Не в своих штанах

Олег Кашин о фантомной самоидентификации современных русских

  
24498

Когда хоронили Манделу, многие мои соотечественники высказывались в том духе, что покойник добрых слов не заслуживает, потому что до него Южная Африка процветала, делала операции по пересадке сердца и играла в регби, а он принес этой процветающей стране СПИД, колючую проволоку вокруг жилых домов, уличные грабежи и изнасилования — в общем, чего его оплакивать?

Оценивая историю Южной Африки, многие в России смотрят на нее с позиции белых колонизаторов как минимум сорокалетней давности. Почему-то никто в России не хочет оценивать южноафриканскую историю с позиций черного большинства, а ведь с его точки зрения Мандела — безусловный герой. Судьба русских в России в ХХ веке местами очень похожа на судьбу черных южноафриканцев, русские и голодали так же, и работали, и жили черт знает в чем, но мы почему-то гоним от себя это сравнение, нам приятнее идентифицировать себя с белыми, которые пересаживали сердца и играли в регби. Поэтому Манделу мы не любим.

И это даже в какой-то мере объяснимо, у нас ведь даже на историю России очень популярен взгляд с позиции как минимум чекистов, а то и персонально Сталина — «принял с сохой, оставил с атомной бомбой». Мы гордимся победой сорок пятого года, по умолчанию ставя знак равенства между собой сегодняшними и участниками парада Победы на Красной площади, которых, как бы красивы они ни были, было все-таки несопоставимо меньше, чем даже не населения лагерного архипелага, а обычных трущобных людей из переживших войну русских городов и деревень, тех, для кого торжество парадов конвертировалось или в послевоенный голод, или в те же лагеря или во что-нибудь еще нехорошее. В одной и той же стране в одно и то же время запускали в космос Гагарина, Титова и Терешкову и давили танками русских рабочих в Новочеркасске. Мы гордимся космонавтами, идентифицируем себя с ними, о Новочеркасске мы просто не думаем, нет его в нашей картине мира и не было никогда. Солженицын напрасно советовал смотреть на памятник Юрию Долгорукому как на памятник восстанию в Кенгирском лагере. Мы не хотим видеть себя в людях, которых убивали в Кенгире — нам приятнее быть наследниками чужих империй. Явление, очевидно, того же рода, что и популярность всяческих игр по мотивам литературного фентези в России рубежа XX-XXI веков — хочется быть хоть эльфом, хоть кем, главное чтобы не русским.

В таких случаях принято использовать термин «оптика»; вот у нас с оптикой проблемы. Вместо того чтобы чувствовать себя не в своих штанах, мы принимаем как должное чужую самоидентификацию. Мы почему-то решили, что мы не из бараков, мы из высотки на Котельнической как минимум, Пушкин нам понятнее Некрасова, а желтизна правительственных зданий роднее «белой Индии» Клюева.

И на горящий Киев, конечно, мы тоже смотрим через свою испорченную оптику. Мы сравниваем Москву с Киевом, спорим — у нас Болотное дело, а у них «Беркут» боится демонстрантов, у нас Борис Немцов, а у них наоборот, и даже если Янукович сейчас устоит, возможностей для свободного существования у украинского народа все же больше, чем у нас. Или наоборот — у них анархия и политическая нестабильность, а у нас власть оказалась сильнее, навела порядок, и в Москве вместо горящих покрышек — лавочки и велодорожки. Господи, да при чем тут это; важнее покрышек и велодорожек то, что у них субъектом становятся те, кому у нас не положено ничего, кроме статьи 282. «Слава Україні» переводится на русский как «Слава России», и мы, которые боимся сказать вслух даже эти два слова, почему-то позволяем себе сравнивать себя с украинцами. У нас нет национального гимна, у нас нет национального флага, о чем тут вообще говорить? Чем делить карту послеянуковичевской Украины (а ведь делят, и всерьез), лучше начать с чего-нибудь более приземленного и скучного. Условия задачи простые: Российская Федерация — это Путин. Мы не Путин. Дальше надо думать.

Ошибочная, фантомная самоидентификация — это, может быть, и есть основная проблема постсоветской России. Решить ее несложно, но крайне необходимо хотя бы для того, чтобы было с каким флагом идти на новую Болотную через двадцать лет и какие песни там петь.

Фото ИТАР-ТАСС/ Денис Вышинский

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Юрий Болдырев

Государственный и политический деятель, экономист, публицист

Виктор Алкснис

Полковник запаса, политик

Владислав Шурыгин

Военный эксперт

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Опрос
Назовите самые запомнившиеся события 2018 года
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня