Спорт

Футбол как заменитель войны

Владимир Линдерман: агрессивность фанатского движения — это реакция на глобализацию

  
6847
Беспорядки в Лилле во время проведения чемпионата Европы по футболу - 2016
Беспорядки в Лилле во время проведения чемпионата Европы по футболу — 2016 (Фото: AP/TASS)

Фанаты и профессионалы

Вы не поверите, но были такие времена, когда в итальянских футбольных клубах играли только итальянцы, во французских — только французы, в германских — немцы и т. д. Я еще эти времена застал. Потом появились легионеры, их число лимитировалось — поначалу жестко, потом менее жестко… В те далекие времена невозможно было даже вообразить, что цвета национальных сборных будут защищать вчерашние иностранцы, натурализованные в срочном порядке. Сегодня это норма. Глобализация победила.

Рост фанатского движения, его подчеркнутая агрессивность — это реакция на глобализацию. Сами футболисты превращаются в космополитов, в высокооплачиваемых наемников, которым все равно, за кого воевать. В этом нет их персональной вины, такова система. Если за пятнадцать лет активной карьеры спортсмен сменил пять-шесть клубов, то как он может быть патриотом какого-то одного клуба? Для этого надо в клубе вырасти, пропитаться его традициями, потаскать, условно говоря, бутсы за ветеранами… Конечно, и до нынешнего витка глобализации, происходили переходы из клуба в клуб, но костяк команды составляли «однолюбы».

Раньше игра за национальную сборную была пиком биографии футболиста, сегодня — это лишь эпизод в его спортивно-коммерческой карьере. Несомненно, важный, но эпизод.

Сами футболисты становятся космополитами, но кто-то же должен поддерживать огонь патриотизма — и клубного, и национального. Эта функция легла на болельщиков, не только на радикалов-фанатов, но и на «мирняк». Кто-то должен размахивать национальными знаменами на трибунах, гордо носить майки с клубной символикой (в то время как сами футболисты играют в майках с рекламой международных корпораций…). Иначе угаснут эмоции, и игра потеряет смысл. Ведь футбол — это эрзац, заменитель войны. А война, немножко перефразируем Клемансо, слишком серьезное дело, чтобы доверять ее профессионалам.

Без рук

Спортивных игр с мячом — великое множество. В чем уникальность футбола?

А вот в чем: это единственная — по крайней мере, из известных мне — игра, в которой полевым игрокам запрещено играть рукой. В баскетболе, волейболе, гандболе, водном поло и проч. — спортсмен перемещает мяч руками. В регби — руками и ногами. Теннисная ракетка или клюшка для хоккея с мячом являются «продолжением» руки. И только в футболе рука дискриминирована, а ее функции отчасти восполняет голова. Да, из-за боковой линии мяч вводится в игру руками, но это все-таки второстепенный элемент игры, не определяющий ее суть.

Это очень необычно. Это даже несколько противоестественно. Рука и мяч — они ведь как будто созданы друг для друга. Того, кто первым когда-то предложил ввести запрет на игру рукой, возможно, считали свихнувшимся декадентом. Над ним, возможно, посмеивались: «Без рук?! Отличная шутка! Может быть, руки вообще отрубить, чтобы не мешали?..» Но именно нестандартное «декадентское» решение сделало футбол самой массовой игрой 20-го века. И сейчас, уже в 21-м веке, конкурентов по части массовости у нее не предвидится.

От «жемчужины неправильной формы» — к рациональной эстетике

Мое детство состояло из четырех примерно равных частей: школа, книги, футбол и все остальное. Играли везде, где была возможность: во дворе, в лесу, на пляже. Штангами служили деревья или мусорники. Вечная проблема и яростные споры — засчитывать гол или мяч пролетел выше ворот, перекладины-то не было. Иногда удавалось сыграть и на нормальном футбольном поле.

Сам играл средне: отсутствие врожденного таланта компенсировал рвением и, что называется, игру не портил. Венцом карьеры стало включение в команду, которая участвовала во всесоюзном турнире «Кожаный мяч». Как называлась команда, уже не помню, кажется, «Орленок»… К нам в Ригу приехали пацаны из Белоруссии, но произошла какая-то организационная накладка — белорусы были старше нас на год или два, а в детстве это огромная разница в «физике». Само собой, мы с треском проиграли.

Из чемпионатов Европы той эпохи почему-то ни один толком не отложился в памяти, а вот ЧМ-1970 и ЧМ-1974 помню очень хорошо. Там, где семья жила летом, телевизор был только в соседнем доме отдыха, мы ходили туда смотреть. Рассаживались в зале человек пятьдесят, телек стоял на каком-то возвышении, и смотрели.

Читайте также

Я ни разу не футбольный эксперт, но, по-моему, это были переломные годы в развитии игры. Переход от стиля «барокко» (perrola barroca — «жемчужина неправильной формы» по-португальски) в исполнении бразильцев к рациональной красоте, которую принесли в футбольный мир голландцы во главе с Кройфом. На первый план вышли организация игры, стратегия, взаимозаменяемость, атлетизм.

Голландцы тогда, в 1974-м, не стали чемпионами мира, уступив в финале Германии, но развитие футбола они предопределили на десятилетия вперед. Сегодня футбол — очень организованное действо, с минимумом анархической импровизации.

Впрочем, брюзжать глупо. Не только футбол, все в мире стало более рациональным — от политики до личных отношений. Выборочно смотрю матчи нынешнего чемпионата Европы, и не могу не признать: магия футбола по-прежнему жива.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Вадим Трухачёв

Политолог

Сергей Удальцов

Российский политический деятель

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня