Общество

Олигархов жаба душит

На благотворительность российские миллиардеры тратят лишь один процент от своих капиталов

  
7787

Благотворительный фонд Charities Aid Foundation составил ежегодный рейтинг «человеколюбия» среди представителей национального бизнеса. Как выяснилось, сословие российских предпринимателей не демонстрирует склонности к альтруизму. По показателю расходов на благотворительную деятельность наш бизнес занимает малопочетное 127 место среди 145 стран. Объектом изучения стала информация, предоставленная 15 российскими миллиардерами, общее состояние которых оценивается в 155 миллиардов долларов (примерно 8% от российской экономики). Организаторы исследования тщательно проштудировали ежегодные отчеты возглавляемых ими компаний и благотворительных фондов за последние три года.

Всего за период с 1 января 2010 года по 31 декабря 2012 года отечественные толстосумы «раскошелились» на 1,64 миллиарда долларов. Вроде бы немало, но это лишь около 1% их капитала. Для сравнения: один только Фонд четы Гейтсов (Билла и Миранды) выделяет на благотворительность вдвое больше, чем 15 крупнейших российских олигархов вместе взятых за три года.

К слову, только за последний год долларовых миллиардеров в нашей стране стало на 14 больше. В их рядах теперь 110 олигархов. По этому показателю мы уступаем только США и Китаю (442 и 122 соответственно). При этом экономические успехи РФ в целом выглядят гораздо скромнее «личных рекордов» отдельно взятых предпринимателей. В свою очередь объем средств, выделяемых российскими «акулами бизнеса» на нужды благотворительности, производит откровенно неприличное впечатление. Больше напоминая пресловутые «крохи с барского стола», чем реальную попытку помочь тем, кто оказался «чужим» на празднике, который устроила власть олигархической элите. Впрочем, мало кто сомневается, что эта сладкая парочка находится в прочной связке.

Начиная со времен приснопамятных залоговых аукционов, российский бизнес выступал не столько в качестве самостоятельной социальной группы, сколько в виде прослойки «особо поверенных» в финансовых делах высокопоставленной отечественной бюрократии. Можно сказать, своего рода «держателей» элитного «общака». Многие фигуранты «великолепной десятки» в рейтинге благосостояния «Форбс» не раз откровенничали в СМИ, что чувствуют себя назначенными менеджерами (распорядителями) крупных состояний. Истинные бенефициары находятся в высших эшелонах власти. Не случайно благотворительная деятельность российского олигархата, как правило, осуществляется в режиме ручного управления. Этот принцип вообще выступает в качестве системообразующегомеханизма выстроенной властной вертикали.

Можно вспомнить, что и «яйца Фаберже», и выкупленная на аукционе «Сотбис» коллекция произведений русского искусства Ростроповича-Вишневской, а также прочие экстравагантные акции российских меценатов состоялись, если не по отмашке сверху, то явно с оглядкой на «высочайшее одобрение». Соответственно, обвинения в жлобском поведении заслуживают как глянцевые миллиардеры, так и «скупые рыцари» суверенной демократии, засевшие в Кремле, на Старой площади, в Белом доме.

Депутат Госдумы Юрий Афонин считает, что жадность российского бизнеса в благотворительности напрямую связана с неправедным характером формирования крупных состояний. Капиталы, как правило, образовывались за счет изъятия у государства общенародной собственности посредством сомнительных приватизационных схем. Зачастую будущие собственники прибегали к откровенно криминальным методам. Благодаря коррупционным связям и бездумной политике государства люди в одночасье получали в свое распоряжение колоссальные средства. Главным желанием стало понадежнее спрятать «нажитое непосильным трудом» по офшорным «тайникам» и «схронам». Чтобы, не дай Бог, общество не вернуло украденное посредством национализации.

«СП»: — Вопрос о том, чтобы вкладывать деньги в свою страну или помогать менее удачливым согражданам, перед классом нуворишей не стоит?

— Таков ее менталитет, связанный со способом приобретения своего богатства. С другой стороны, западная филантропия — это разновидность очковтирательства. Львиная доля произведенной прибавочной собственности изымается в пользу владельцев средств производства. А малоимущим и социально незащищенным слоям достаются лишь крохи в виде благотворительности. Изъятие прибавочной стоимости происходит также за счет эксплуатации природных ресурсов, которые по конституции принадлежат всему народу. И все-таки в устоявшихся обществах, где бизнес развивается столетиями, была выработана культура социальной ответственности. Сегодня там меньше криминала, соблюдается определенные традиции и правила приличия. Российский же капитализм по-прежнему остается диким. Как с точки зрения приобретения капиталов, так и с позиции перераспределения общественного продукта.

«СП»: — Можно ли сказать, что филантропическая активность бизнеса — это оптимальный способ такого перераспределения или существуют более совершенные механизмы?

— Конечно, социально справедливый строй на одном меценатстве не построишь. Необходимо создавать общество, в котором граждане действительно обладают равными возможностями для развития и самореализации. Это особенно актуально для нашей страны, экономика которой построена на эксплуатации природных ресурсов. Не секрет, что в ходе «производственного» процесса львиная доля выручки оседает в карманах предпринимателей и чиновников, которые кормятся на этом. Если государство вернет себе контроль над распределением доходов, общество станет более гармоничным и сплоченным. Люди будут знать, что деньги не закачиваются на счета «равноудаленных» олигархов, а служат на благо всему обществу.

Российский предприниматель и политический деятель Михаил Юрьев напоминает, что даже в развитие собственного дела российские предприниматели вкладываются неохотно, предпочитая жаловаться на государство. Это особенно бросается в глаза, если очистить статистику от лукавых показателей в виде государственных и полугосударственных вложений Газпрома, Роснефти, РЖД. Хотя по логике, бизнес занимается инвестициями ради того, чтобы увеличить собственные доходы.

«СП»: — О чем свидетельствует сочетание слабой активности на благотворительном и инвестиционном поприще?

— В развитых странах бизнесмены и богатые люди — это почти синонимы. Конечно, есть состоятельные граждане, которые не являются предпринимателями. Например, какие-нибудь рок-певцы. Но таких мало. В основном это представители бизнеса. А в России основная часть богатых людей — чиновники. Впрочем, дело даже не в этом. Просто и те, и другие в России категорически не верят в завтрашний день. Зачем им здесь рисковать своими деньгами, во что-то вкладывать крупные суммы? И уж тем более они не будут стараться для других. Это как в известном анекдоте: «Где я, а где завтра?!».

Есть еще одна важная причина, объясняющая низкое место, которое занимает российский бизнес в глобальном рейтинге благотворительности. В той же Америке отношение общества к богатым людям вполне терпимое. Хотя это еще не значит, что толстосумов все любят. Однако их точно не ненавидят. В Америке богатых ненавидят только социальные низы. По-нашему, бомжи.

«СП»: — В отличие от США в России богатых людей почти «консенсусно ненавидят». Почему же класс «хозяев жизни» не пытается потрафить отверженным?

— Если кто-то изнасиловал и убил вашу дочь, вы ведь вряд ли простите его после того как он принесет цветы к вам в дом.

«СП»: — В такой ситуации лучшим подарком будут цветочки на могиле насильника…

Вот именно. Насильника и убийцу за цветы никто любить не начнет. Благотворительность — это и есть те самые цветы. Нормальное отношение американцев к богатым людям определяется двумя факторами. Первое — это то, что наиболее удачливые граждане делали состояния на глазах у всех. Честно или нечестно — уже второй вопрос. Даже те, кто «разбойничал», «честно», по понятиям, конкурировал с другими «разбойниками». То есть прошел жесткий отбор на выживание. В США не было такого, чтобы миллиардером становился тот, на кого власти показали пальцем. Дескать, давайте этому хорошему парню просто так отдадим за здорово живешь кусок госсобственности. Соответственно, каждый американец в глубине души верит, что на месте этого миллиардера вполне мог оказаться он сам. При должной степени везения и таланта.

Конечно, если у тебя кто-то из родственников миллиардер, тебе будет легче. Но даже если ты выходец из бедных слоев, это еще не означает, что такое невозможно. Точно так же у нас в советское время любой человек мог стать академиком. Потому что все получали качественное бесплатное образование. Хотя, если у тебя папа уже академик, то тебе будет проще.

«СП»: — Чтобы сейчас разбогатеть в России нужно продемонстрировать коррупционные таланты?

Не только. Очень важно оказаться «в нужное время в нужном месте». Как известно, мало кто может управлять собственным везением. Одно дело, если кто-то добился того, чего я могу и мой ребенок может. И совсем другое, когда мой успех — это производная связей, клановости, кумовства и так далее. В Америке тоже случаются нечестные благоприобретения. Но в целом этот фактор минимизирован. США — полицейское государство. Там могут арестовать и увезти в камеру любого миллиардера. Такая новость даже не будет сенсацией. Простые люди все это видят. Как результат, у них нет такой ненависти к богатым, как у нас.

В свою очередь люди, сделавшие себе состояние, хотят, чтобы их, помимо прочего, еще и уважали. Потому что жить, когда тебе просто «не ненавидят», дискомфортно. У меня практически весь бизнес находится в Америке. Могу сказать, что с человеческой точки зрения, по менталитету, американцы и русские не сильно отличаются. То есть, поведенческие отличия обусловлены разными социальными условиями.

Впрочем, есть и другой взгляд на мотивацию бизнеса, отстегивающего из собственного кошелька деньги на помощь нуждающимся.

— Я в принципе скептически относится к такому явлению, как благотворительность, — говорит директор Института глобализации и социальных движений Борис Кагарлицкий — Это не более чем форма пропаганды и самооправдания буржуазной элиты. В этом смысле российская элита, как ни странно, выглядит проще и честнее. Они — грабители, и этого не скрывают. В то время как западная элита пытается оправдаться перед общественным мнением — заявляя, что готова пожертвовать часть награбленного на хорошее дело.

Не следует забывать и о такой вещи, как оптимизация налогообложения. Зачастую благотворительная активность просчитывается штатными экономистами компаний. Если по закону по достижении 10-миллиардной выручки резко повышаются налоги, вам выгоднее отдать на благотворительность все, что вы получили сверх 10 миллиардов. То есть, сократить налоговые выплаты. Не говоря уже о распространенных схемах по отмывке грязных денег под видом благотворительности. Вот почему я считаю эту деятельность в значительной мере лицемерием.

Для того, чтобы реализовать идею социальной солидарности и справедливости, нужно не благотворительностью заниматься, а повышать налоги на зажиточные группы граждан. При этом нужно повышать налоговую дисциплину, исключая различные, даже самые благовидные схемы оптимизации фискальной нагрузки. Так будет честнее.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Валентин Катасонов

Экономист, профессор МГИМО

Олег Смирнов

Заслуженный пилот СССР

Владимир Жарихин

Заместитель директора Института стран СНГ

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Выборы-2018
Выборы президента РФ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня