Общество / Евромайдан

Над Майданом — папский крест

Западенская революция продолжается, «коктейль Молотова» разливают прямо на парапетах Крещатика

  
10067

Рядом с главной сценой Евромайдана стоит многометровое католическое распятие. Этот деревянный крест еще в 2004-м, накануне первого украинского майдана освятил Папа Римский Иоан Павел II Войтыла — поляк, главной целью своей жизни считавший уничтожение «советской империи зла».

Папское распятие освящает победу украинских наци. Майданные сотни шли в бой под штандартом своей родной дивизии СС «Галичина». Весь треп здешних СМИ — якобы, революцию совершали представители всех регионов самостийной державы — разбивается о пофамильный список «Небесной сотни». Так называют мятежников, погибших в последний день восстания, когда из-за предательства президента «Беркут» прикрыл свое вынужденное отступление снайперским и автоматным огнем.

Список «павших героев» — реальный срез тех, кто ворвался в Киев. Можно конкретно изучать географию Западной Украины. Есть исключения, которые лишь подтверждают правило. Достаточно пройтись по захваченному правительственному кварталу и спросить боевиков в тяжелой амуниции, с дубинами и щитами: «Откуда вы, хлопцы?»

Хлопцы охотно, торжествующе отвечают. Итак, Кабмин блокирован новоприбывшей группой львовян. Львовские дембеля на баррикадах Институтской. Нацбанк перекрыли тернопольцы — в отличной натовской форме. Вокруг Администрации президента растянулся Ивано-Франковск.

На самом майдане, у сгоревшего Дома профсоюзов новые палатки растягивают молодые бандеровцы львовского райцентра Стрый. Работают споро, тренированно. Сотника слушают беспрекословно. Палатки привозят на огромных военных грузовиках — взамен сгоревших во время последней атаки спецназа.

Невероятно, но запаливший их «Беркут» был уже в самом центре площади, а майдауны в панике бежали. Какая же мразь дала спецназу приказ остановиться, подставить себя под огонь и потом отходить?

Отряд Стрыя недаром занял козырное место майдана. Это своеобразная награда — перед отъездом в Киев «безоружная стрыйская молодь» снесла у себя в городке памятник советскому солдату с ребенком на руках.

…Воскресный поминальный день на Крещатике. Толпы народа несут поминальные греко-католические свечи. Приезжие и киевляне с характерным галицийским прононсом. Женщины плачут. Потом утирают глаза и звонят родичам, в это время грабящим президентскую резиденцию в Межигорье:

— Ну, шо взяли? А мы сейчас до вас приидемо! Як там? Та вы шо! Кажуть, там всэ наше село можно поселыть!..

За выходные погром киевского Межигорья принял такой размах, что революционная Верховная Рада вынуждена была проголосовать специальное решение о государственной охране резиденции. Впрочем, не помогло. Десятки тысяч майдаунов проломились в ворота, подгоняли к забору машины и перелезали внутрь, плыли на лодках с другого берега.

На сожженной улице Грушевского тусовка с массовой фото-сессией на фоне живых героев. У обгоревшей колоннады стадиона им. Лобановского — картонка с надписью «Ялта». На самом деле, курортную столицу представляет один дядя в подозрительно-новом обмундировании и свеженьком противогазе. Зовут Евгений, представляется бывшим шахтером, переехавшим на Южный берег. Возбужденно доказывает:

— Автономию в Крыму надо удавить! Я сам спросил Юру Луценко («оранжевый» министр МВД, полевой командир — ред.), когда будем с сепаратистами кончать и устраивать там обычную украинскую область, чтобы крымская гадина не шевелилась? Он говорит, до президентских выборов подождем, выкажем им любовь, а потом головы открутим!

По Европейской площади марширует отряд «Правого сектора». Флаг с кельтским крестом, свастики и очень дорогая амуниция. Восторженная публика рукоплещет: «Молодци!»

Отряд идет вверх по Трехсвятительской к Михайловскому Златоверхому Собору. Здесь элитные боевики смешиваются с угрюмыми мужиками в угловатых кожанах. Это смена личного состава. Прямо от собора автобус увозит партию бандерлогов домой в Трускавец. Одновременно из знаменитого прикарпатского курорта на баррикадах ожидается вдвое большее пополнение.

В центре Киева развиваются знамена с характерными названиями галицких местечек. Майдан вовсе не собирается расходиться. Наоборот, катят новые полевые кухни и дизельные генераторы. Жарят-варят, режут сало и колбасу. Жуют и кричат патриотические лозунги.

Особенно напрягает, когда кричат дети. Малыш на качелях вдруг может завопить «Слава нации, смерть врагам». Дети ходят в масках и касках. Родителям нравится. Ребенок в реальной истерике, вопит «Украина понад усэ!», а ему улыбаются и гладят по голове.

В двух шагах от Майдана, на улице Костельной — католический храм. Поток прихожан невероятный. Рядом сверкает зеркальными окнами новенькое здание посольства Канады. Посольство еще не работает, но это не мешает чубатым хлопцам в натовском камуфляже и песочных американских берцах входить-выходить туда, как к себе домой.

По центру раздают листовки «Тебе обкрадають. Не купуй! Властник — регионал». В листовке перечислены торговые центры, сети АЗС, спиртные и продуктовые марки, которым настоящие украинские патриоты непременно должны устроить обструкцию.

Получается очередной креативный маркетинговый ход. Первая супер-прибыль была сорвана, когда рухнули новогодне-рождественские каникулы в изнасилованном Киеве — и огромный поток туристов был переориентирован на Львов-Карпаты. Недаром львовские турфирмы так охотно предоставляли междугородние автобусы для переброски боевиков в столицу. Затраты окупились сторицей.

Знаменитый Пассаж на Крещатике — новая база «Правого сектора». Караулы, набор добровольцев. Вереницы щитов у стен и мешки пустых бутылок. Открыто, прямо на гранитных парапетах разливают «коктейль Молотова».

Сгоревшие машины и разбитые водометы стали любимой картинкой, чтобы сфотографировать себя любимого. Папа объясняет сыночку устройство автомобильной шины на примере обугленных скатов: «Дывысь, Богданчик, тут резина, а там металева проволока…»

По улицам гуляют многочисленные гости столицы. Навстречу одна за другой попадаются группы жителей Умани. Довольно разглядывают пустующие глазницы домов, плюют на поверженные монументы.

Опоздав на революцию, уманцы все равно чувствуют себя настоящими героями. Каждому известно, что на одесской трассе близ Умани банда повстанцев села Манькивка первой начала блокировать движение. Побросали бороны на дорогу и остановили двухэтажный междугородний автобус на Крым.

Автобус сожгли дотла. Судьба сорока крымчан не известна до сих пор. Предполагать можно все, что угодно. Исторический городок известен всему миру жестокой «уманской резней». Это кульминационный момент гайдамацкого восстания 1768 года, получившего название «Колиивщина», когда отряды атаманов Гонты и Железняка вырезали 20 тысяч поляков и евреев, вплоть до грудных младенцев.

События описаны в самой кровавой, по-настоящему садистской поэме Тараса Шевченко «Гайдамаки». Ее невозможно читать без ужаса. Хотя уже третий месяц подряд на Майдане грозят устроить «Колиивщину» по всей Украине.

Любопытная историческая подробность. Умань тогда принадлежала «клятым ляхам». Подавить легендарное восстание гайдамаков на украинской территории Речи Посполитой смогли только российские драгуны и донские казаки. В считанные недели зачистили территорию по просьбе перепуганных польских властей.

Фото автора

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Вадим Трухачёв

Политолог

Сергей Удальцов

Российский политический деятель

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня