В мире / Кризис на Украине

«Люди, которые верят в свои идеалы, не способны на поражение»

Интервью с лидером харьковского сопротивления Антоном Гурьяновым

  
3523
Антон Гурьянов
Антон Гурьянов (Фото: из личного архива Антона Гурьянова)

В апреле 2014 года Антон Гурьянов провозгласил Харьковскую Народную Республику. Спустя полтора года над зданием городского совета Харькова реет желто-голубой стяг, а Антон, не покладая рук, трудится в аппарате ДНР. После подавления протестов в родном городе ему пришлось уехать, но он не устает повторять, что Харьков будет свободен.

«СП»: — В апреле 2014 события в Харькове, Донецке и Луганске развивались по одному сценарию. Но Харьков зачистили буквально на следующий день после провозглашения ХНР, а Донецку и Луганску еще целую неделю ставили ультиматумы. Почему?

— Прежде всего, Харьковский регион был наиболее опасен для хунты в силу влияния на экономическом, политическом и идеологическом уровне, а также в силу масштабов поднявшегося протеста. На площадь Свободы 1 марта 2014 года вышли порядка 50 тысяч человек, что значительно больше, чем в других городах. Очевидно, в Харькове были самые массовые выступления. Более того, именно в Харькове сформировалась интеллектуальная и политическая база для протеста.

Маленький пример: первые органы власти были сформированы в Харькове буквально в день провозглашения ХНР, и в первый же день депутаты были приведены к присяге. Депутаты ДНР дали присягу несколько месяцев спустя, что говорит о продуманности и наличии определенного самостоятельного плана действий.

Еще один элемент — интересы олигархических групп, которым была выгодна эскалация военного конфликта на малой территории Донбасса, при этом невыгодно мгновенное падения Украины. Как вы понимаете, это неминуемо бы произошло при подключении к Донецку и Луганску Харьковского региона.

«СП»: — То есть, если бы Харьков пошел по пути Донецка и Луганска, все было бы по-другому?

— Войны бы не было. По крайней мере, в том виде, в котором она была.

«СП»: — Чем живут харьковские партизаны?

— Надеждой на то, что враг будет разбит, победа будет за нами.

«СП»: — Вам не кажется, что с окончанием боевых действий партизанское движение может потерять дух, стать чем-то маргинальным?

— Может произойти что угодно, можно потерять дух, потерять слух, потерять руку или ногу. Люди, которые верят в свои идеалы, не способны на духовное поражение, и лишь такие люди доходят до победы.

Я не перестаю ставить в пример наших предков, победивших в Великой Отечественной войне. Красная Армия вела сложные боевые действия, одерживала тяжелые поражение в первые два года. И только по окончанию Курской битвы произошел перелом. При этом условия тех, кто находился в тылу, были очень тяжелыми, не говоря уже о жителях оккупированных территорий. Миллионы людей реально голодали (вспомним блокадный Ленинград). Сейчас таких условий нет ни на временно оккупированных территориях киевского протектората, ни на территории Донбасса. Здесь людей во многом поддерживают, и им далеко до тех тягот и невзгод, которые терпели наши предки в годы Великой Отечественной войны.

Здесь не может быть прямых аналогий, поскольку сейчас война немного другого качества. Но то, чем русские жертвуют сейчас, много меньше того, чем они жертвовали тогда.

Партизанское движение всегда было очень сложным делом. Это нерегулярные войска, там сложно поддерживать дисциплину. Но если дисциплина и вера в победу в партизанском отряде присутствует, то трудно сломить людей как духовно, так и физически. Обычно они идут до конца. Мало что может их остановить.

Я уверен: про харьковских партизан мы будем слушать ровно столько, сколько Харьков будет оставаться оккупированным.

«СП»: — Были случаи, когда во время терактов в Харькове погибали обычные люди. Есть информация, что эти провокации были организованы самой СБУ. Можете это подтвердить или опровергнуть?

— В Интернете есть замечательный ролик, если не ошибаюсь, называется «Пенные вечеринки Харькова». В нем разбирается взрыв на проспекте маршала Жукова, который был там устроен, судя по всему, самими евромайдановцами с целью решить какие-то свои споры. По официальным заявлениям, была заложена противопехотная мина. Но если бы это было так, то жертв было бы намного больше, повреждения носили бы другой характер.

Как известно, харьковские партизаны не взяли на себя ответственность за это преступление.

Это часть информационной войны, в которой СБУ и псевдопатриотические организации пытаются свои подлые дела повесить на партизан. Очень удобно в качестве универсального средства списания всех потерь иметь харьковских партизан.

Но нужно понимать, что реальные партизаны есть, они действуют и наносят немалый урон войскам Киева.

«СП»: — До недавнего времени вы работали в общественной приемной. Можете ли отметить какую-то динамику общественного мнения? У людей появляется оптимизм или становится больше жалоб?

— Могу сказать, что мы решали массу вопросов, в том числе те, которые не входили в наш функционал. Связано это с тем, как мне кажется, что информационные центры и общественные приёмные только налаживали свою работу. Нам пришлось брать на себя роль своеобразного диспетчера, перенаправляя запросы в другие структуры, которые к нам поступали.

В Донецке и в некоторых районах республики жилищно-коммунальное хозяйство работает лучше в военное время, чем в мирном Харькове. В Харькове считается чудом, если в дороге «залатали» отверстие. А здесь асфальт лежит даже во дворах. Недавно прошла акция «Асфальты во дворы». Если на дороге появляется трещинка, то на следующий день, как правило, она заливается битумом. Для Харькова это уровень, которого Кернес не мог достичь даже в лучшие свои времена, имея в своем распоряжении собственные асфальтные заводы.

Здесь немало проблем, связанных с военным временем. Но Донецкая республика прилагает серьезные усилия, чтобы эти проблемы решить. Больше всех нам, конечно, помогает Российская Федерация.

«СП»: — Какая самая острая проблема в республике?

— Восстановление жилищ, элементов инфраструктуры: детских садов, школ, заводов. Эта проблема решается как главой республики, так и депутатами, главами администраций. Не все идет гладко, но идеальных людей условий в этом мире не бывает.

«СП»: — В августе этого года было создано Харьковское территориальное землячество…

— Не совсем так. Была проведена рабочая встреча и собран первичный коллектив — порядка 20 человек, заявивших о намерении это землячество создавать. Сейчас мы двигаемся в направлении некого официального признания. Но в настоящее время в ДНР отсутствует законодательная база для регистрации общественных организаций. В этом смысле мы пока работает на неформальной основе. Помогаем харьковчанам решать здесь свои проблемы, например с жильём. Есть планы о помощи в оформлении документов, в трудоустройстве и тому подобных житейских вопросах.

«СП»: — То есть, харьковчане приезжают в Донецкую республику?

— По-разному бывает. Немалое количество людей пришло сюда по обмену. Кто-то приехал, скрываясь от преследований киевского режима. А кто-то — по зову сердца, считая ДНР и ЛНР центром сопротивления фашизму.

«СП»: — С Харькова таких людей, очевидно, больше, чем с других городов?

— У нас нет точной статистики. По оценкам, которые я видел в прессе, харьковчан здесь до 1500 человек. Если получится, мы проведем «перекличку» харьковчан, которые пожелают себя обозначить, чтобы для них приходила небольшая помощь, которую мы сможем оказать. Если наше землячество получит поддержку от ДНР, то помощь будет больше. Если нет, то будем стараться помогать своими силами.

«СП»: — Вы также являетесь председателем Совета народных депутатов ХНР. Это действующая структура? Или в данный момент она «законсервирована»?

— Сейчас она законсервирована, поскольку проект ХНР находится в неопределенном состоянии. Не определено, насколько он актуален. Возможно, следующим этапом развития событий на территории Украины будут не народные республики, а некое совершенно другое государство. Какое — покажет будущее.

Очевидно, что киевский режим под давлением общественности вынужден прекратить военные действия, а без них он начинает рассыпаться экономически, политически и идеологически.

«СП»: — Многие предрекают, что режим Порошенко скоро падет…

— Я не думаю, что скоро, но падет. Опять же, все в мире относительно. Пять лет — это скоро или не скоро? В колесе истории это одно мгновение, а для человека — немалый срок. За пять лет можно измениться несколько раз, вектор развития может поменяться.

Для многих людей свойственны быстрое очарование идеей и такое же быстрое разочарование, если эта идея не приводит к успеху. Это обычные циклы человеческой психики. Но к победе приводят не эти всплески увлеченности, а постоянная монотонная работа, позволяющая создать основу для государства.

«СП»: — Кто придет к власти после Порошенко — здоровые пророссийсские силы или еще более отпетые радикалы?

— Пусть сначала уйдет Порошенко. От того, как это произойдёт, будет зависеть все остальное.

«СП»: — Еще год назад много писали о харьковских политзаключенных, задержанных после зачистки города. Их было около 300 человек. Сейчас они исчезли из информационного поля. Что с этими людьми?

— Они находятся в застенках СБУ. Мы будем стараться им помогать. Пока наши возможности предельно ограничены, но мы работаем над тем, чтобы оказать небольшую помощь хотя бы их семьям.

Это свойство человеческой психики: как только проблема уходит из информационной сферы, о ней забывают. Но есть люди, которым сейчас очень тяжело. Они рискнули всем ради победы над фашизмом, и только лишь за это они достойны нашей помощи.

«СП»: — Все говорят, что война изменила людей. Но в какую сторону?

— Кого-то в лучшую, кого-то в худшую. Война только лишь обнажает то, что и так было в человеке.

Недаром многие ветераны, пережившие ужасы на фронтах, испытывают необъяснимую тоску по этим временам. И это легко объяснить: на войне люди честнее по отношению друг к другу. Братство, которое складывается на войне, одно из самых прочных.

«СП»: — Был ли шанс сохранить Украину до переворота в Киеве? Или распад был уже предрешен?

— Шансы, на мой взгляд, были до самого последнего момента. Не было тех, кто мог эти шансы реализовать. Украинская элита утратила какую-либо идеологию, кроме одной: «Бабло побеждает зло». Само это выражение оксюморон, поскольку бабло это самое зло и порождает. И результатом следования этой идеологии стал полный распад страны.

«СП»: — Дончане чем-то отличаются от харьковчан?

— Не наблюдал. Так же любят Родину, ненавидят фашизм, хотят видеть свою землю свободной от этой болезни.

«СП»: — В Интернете я натыкался на статьи, в которых говорилось: «Не придумывайте никаких новоросов, в Донбассе живут такие же русские, как и везде». А другие возражают: «Мы позиционируем себя частью русского мира, но со своими особенностями, отличиями». Где правда?

— Правда в том, что те, кто живут в Новороссии, в Бурятии, в Чечне — это все русские люди. И русские они не по национальности, а по образу цивилизационного происхождения. Не важно, как они себя называют. Русский — это наднациональная категория. Есть казахи, узбеки, украинцы, татары, и при этом все они русские. Если, будучи представителями разных национальностей, они называют себя русскими, тогда русская цивилизация развивается. Как только грузин, к примеру, ставит себя выше армянина, цивилизация начинает деградировать. В истории так всегда было.

Новорос? Почему бы и нет, возможна и такая самоидентификация. Вообще, идея Новороссии очень интересна многим русским людям, поскольку в ней заложены два важных слова: «новая» и «Россия». Понятие «Новая Россия» сейчас очень актуально как для жителей Хабаровска и Владивостока, так и для жителей Харькова и Донецка. Основы «старой» России были заложены в ельцинскую эпоху, и жить в соответствии с ними больше нельзя. Слава Богу, им приходит конец, и Россия из западной колонии становится державой мирового масштаба.

«СП»: — Закончится война, будет положен конец политической конфронтации. Но между людьми, находящимися по разные стороны баррикад, сейчас целая бездна. Как её преодолеть?

— У меня нет однозначного ответа. Я думаю, что естественным процессом, который должен произойти на Украине, должна стать денацификация. Нацизм нужно уничтожить в сознании людей. То есть, не просто запретить, а провести работу по полному уничтожению этих идей. При этом те лекала, которые использовались в Западной и Восточной Германии после окончания войны, могут не подойти, поскольку победа в этой новой войне может иметь другие формы. Мне думается, что необходимо проработать этот непростой вопрос. Требуется работа серьезных психологов, социологов, других специалистов для создания программы по реабилитации населения. Миллионы людей живут с промытыми мозгами, и промыты они антироссийской пропагандой. Нацизм, фактически, стал частью их жизни.

Этот процесс может затянуться на десятилетия. И не надо питать иллюзий, что наши западные партнеры не будут вставлять нам палки в колеса. Обязательно будут, и будут пытаться сохранить украинский нацизм как свое оружие. Что они и сделали, кстати, после окончания Великой Отечественной войны. Заповедник украинского нацизма был сохранен в определенном виде именно в США и в Канаде.

«СП»: — Каковы ваши планы на будущее?

— Работа в землячестве и в Народном Совете ДНР. Сейчас работа отнимает огромное количество времени. Как только будет закончен определенный этап — я обязательно выйду с обращением. Возможно, обращения станут регулярными и будут идти от имени Харьковского землячества.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Андрей Песоцкий

Доцент кафедры экономики труда СПбГЭУ

Никита Кричевский

Доктор экономических наук

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Выборы мэра Москвы
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня