18+
понедельник, 23 октября

23-летний шахид был из призыва «одиноких волков» ИГИЛ

И смогут ли спецслужбы противостоять новому набору в смертники, который уже прозвучал

  
13523
23-летний шахид был из призыва «одиноких волков» ИГИЛ
Фото: Валерий Шарифулин/ТАСС

За два дня в России произошло два крупных теракта — в Санкт-Петербурге и Астрахани. Их совершили боевики, если напрямую и не связанные, то явно сочувствующие «Исламскому государству» *.

И хотя эта группировка еще не взяла не себя ответственность за вылазки, унесшие жизни 16 человек в двух городах, один из ее лидеров Абу аль-Хасан аль-Мухаджир уже записал обращение к боевикам (так называемым «одиноким волкам»), требуя организовывать новые теракты в США, Европе и России. Так каким образом противостоять террористической угрозе?

Новые призывы к терактам — каждые два месяца

Экспертная группа SITE Intelligence Group ежедневно ведет мониторинг интернет-активности радикальных и террористических группировок во всем мире. По ее подсчетам, только с начала прошлого года «Исламское государство» * и «Центр Иснад» (это пропагандистское крыло «Аль-Каиды"**) распространило не менее семи видео- и аудиообращений к русскоязычной аудитории.

Причем все они построены по общим лекалам, отмечают эксперты SITE Intelligence Group: пропагандисты обращаются к так называемым «одиноким волкам» — это радикально настроенные мусульмане, сочувствующие террористам. Их призывают «мстить за гибель сирийских женщин и детей», совершая теракты. Причем обращения такие адресованы не только русскоязычным мусульманам, но также и умме Узбекистана, США, Франции, Индонезии и других стран…

В одном из таких обращений (оно было записано в июне прошлого года Furat Media — это информагентство «Исламского государства») в качестве примера «героизма» приводится Омар Матин. Это, напомним, выходец из Афганистана, который совершил массовое убийство в гей-клубе Pulse в американском городе Орландо.

29-летний Омар Матин был частным охранником, который работал по контрактам с МВД США. И это при том, кстати, что ранее он попадал под подозрение спецслужб за возможные связи с «Аль-Каидой» и «Хезболлой». Но уж точно убежденным террористом он не был: перелом в его мировоззрении произошел внезапно…

Читайте также

400 киргизских боевиков воюет в ИГИЛ

Предполагаемый террорист, совершивший подрыв в метро Санкт-Петербурга, 23-летний Акбаржон Джалилов, судя по известным фактам биографии, — такой же «одинокий волк». Он выходец из Киргизии, но этнический узбек, переехал в Россию вместе с отцом, никогда не попадал в поле зрения спецслужб, поскольку не был связан ни с какими экстремистскими группировками, из очень приличной семьи. Работал автослесарем, учился.

То, что предполагаемый террорист-смертник был выходцем из Киргизии, но не ее гражданином, подтвердил и глава МИД этой страны Эрлан Абдылдаев на встрече со своим российским коллегой Сергеем Лавровым. По словам Абдылдаева, в ходе расследования теракта силовики Киргизии самым тесным образом работают не только с российскими, но и со спецслужбами из других стран Центральной Азии.

По подсчетам директора аналитического центра «Религия, право и политика» Кадыра Маликова, сегодня в рядах «Исламского государства» воюет до 400 выходцев из Киргизии. Большинство из них — уроженцы Ферганской долины (кстати, как и Джалилов, родившийся и выросший в Оше), где религиозный протест провоцируют социальные проблемы: высокая плотность населения, безработица, невостребованность молодежи…

О том, что теракт в Санкт-Петербурге — это удар не только по России, но и по всей Европе, заявили германский канцлер Ангела Меркель и глава европейской дипломатии Федерика Могерини. Впрочем, это не более чем заявления. Скажем, чешский военный аналитик Мартин Коллер уверен, что за ними должны последовать решительные действия — а именно укрепление единой европейской системы безопасности. Политика изоляции России, уверен Коллер, не приведет к снижению террористической активности, а совсем наоборот.

«Европе необходимо понять, что она не заканчивается где-то на территории Украины, а распространяется и за Урал, и поэтому теракт в Санкт-Петербурге является европейской проблемой», — считает чешский аналитик.

Толерантность должна быть «ненулевая»

Каким образом российские спецслужбы сегодня должны реагировать на теракты, совершенные в Санкт-Петербурге и Астрахани, где, как известно на посту были застрелены в упор два полицейских целой бандой из восьми человек? Необходимо ли менять меры «профилактической» работы с исламской молодежью? Эти вопросы «Свободная пресса» задала экспертам.

Руководитель мобильной группы в общественном движении «За права мусульман» Гасан Гаджиев уверен, что в большинстве случаев теракты, — это ответная реакция на беззакония в работе иных силовиков.

«СП»: — Что вы имеете в виду, говоря о беззаконии силовиков?

 — Взять тот же пресловутый «профучет», когда за посещение мечети тебя ограничивают в правах и по факту сажают на подписку о невыезде, вызывают по несколько раз в неделю в РОВД и требуют звонить им при передвижении даже по региону (не говоря уже о стране), беспокоят родителей и семью.

Нельзя не вспомнить о внесудебных казнях и расстрелах невинных людей, как это было в прогремевшем на всю страну деле братьев Гасангусейновых: двух молодых пастухов убили, переодели и пытались выдать за боевиков. Только благодаря активной позиции сельчан с убитых ребят сняли обвинения в нападениях на чиновников, но убийцы братьев Гасангусейновых, видимо, до сих пор работают где-то в силовых органах и нет им никакого наказания. Более того, Следственный комитет препятствует расследованию этого дела.

«СП»: — Но вы хотите сказать, что сейчас каждый обиженный должен пойти в террористы?

 — Часто я натыкаюсь на информацию о том, что того или иного человека привлекли к ответственности как за реальное преступление, только за то, что он собрался не вернуться в Россию из-за рубежа, а просто покинуть ее. В таких ситуациях следствие предоставляет в качестве доказательства признательные показания задержанного, где он признается в том, что он намеревался примкнуть к ИГИЛ… Каким образом были добыты эти «чистосердечные» признания, даже думать не нужно.

«СП»: — А как быть с теми, кто возвращается из Сирии?

 — Но не так, как это часто бывает. Человек просто вернулся из-за заграницы, но при этом он практикующий мусульманин. Соответственно, сразу для силовиков он — самый страшный террорист. В этой ситуации определенно нужно соблюдать презумпцию невиновности, а не бить задержанного, пока он не признается в том, чего не делал. Но тут возникает конфликт интересов: руководство силового аппарата требует «террористов» — значит, они должны быть.

Читайте также

Александр Верховский, руководитель информационно-аналитического центра «СОВА» предлагает не размениваться по мелочи.

«СП» : — Как работать с теми, кто был в логове террористов в Сирии, а теперь возвращается?

— Формат работы менять в целом нужно так: не превращать профилактику в травлю, не «привлекать» предполагаемых экстремистов всерьез по пустякам (принцип «нулевой толерантности» в данном случае не работает). И больше агентурной работы.

Что конкретно делать с вернувшимися из Сирии и Ирака, я не знаю. Это что-то из сферы педагогики по отношению к взрослым (как бы) людям. Знаю, что это возможно, но, увы, не знаю, как именно…

Вот, скажем, в Европе другие проблемы — избыток терпимости к джихадистской проповеди. В этом вопросе я человек жесткий. Но чтобы действовать жестко, властям надо признать ситуацию чрезвычайной, а это непростое решение.


* «Исламское государство» (ИГИЛ) — террористическая группировка, деятельность которой на территории России запрещена решением Верховного суда РФ от 29.12.2014.

** «Аль-Каида» — решением Верховного суда РФ от 14 февраля 2003 года была признана террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитата дня
Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня