Делай жестче, охотник!

Новый альбом «Элефанка» «Охотник» обманчиво начинается расслабляющим downtempo (этого, кстати, будет в нем много, но все с обманкой, с хитростью). Ты сразу представляешь себя полуспящим в дыму ночной кальянной, рядом барышни-дворянки и друзья-бездельники. Все прилично и приятно, музычка… И так хочется, чтобы этот убаюкивающий бит не прекращался всю ночь… или всю жизнь.

И вдруг: «Я не хочу победы в этой войне, кому нужны проспекты в черном огне…» Что такое, думаешь ты? О чем это? Какие проспекты в огне? Там ведь моя тачила припаркована! Самбуку мне, официант, быстро! Холодной воды мне на голову! А динамик не унимается: «Не зли Царь-пушку, слушай, жуй Бабл-гам…» Эй, бармен, тебя завтра уволят, слышишь? Остановите музыку!

Да, поначалу альбом «Охотник» в музыкальном плане нагоняет расслабуху, апатию и мечтательность. Впрочем, по ходу прослушивания появляются исключения, которые быстро превращаются в правила. Вот уже поперли «тяжелые» гитарные темы, отсылающие к рэп-альтернативе, типа Limp Bizkit, вклинивается чумовой drum’n’bass, шепчет что-то усталый Кинчев, откуда-то напирает откровенный классический блюз… Пожалуй, самая большая ассоциация (лично для меня) — альбом 1999 года «Нижняя тундра» группы «Ва-Банкъ», хотя тот на порядок тяжелее в музыкальном плане. Сходство скорее в другом. «Нижняя тундра» — тоже альбом «музыкально-литературный», созданный как саундтрек к одноименному рассказу Пелевина и тоже жонглирующий различными стилями. Кстати, Александр Ф. Скляр отметился и в «Охотнике». Ну и стоит ли говорить, что Захар Прилепин, прежде всего, литератор. Поэтому все творчество «Элефанка» из разряда «музыкально-литературного», смею полагать.

Вернемся к музыке. Абсолютно ясно, что авторы музыки и аранжировок никакого конкретного стиля придерживаться не собирались. Другое дело, что музыкальная мысль существенно расширилась по сравнению с предыдущими работами «Элефанка». И пусть покоится она, в основном, на лучших образцах русского рока, альтернативного «дворового» рэпа, армейской лирике, есть вещи, которые «передают привет» от мастодонтов зарубежного металла. К примеру, песня «220 вольт»: чуть ускоряем темп, поднимаем на октаву вокал, добавляем более расширенное соло — и вот вам уже ранние AC/DC. Замечу, что почти все песни в стиле рэп до конца таковыми не являются. В них появилась музыка — сквозные гитарные темы, ритм-гитары, клавиши, а главное — очень своеобразные психо-роковые припевы, как, например, в песне «Ладони». Что говорить, Прилепин и Ко сделали определенные выводы.

Моя любимая песня в альбоме — «Царь». И с этим связана целая история. Помнится друг Володя Сапрыкин пару лет назад прислал мне песню «Черного кофе» «А наш-то наш» — послушать и узнать мое мнение… Там, в частности, такие слова: «Их-то Господь вон какой! И впрямь настоящий герой! Без страха и трепета в смертный бой ведет за собой правоверных строй. И меч полумесяцем над головой, и конь его мчит стрелой!» А далее припев, внимание: «А наш-то наш, гляди, сынок, а наш-то на ослике цок-цок-цок…». Я очень люблю Дмитрия Варшавского и группу «Черный кофе», но как можно было вот таким способом понадеяться выразить эту идею? Ну, не в детском саду мы уже? Хотел наставить на путь, а в итоге, всех повеселил, дорогой Дмитрий Львович. С тех пор я часто думал: вообще довольно трудно, наверное, в искусстве выразить мысль, что Господь был царем совсем не в том смысле, в котором казалось некоторым евреям первых веков и целому сонмищу карьеристов много позже. И вот — Прилепин выдает своего «Царя». Выдает так, чтобы дошло, прошло в кишки, в нутро (оттуда, смотришь, и в голову…) Абсолютно неподходящая для этой темы музыка в духе стебных перформансов «АукцЫона», переходящая в чуть ли не секторгазовский рев — странным образом только добавляет глубины и работает на идею.

Песня «Заждалась» тоже рождает интересные ассоциации. Во-первых, в мелодии куплета считывается (явно неосознанное) влияние старой известной песенки городских в деревне: «Как получим диплом, гоп-стоп-сдубай — рванем в деревню». И вот сидит такой рванувший в деревню горожанин у костра с гитарой, рядом бутылочка первача откупорена, деревенские красавицы поблескивают на него глазками… а сзади кто-то в капюшоне, кто-то в рубище, кто-то лишний в российской глубинке — играет на дудуке нежную восточную мелодию. Собственно, это почти готовый рассказ Прилепина.

В текстах нет ничего нового, тем не менее, новое все. Когда ты испытываешь страх, голод, одиночество, разочарование, когда вновь и вновь мучительно пытаешься понять, где свои, где чужие и почему это так, когда разрываешь себе внутренности мыслями о войне, убийстве, нескончаемом горе и страданиях — это всегда по-новому. Не бывает переживаний старых, они всегда здесь и сейчас. «Хандры небритый леший, тоски зеленый угол». Ох уж этот зеленый угол, куда ты мысль мою отсылаешь? «Очередь за солнцем на холодном углу, ты сядешь на колеса, я сяду на иглу»… Над чем поразмыслить есть. Более чем достаточно. Я думаю, вряд ли стоит в этой статье серьезно обсуждать поэзию альбома. Это как раз тот случай, когда слова абсолютно неотделимы от музыки. Имеющий уши, в общем, да не оглохнет. А закончить хочется текстом припева из песни «Делай жестче»: «Делай жестче! И не делай так, чтобы остыть. Делай жестче! Делая такт, делая бит». Альбом не даст остыть в кальянной, это точно. Либо сбежите, либо набьете морду бармену, либо — встанете на путь исцеления.

P.S.

Новая работа Прилепина сделана при участии многих разноплановых артистов. Возможно, поэтому он получился столь эклектичен, разнообразен и глубок, но. В будущем желаю Захару побольше себя. И несколько не хватило «трушного» звука. Альбом звучит слишком хорошо по нашим тяжелым временам… Хочется немного летовской расстроенной гитары, немного дичайшего треша скандинавских true-блэкарей, хочется кобейновского фендера. Это все мелочи, но многим будет приятно.