована специалистами, которые бы показали, в чем, собственно, преступность этой книги и ее автора. Почему мы должны от этого прятаться? А публикация «Михаэля» как-то даже смешно выглядит немножко, ведь, если принимать во внимание отзывы, это довольно сырая работа и малоталантливая. На самом деле это, скорее, попытка издательства спекулировать на имени автора. Эпатаж такой. Ну, да Бог им судья…

В желании сделать пиар на скандале упрекает издателей и политолог Дмитрий Орешкин

— Эти ребята делают свой бизнес, скажем так, «на грани приличия», а иногда даже за гранью. При этом я не могу утверждать, что у них есть какая-то пропагандистская идеологическая система приоритетов. Они издают всех. Поэтому здесь надо все-таки понимать с кем имеешь дело.

«СП»: — А то, что Геббельса причислили к «великой прозе»?

— Великим литератором назвать его трудно — это точно. Не очень это красиво звучит. Но это проект на грани фола, и, я не думаю, что издательство будет переименовывать название серии

«СП»: — Могли бы назвать «Великие и ужасные», допустим…

— Да, логичнее было бы

«СП»: — Но надо ли было публиковать?

— Думаю, что скорее надо, чем нет. Я вообще склонен слегка переоценивать качество нашей аудитории — возможно, потому что общаюсь не со всем ее спектром, а с определенной частью. И там люди понимают то, что есть дрянь, что есть не дрянь. Не виду, например, большой беды в издании Mein Kampf, потому что взрослый человек имеет право почитать и создать свое мнение об этой книге.

«СП»: — Но эта книга Гитлера внесена в список экстремистских материалов и запрещена у нас…

— Мне лично не понятны такие огульные ограничения. Хотя боюсь, что могу и заблуждаться. Просто потому что плохо знаю весь спектр читательских масс. Может быть, на кого-то, на какие-то неокрепшие умы это все произведет безумное впечатление. Но, на самом деле, думаю, проза — так себе — во всяком случае, по откликам современников. Ведь Геббельс был таким же неудачником в литературе (и в оперном пении, по-моему), как Гитлер — в живописи. Они просто не могли реализоваться в чем-то более утонченном, более замысловатом, потому что заряжать толпу энергетикой — это, в общем, искусство довольно вульгарное. Наверняка, конечно, найдется люди, которые из этого сделают икону. Но фанатики сделают икону из всего, чего угодно. Мне кажется надо исходить из того, что наши люди в основе своей — нормальные. От того, что они прочитают такую книжку крыша у них не поедет.

«СП»: — Моральных ограничений не должно быть?

— Должно, конечно. Но моральные правила не могут быть навязаны, в том их и особенность. А юридических ограничений, видимо, нет.

Председатель Конгресса еврейских религиозных организаций и объединений России Зиновий Коган, в свою очередь, признал подобные эксперименты очень опасными. По его мнению, издание произведений идеологов фашистской Германии недопустимо и в современной России может нанести вред, прежде всего молодежи, плохо знающей историю.

«Свобода слова и отсутствие цензуры не подразумевают публикацию подобных романов. Геббельс, Гитлер, их соратники осуждены как преступники, и издание таких произведений — это мина замедленного действия под мир и согласие в нашем обществе, направленная против молодого поколения, против тех, кто только вступает в жизнь», — сказал Коган РИА Новости, комментируя издание в России книги Геббельса. Такие как Геббельс, уверен он, — «это человеческие уроды со своей ранней молодости».

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Вадим Кумин

Политический деятель, кандидат экономических наук

Игорь Юшков

Ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности

Константин Небытов

Судебный пcихолог

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Выборы мэра Москвы
Выборы мэра Москвы
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня