Общество

Милый дедушка, Константин Макарыч!

Лев Пирогов об открытом письме «русских литераторов» украинскому Майдану

  
8183

Пару дней назад несколько «русских литераторов» (так они представились), преимущественно сотрудников радио «Свобода» и учреждения под названием «Свободная среда» (он же Институт Катона, он же в просторечии «Институт Свободы») обратились с открытым письмом к «коллегам» (вероятно, тоже русским литераторам) и гражданам Украины.

Краткое содержание: «Борющийся народ Украины! Мы с вами, а не с этими тут».

Сейчас все желающие это письмо подписывают.

Писателю привычно что-нибудь подписывать — дело знакомое, а вот читать и понимать прочитанное — не всегда. По привычке воспринимать всякий исходящий от русских литераторов текст как объект, нуждающийся в литературно-критическом анализе, я взял на себя смелость его этому анализу подвергнуть.

Интересная вещь получилась.

«Поверьте, для многих в России Украина не заблудшая овца, которую нужно на аркане тянуть обратно в общий хлев, а равная по духу страна», — пишут русские литераторы.

Утверждение, начинающееся со слова «поверьте», обычно свидетельствует о том, что говорящий сам не очень-то уверен в своих словах, сам хотел бы в это поверить. Это неудивительно: откуда жительствующему в Нью-Йорке русскому литератору знать наверняка, как оно там в России?

«Равная по духу» — звучит двусмысленно. Обычно, желая сделать приятное себе и адресату, говорят «мы близки по духу». Близки — а не равны. Вдруг адресат претендует на большее? «Ты мне равен» говорят, когда снисходят до того, кто заведомо ниже и знает это, когда делают ему одолжение.

«На аркане тянуть в общий хлев», — удивительная фигура. Арканом пользуются для ловли лошадей, но тянут их при этом в загон, стойло или конюшню. Жилище овец называется овчарня или кошара. А вот в хлеву обычно живут свиньи, которых никто не ловит арканом, но зато из них готовят прочно ассоциируемый с украинской кулинарной традицией пищевой продукт.

Ай-яй-яй, какая недипломатичная двусмысленность. Или тут всё дело в свойственном поэтам «высоком косноязычии»? Но ведь каждый второй подписант представляется через запятую как «редактор», что вроде бы должно планку высокого косноязычия понижать…

Переусложнённая метафора с овцами, которых лошадиным арканом тянут в свиной хлев, является проводником в «литературное бессознательное» текста - в мир аллюзий и реминисценций. Иначе говоря: откуда, от каких «бесценных культурных богатств и интеллектуальных возможностей» (по выражению авторов письма) происходит сей текст, чем вдохновлялись созидавшие его поэты-редакторы?

Сталинских соколов, которые подобно коршунам ринулись на фашистских стервятников, я сразу отверг: не таковы русские литераторы, чтоб уподобляться чему-либо сталинскому, хотя являющийся гербом Украины стремительный сокол, согласимся, выглядел бы выигрышнее свиньи.

Вспомнил было «свинскую собаку» из романа Гашека и тоже отверг — слишком брутально и совсем уж недружелюбно.

И тут меня осенило. Да это же не что иное, как «начал с хвоста, а она взяла селедку и ейной мордой начала меня в харю тыкать» из хрестоматийного чеховского рассказа «Ванька»!

Да, аналогия неочевидная, мордой в харю не то же самое, что свиной аркан. Но обратите внимание, насколько эти два письма — Ваньки Жукова «на деревню дедушке» и русских литераторов украинскому народу — похожи.

Они одинаково начинаются. «Нету у меня ни отца, ни маменьки, только ты у меня один остался», — так начинается Ванькино письмо. «Мы, как и вы, чувствуем себя частью единой европейской цивилизации», — а так литераторское. Ванька прямо указывает на факт сиротства, литераторы признаются в нём косвенно, через указание на свою принадлежность к наднациональной культуре и, следовательно, несвязанность гражданскими узами.

И заканчиваются оба письма тоже одинаково: у Ваньки прямым, а у литераторов снова изящно завуалированным призывом о помощи: «Милый дедушка, сделай божецкую милость, возьми меня отсюда домой, на деревню, нету никакой моей возможности…» — это Ванька. «Мы надеемся на ваш успех: он стал бы для нас знаком того, что и мы, в России, можем отстоять наши права и свободы», — а это литераторы.

Да, отстоять свои свободы (во множественном числе, потому что «свобод», не забываем, две: радио и институт), спровоцировав сотню-другую простодушных литераторов на выражение антироссийской позиции, — это правильное решение. Именно этого работодатели от сотрудников двух свобод и ждут. Но причём тут солидарность с народом Украины?

Не секрет, что «ассоциация» с Евросоюзом не предполагает ни вступления в него Украины, ни каких-либо для неё «преференций» — одни обременительные обязанности. Единственным смыслом «евроассоциации» является политическое отделение Украины от России, а единственным смыслом отделения — ослабление российской политики.

Русские же литераторы могут реализовывать свои интеллектуальные возможности только двумя способами: одни из них (сотрудники «свобод») — способствуя этому ослаблению и получая за это зарплату, другие (основная масса подписантов) — реализуя эти самые возможности «на внутреннем рынке. Ослабление России скорее противоречит их интересам, нежели наоборот. Наверное, подписание письма — это осознанный акт самопожертвования с их стороны.

В противном случае, становится окончательно неясно, кто кого на каком аркане и куда тянет.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Леонид Ивашов

Президент Академии геополитических проблем

Михаил Ремизов

Президент Института национальной стратегии

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня