В мире

Маршал, не покорившийся ни Гитлеру, ни Сталину

30 лет назад скончался бессменный президент Югославии Иосип Броз Тито

  
6009

Вождь югославских коммунистов, один из основателей и лидеров Движения неприсоединения, маршал Иосип Броз Тито умер 4 мая 1980-го в одной из элитных клиник Любляны. В последние годы своей жизни он страдал тяжелой формой диабета. Смерть наступила в 15 часов 5 минут.

Это время суток надолго сохранилось в сознании людей среднего и старшего возраста, поскольку в течение десяти последующих лет этот скорбный момент поминался во всей бывшей Югославии минутой молчания. На его похоронах присутствовало более двухсот иностранных делегаций, четыре короля и около тридцати президентов. Советский Союз на траурной церемонии представлял Генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Брежнев…

Отсидка, ссылка плюс каторга

Ранняя политическая биография Тито, родившегося в 1892-м в хорватском селе Кумровац в многодетной крестьянской семье, была отмечена одной тюремной «отсидкой», одной ссылкой и одной каторгой. Будучи сержантом австро-венгерской армии, он получил легкое ранение, попал в русский плен на Карпатском фронте в 1915-м, и провел за решеткой около двух лет. Освободившись, 25-летний Иосип Броз — тогда он еще не носил своего партийного псевдонима Тито — вступил в Красную армию, где вел агитационную работу против Временного правительства, и в результате был сослан в Сибирь. Здесь он впервые женился — на крестьянской девушке из-под Омска Пелагее Белоусовой. Вернуться на родину он смог только в 1920-м. Но и здесь, спустя несколько лет, его осудили за подпольную коммунистическую пропаганду на пять лет каторги. Арестовали и Пелагею, но вскоре выпустили, и она с сыном Жарко вернулась в СССР.

С 1935 по 1937-й годы Тито находился в Москве в качестве сотрудника аппарата Коминтерна, куда он был делегирован как член Политбюро югославской компартии. Тогда же он окончательно расстался с Пелагеей и стал неистово ухаживать за звездой советского кино и театра Татьяной Окуневской. Эти два года сыграли чуть ли не решающую роль в его дальнейшей политической биографии.

В 1939-м он становится во главе Коммунистической партии Югославии, переименованной позже в Союз коммунистов Югославии. Причем — не без помощи Сталина, расправившегося с находившимися в СССР основными конкурентами Тито по партии. Историки утверждают, что их ликвидация как врагов международного коммунистического движения произошла с «подачи» самого же Иосипа Броза. И хотя руководимая им организация насчитывала к началу Второй мировой войны всего 10−12 тысяч человек, Тито умело использовал свой партийный пост и свои богатые задатки лидера, чтобы возглавить партизанское движение в оккупированной немцами и итальянцами Югославии.

К концу войны партизаны были признаны союзниками по антифашистской коалиции как народно-освободительная армия, в которую входило на то время около 900 тысяч бойцов и командиров. Ей оказывали военную помощь Советский Союз, Англия и США. Командование югославских партизан присвоило Иосипу Брозу чин маршала, который он носил до конца своих дней. Уже будучи президентом Югославии — а на этот пост он был пожизненно избран в 1953-м — «сын всех народов» часто появлялся на официальных мероприятиях в белом маршальском мундире.

Кто вы, товарищ Тито?

Трудно найти в новейшей истории другую такую личность, о которой было бы так много написано, но так мало известно в действительности, как Иосип Броз Тито. Граждане Югославии отлично знали клички его собак, верховых лошадей и домашних птиц, но так и не узнали точной даты его рождения — по разным источникам их насчитывается как минимум тринадцать!

Например, согласно данным одной из церковно-приходских книг, Иосип Броз был крещен по католическому обряду на несколько недель раньше, чем родился. В конце концов, решили остановиться на установленной в 1945-м дате: 25 мая, и впоследствии этот день отмечался и как День югославской молодежи. Всем были хорошо известны названия его любимых фильмов, книг, песен и музыкальных произведений, но оставалось загадкой, когда и при каких обстоятельствах он был принят в югославскую коммунистическую партию, благодаря которой он безраздельно правил страной в течение трех с половиной десятилетий.

Как минимум полтора десятка версий — в том числе и принадлежавших самому Тито — существует и относительно того, кем и когда принималось окончательное решение о назначении его на пост главы компартии. Тито унес в мир иной и еще одну, намного более важную тайну, а именно: свой план обороны и защиты суверенитета сложного по национальной структуре, а, стало быть, и богатого скрытыми противоречиями на межнациональной почве государства. Едва ли можно говорить о том, что этот план был способен воспрепятствовать начавшемуся через десять лет после смерти Тито распаду Югославии на шесть самостоятельных государств — это произошло с «благословения» Запада, не желавшего иметь в образе Югославии сильную европейскую державу. Равно как вряд ли мог бы он предотвратить кровопролитную войну на Балканах 1992−1995 годов, но оба этих события, так или иначе, были связаны с несовершенством государственного и политического устройства Югославии.

Даже узаконенный в 1971-м принцип коллективного руководства, дававшего известную степень самостоятельности республикам СФРЮ, по сути, оставался лишь на бумаге, а точнее — под диктатом Тито.

Но самая «сенсационная» загадка жизни Иосипа Броза связана с предположением о том, что он был не тем человеком, за которого себя выдавал. Якобы роль югославского президента многие годы выполнял прошедший специальную подготовку сотрудник НКВД, выходец из обрусевшей немецкой аристократической семьи. В образ властителя одного из ведущих балканских государств он вжился настолько глубоко, что даже пошел на жесткий конфликт со Сталиным во второй половине сороковых годов.

В вышедшей в Белграде книге «Кто вы, товарищ президент?» личный врач Тито Александар Матунович привел несколько аргументов в пользу версии о подмене истинного Иосипа Броза советским разведчиком в период пребывания Тито в Москве.

Прежде всего, получивший образование в сельской школе юноша не мог так хорошо разбираться в мировой литературе и классической музыке, знать с десяток иностранных языков — и при этом делать ошибки в сербско-хорватском, обладать блестящими светскими манерами, а кроме того, разбираться в лучших сортах вин и сигар, знать толк в драгоценных камнях.

Еще одним доводом в пользу «теории двойника» стало то обстоятельство, что односельчане Тито не узнали его, когда уже после войны он заезжал ненадолго в родную деревню. После этого он упорно избегал встреч со своими приятелями по детству и юношеству.

Сенсационные предположения доктора Матуновича не вызвали ни в одной из югославских республик эффекта разорвавшейся бомбы. Нельзя сказать, что на них вообще никто не обратил внимания — скорее, просто не восприняли всерьез.

Врачи «помочь» не сумели…

Тито впал в немилость у Сталина в 1948-м. Суть конфликта между двумя лидерами, обозначившегося еще годом раньше, хорошо известна. Советский вождь потребовал от югославского руководства объединиться с Болгарией в единое федеративное государство, с чем Белград категорически не согласился. Здесь считали, что с помощью Софии, где влияние Москвы было достаточно велико, Советский Союз начнет диктовать Югославии свои условия по послевоенному экономическому и политическому устройству страны.

Кроме того, жесткое недовольство Москвы вызвало намерение Тито направить свои войска в Албанию в связи с опасностью вторжения в южную часть этой страны воинских частей монархического правительства Афин для разгрома укрывавшихся здесь греческих партизан. По мнению Сталина, не согласованное с Москвой решение Белграда на Западе могли расценить как югославскую военную агрессию против Албании, и не факт, что Англия и США не вмешались бы в этот конфликт. А такая «горячая точка» Сталину была не нужна.

Как бы там ни было, а уже в марте 1948-го из Югославии на родину были возвращены все советские специалисты, включая военных. Дипломатические отношения формально сохранялись, но послы были отозваны. Москва обрушила на непослушного Тито невиданный по своим масштабам и остроте шквал критики. Дня не проходило, чтобы в советских газетах и журналах не появлялось карикатур, изображавших югославского лидера в самом нелицеприятном виде. А в газетных материалах то и дело появлялись выражения типа «У бандита Тито навеки карта бита», компартия Югославии именовалась не иначе, как «группа политических убийц и шпионов». Были использованы и методы экономического «возмездия»: с 1949-го поставки советских товаров в Югославию сократились в 8 раз, а входившие в СЭВ государства прекратили выдачу Белграду кредитов.

Югославский лидер, как и сама Югославия, оставались бельмом в глазу кремлевского руководства вплоть до смерти Сталина и начала хрущевской оттепели.

Никита Хрущев не раз вспоминал о том, что Сталин публично угрожал Тито физической расправой и впервые попытался осуществить свою угрозу в феврале 1947-го, избрав для этого весьма хитроумный план.

Когда Тито потребовалась операция на прямой кишке, которую планировалось провести в Словении силами личных докторов маршала, Сталин предложил ему услуги опытнейших советских врачей, с чем Тито согласился, усмотрев в этом жест примирения со стороны Москвы.

По версии начальника личной охраны Тито генерала Жежеля, изложенной в изданной в Словении книге отставного генерала Мариана Кранича «Заговоры и покушения на Тито», в Любляну специальным самолетом прилетели два советских хирурга и медсестра-анастезиолог. Именно она, как утверждал Жежель, должна была сделать маршалу смертельную инъекцию. В первую же ночь после операции Тито почувствовал себя плохо, рана воспалилась, и московские хирурги решили повторить операцию. Но в самый последний момент охрана не допустила их в операционную под тем предлогом, что один из хирургов явно был нетрезв. Тем самым жизнь Тито была спасена.

Вскоре один из врачей, якобы сознавая, что не выполнил важнейшее задание Кремля, покончил с собой, а второй скончался от инфаркта в подъезде своего дома.

Как пишет в своих мемуарах Мариан Кранич, известно как минимум три десятка фактов организации покушения на Иосипа Броз Тито — как на территории самой Югославии, так и в ходе его многочисленных зарубежных поездок, главным образом, силами националистической эмиграции. Если строго придерживаться фактов, то первая попытка ликвидировать Тито была предпринята еще в 1943-м по личному приказу Гитлера. Нацисты бросили огромные силы, включая авиацию, чтобы «достать» партизанского командира в одном из горных районов Боснии. Но всему штабу народно-освободительной армии во главе с Тито удалось скрыться подземными ходами.

Дважды, в 1948 и 1952 годах, ликвидировать Тито предполагалось совсем уж нетрадиционными способами. В первом случае на одной из белградских улиц в его автомобиль должен был врезаться разогнавшийся с горы пустой трамвай — это покушение спланировали просоветски настроенные офицеры Югославской народной армии. А во втором, организованном хорватскими националистами, на Тито и сопровождавших его лиц должен был упасть ковш с расплавленным металлом во время его посещения одного из металлургических заводов в Боснии. Интересно, что крановщика, согласившегося сбросить ковш за 10 тысяч немецких марок, судили потом не за покушение на вождя, а за подготовку технической диверсии на промышленном объекте…

Прекрасная жизнь взаймы

Принципиальное нежелание Белграда жить под диктовку Москвы и идти своим путем, пусть и под коммунистическими знаменами, не могло не вызывать симпатий на Западе. В столицах ведущих западных держав быстро разглядели в Югославии с ее «рыночным социализмом» альтернативу социализму советского образца. Понятно, что моральная и идеологическая поддержка сопровождалась и поддержкой материальной. По некоторым данным, с конца Второй мировой войны по 1961-й Белград получил помощь в различных формах на сумму в 5,5 миллиарда долларов. Денежные кредиты в начале 60-х годов измерялись сотнями миллионов долларов, достигая порой половины годового бюджета страны с населением в 24 миллиона человек. В годы экономического процветания — по сути, это было жизнью взаймы — рядовой сотрудник учреждения мог получать ежемесячную зарплату, эквивалентную двум тысячам западногерманских марок. Югославский паспорт назывался «вездеходом» — по нему свободно можно было попасть во все развитые страны, и автомобильная поездка на выходные дни, скажем, в Италию или Австрию, считалось делом привычным.

Разумеется, свое материальное благополучие югославы связывали исключительно с личностью Тито, и неудивительно, что он пользовался поистине всенародной признательностью и любовью. Одним из мировых лидеров «первого эшелона» он стал после того, как по его инициативе, к которой в 1956-м подключились лидер Египта Гамаль Абдель Насер и лидер Индии Джавахарлал Неру, было образовано Движение неприсоединения. На первой учредительной конференции Движения, состоявшейся в Белграде в 1961-м, 25 стран объединились на принципах неучастия в военных и политических блоках, сформировав, тем самым, мировую оппозицию и НАТО, и Варшавскому договору.

В отличие от многих других лидеров прошлого и настоящего, включая и Сталина, Иосип Броз Тито умел пожить, что называется, на широкую ногу, причем, никогда не скрывая этого. Он всегда великолепно одевался, любил вкусно поесть и выпить, курил самые дорогие гаванские сигары.

В его распоряжении находилось как минимум тридцать роскошных вилл, несколько яхт класса «люкс», около десятка самых дорогих по тем временам автомобилей и даже целый остров Бриони в Адриатическом море, где Тито устроил зоопарк из подаренных ему редких животных и птиц и куда приглашал отдохнуть всемирно известных звезд кино. И это — не считая драгоценных подарков, которые югославский президент получал от иностранных делегаций. Их было столько, что они заняли несколько залов в мемориальном музее вождя.

Его третья и ныне здравствующая жена Йованка Будисавлевич, бывшая сербская партизанка, которая была моложе своего мужа на 32 года (второй брак Тито с Гертой Хаас, наполовину словенкой, наполовину австрийкой, так и остался гражданским), получила по наследству лишь малую толику этого богатства, поделив его с сыновьями Тито от Пелагеи Белоусовой и Герты Хаас. Понятно, что при разделе имущества речь не шла о виллах, яхтах и автомобилях — все это оказалось в собственности бывших югославских республик — а только о личных вещах Тито. Собственно, это обстоятельство и позволило Йованке Броз считать самой большой принадлежащей ей ценностью рукопись собственных мемуаров, которые она оценила в два миллиона долларов и положила на хранение в швейцарский банк.

Тито похоронен в величественной усыпальнице, сооруженной в одном из элитных районов Белграда и названной «Домом цветов». Десятки букетов и венков здесь и поныне появляются каждый год 4 и 25 мая. Как считают сотрудники мемориального музея, сюда никогда «не зарастет народная тропа». Во всех бывших югославских республиках остается немало людей, которые искренне считают, что при Тито с крупнейшим на Балканах государством никогда не случилось бы того, что случилось. Для них он по-прежнему остается кумиром, в том числе — и как военный герой. Пожилые граждане с гордостью упоминают тот факт, что маршал Тито был единственным в новейшей истории главнокомандующим армией, пусть и добровольческой, получившим боевые ранения.

Ну, а в бывших югославских республиках к памяти маршала отношение различное. Практически без внимания хорватских властей остается дом-музей, где родился будущий югославский лидер. Черногорское правительство в течение нескольких лет выставляет на продажу яхты, на которых Тито обошел морями и океанами чуть ли не весь земной шар — здесь посчитали, что переоборудовать их в музеи и содержать у пирса окажется слишком дорогим для казны делом. Пожалуй, лишь в Сербии уважение к истории титовской Югославии и к нему лично сохраняется на должном уровне.

В 2007-м в Белграде с аншлагом прошла выставка уникальных архивных документов, отражающих сложные отношения Тито со Сталиным, в том числе их личная переписка.

И, пусть это не покажется мелочью, решен, наконец, вопрос о пенсии для Йованки Броз. Она добивалась достойного жилья и пенсионного содержания в течение многих лет. Теперь — заслужила.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Алексей Кротов

Почетный строитель города Москвы, член Союза архитекторов России

Михаил Ремизов

Президент Института национальной стратегии

Дмитрий Аграновский

Российский адвокат, политический деятель

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня