18+
среда, 7 декабря
В мире

Русские — малый народ Европы

Чтобы перестать быть «неграми», 10 миллионам наших соотечественников на Западе надо добиваться прав национального меньшинства

  
76

30 ноября в Латвии заканчивается сбор подписей за придание русскому языку статуса второго государственного. По мнению организаторов и экспертов, планка в 155.000 подписей должна быть взята без проблем. После чего будет объявлен следующий этап референдума, в результате которого сильно увеличиваются шансы русского языка стать региональным языком Европейского Союза. В этой связи предлагаем вниманию читателей «СП» колонку политолога Олега Бондаренко об истории русской общины Латвии.

Совсем недавно страны Балтии (и Латвию в особенности) в России было принято активно не любить. Это проповедовалось с экранов государственных каналов и правительственных газет. Прибалты, конечно, давали поводы. Стоит вспомнить хотя бы высказывания экс-президента Латвии, приехавшей из Канады Вике-Фрейберг про «9 мая, ветеранов, селедку и водку» или перенос памятника советскому солдату из центра Таллинна на кладбище на окраину на фоне открытия стелл почета героям СС. Справедливости ради надо отметить, что делали это, как правило, не местные, а «понавозвращавшиеся» из своих Америк латыши и эстонцы (к примеру, президент Эстонии Тоомас Ильвес). Выходцы из «тримды» (лат., «ссылка») вернулись озлобленными на советский период истории, вынудивший их родителей убежать вместе с фашистами. Поэтому для них вполне логичным является чествовать легионеров СС и объявлять концлагерь Саласпилс обычным «трудовым лагерем», как это проделала та же Вике-Фрейберг.

​Однако в последнее время именно в Латвию стали съезжаться многие культовые персонажи отечественного бизнеса. В таком количестве, что иные уже называют Ригу «Лондоном для бедных». В том смысле, что здесь собрались те, у кого пока не хватает на настоящий Лондон. Хотя это вовсе не обязательно. Тот же Лужков, не постеснявшийся воспользоваться возможностью официальной покупки латвийского вида на жительство путем определенных инвестиций в страну, со своей второй половиной уже давно живет в Лондоне.

​Полулатыш банкир Петр Авен, его бывший подчиненный Александр Гафин, формально уволенный за то, что публично предложил своего шефа в премьер-министры Латвии, автор и создатель «Коммерсанта» и проекта «Гражданин и поэт» Андрей Васильев, певец Илья Лагутенко и многие-многие другие бизнесмены и представители богемы поселились на рижском взморье и не знают печали. Образуют там замкнутую касту «понаехавших русских», на которую и рассчитаны абонементы на неделю по 20 тысяч лат (40 тысяч долларов) в VIP-ложу «Новой волны». Они бросаются в глаза и именно про них придумано новое выражение — «русская покупация Латвии». Покупая дорогую юрмальскую недвижимость у местных русских, они создают рынок и помогают настоящей русской общине Латвии.

​Отличие местной русской общины от других общин Европы состоит в том, что русские в Латвии — местные, неожиданно оказавшиеся за границей. Мало найдется коренных русских в Германии, Франции или Чехии — там общины появлялись с приездом туда наших соотечественников в то время, как в Латвии община выкристаллизовывалась методом сегрегации оставшихся после развала Союза русских. Было несколько попыток создать полноценную русскую диаспору Балтии. Они предпринимались как оставшимися пенсионерами, так и поколением их детей — в большинстве своем, технической интеллигенции. Латвия характерна тем, что после 1991 года в ней осталось большое количество русских работающих инженеров. Таким образом, общий уровень русских Латвии был изначально более конкурентен, чем в других странах. В той же Эстонии, несмотря на академическую среду Нарвского университета, ситуация была хуже. Да и гражданство своим русским жителям правительство Эстонии дало по «нулевому варианту», в отличие от той же Латвии.

​Однако построили общину не технари-интеллигенты — люди наемного труда, а новый класс русского бизнеса, выросший из этих инженеров в условиях закрытия заводов и фабрик. Давно известно, что русские — один из наименее склонных к объединениям народов. В отличие от малых наций, мы плохо умеем хранить свою культуру за границей, через поколение уже стремительно ассимилируясь в местную среду. Даже в США с огромным количеством русских эмигрантов нет объединенной русской диаспоры. В то время, как в Латвии создается прецедент.

Вспоминая Демьяна Бедного — «Любые фланги обеспечены, когда на флангах латыши!» — нужно заметить, что качества местных народов непреодолимо заимствуются живущими бок о бок с ними людьми. Русские Латвии на редкость последовательны в своих целях. Более чем через 20 лет после обретения независимости в Латвии начинается референдум по приданию русскому языку статуса второго государственного. Долго пришлось ждать появления в стране европейских практик защиты своих интересов. Но интереснее всего, кто решил заниматься этим — высланный ФСБ из России негражданин Латвии (обделенный в правах житель, не имеющий права выбирать и быть избранным) Владимир Линдерман, в прошлом один из лидеров запрещенной Национал-большевистской партии. Собрав активную группу русских, Линдерман повел их на защиту русского языка и уже собрал бОльшую половину из необходимых 155 тысяч подписей для вынесения этого вопроса в повестку дня заседания Сейма.

Язык объединяет людей. В 2004-м главным посылом к консолидации русской общины стала реформа школьного образования Латвии — когда решили закрыть большую часть русских школ, люди сами вышли на улицы. По мнению одного из руководителей диаспоры Валерия Кравцова, русские начали вспоминать о своих корнях, когда стали притеснять старых и малых. «Только попытка отнять права у наших родителей и детей заставила нас вспомнить, кто мы есть, и начать действовать», — считает кандидат в Европейский парламент от партии «Центр согласия», имеющей имидж русскоязычной.

Добившись успеха по созданию общины в Лиепае, Кравцов собирается объединить русскую диаспору в Риге. Секрет успеха, по его словам, прост — ядром русской общины стали предприниматели — люди, умеющие считать деньги и контролировать процесс. Ежегодно эти бизнесмены скидываются по 1500 лат (3000 $) в общий фонд общины, из которого потом коллективным решением выделяются средства на проведение тех или иных мероприятий (например, салюта на 9 мая). При этом, председатель, равно как и его заместители, и секретари работают исключительно на общественных началах — «нельзя зарабатывать на своей общественной деятельности». Изначально базисом при создании общины было три кита: русский язык, русская культура и православная вера.

Лиепайская русская община за эти годы стала одной из крупнейших общественных организаций в Латвии, имея в своих рядах уже более 4.000 официальных членов. Входит в общину и рижский градоначальник и председатель объединения «Центр согласия» Нил Ушаков, который, по словам Кравцова, до сих пор исправно платит взносы.

Вопросы взаимоотношений с политическими структурами в общине решаются просто — по принципу «не партия над общиной, а община над партиями». Вплоть до того, что, когда председатель общины стал депутатом Сейма от «Центра согласия», он покинул свой пост на время парламентской каденции.

Только такими методами, по мнению Валерия Кравцова, можно было создать структуру, которой будут доверять, полноценную общину русских — людей, не привыкших по жизни объединяться.

Потенциал у русского движения в Латвии, да и во всей Европе огромный. Ведь уже более 10 миллионов русскоязычных населяют Европейский Союз. И чем дальше, тем больше они будут понимать необходимость защиты своих прав. Так что уже вовсе не кажется нереальной идея постоянного представителя президента России при НАТО Дмитрия Рогозина о создании общественного гражданского комитета русскоязычных граждан Евросоюза с целью придания русскому языку статуса одного из официальных языков ЕС.

И русская община Латвии будет главным двигателем этого процесса. Ведь уже в случае удачного сбора подписей за русский в качестве второго государственного и после запрограммированного отказа Сейма проголосовать это решение, будет объявлен общенациональный референдум по данной теме, в котором нужно будет собрать более половины голосов от общего числа избирателей, то есть около 800 тысяч. Это, конечно, маловыполнимая задача, но те реальные 250−300 тысяч голосов, которые могут быть поданы «за», плюс 300 тысяч русских неграждан Латвии дают в сумме уже более полумиллиона официально, что по всем нормам ЕС должно сопровождаться наделением этого населения правом использования русского в качестве регионального языка в местах компактного проживания. Таковыми являются Рига, Юрмала, Лиепае, Вентспилс, Елгава, Даугавпилс, Резекне, Краслава — половина городов Латвии.

Также это станет возможным в случае ратификации Сеймом полного варианта Конвенции о национальных меньшинствах, которая закрепляет право местного населения на использование региональных языков. Латышское население это может понять — если для них латышский является духовной ценностью, то на каких основаниях можно отказывать в том же их русским согражданам? Успешный пример русских Латвии может стать образцом для подражания для русских в других странах.

Пришло время избавиться от иллюзий и четко осознать, что наше становление в Европе возможно исключительно путем создания общин, осознания себя малым народом Евросоюза и получения своих законных прав как национального меньшинства. Без понимания этого русские могут остаться с имперским мышлением, но с официальным статусом неграждан ЕС в кармане.

В самом деле, не Рубиксу же защищать нас в Брюсселе…

Популярное в сети
Цитаты
Сергей Ермаков

Заместитель директора Таврического информационно-аналитического центра РИСИ

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня