Страшная тайна Кремля: ОМОН не готов бить почти 10% населения РФ

В «Вышке» измерили уровень бедности, чтобы определить потенциальный «градус» уличного протеста

9549
Страшная тайна Кремля: ОМОН не готов бить почти 10% населения РФ
Фото: Александр Рюмин/ТАСС
Материал комментируют:

Бедные в России делятся на две категории. Одни считают себя очень бедными, но при этом кое-как сводят концы с концами. Другие глубоко бедными себя не признают, но де-факто ими являются. Между собой эти группы не пересекаются. К таким выводам пришла эксперт Высшей школы экономики Екатерина Слободенюк.

Основой для ее работы по глубокой бедности стали данные Института социологии РАН 2018 года. К объективно очень бедным социологи относят тех, кто живет в домохозяйстве с доходом менее 7,5 тыс. рублей в месяц на каждого члена семьи. Субъективная глубокая бедность оценивалась по двум вопросам: как человек сам оценивает свое материальное положение? И какое место, по его мнению, он занимает в социальной иерархии?

Объективно бедные, по данным Института социологии РАН, составили 8,1% населения России. Субъективно бедные — 4%. Исследование ВШЭ показало: в группе субъективно бедных около половины составляют пожилые. В то время как среди объективно бедных их лишь 18%.

Читайте также
Налог на бедных-2020: Спасение «Газпрома» вывернет карманы россиян Налог на бедных-2020: Спасение «Газпрома» вывернет карманы россиян Война с американским СПГ за рынок Европы обещает быть недешевой и затяжной

Парадоксально, но 61% объективно бедных — это россияне в возрасте 18−40 лет. Причины такого положения — высокая иждивенческая нагрузка за счет детей (73%) и неработающих взрослых (33%).

А вот в зоне субъективной бедности тон задают неработающие пенсионеры. Прежде всего, бедными они считают себя из-за проблем со здоровьем. Подавляющее большинство в этой группе — 68% - считают его плохим.

Вывод Слободенюк делает такой: субъективная и объективная глубокая бедность требуют разных видов поддержки со стороны государства. Для снижения объективной бедности необходима поддержка занятости и зарплат. Для сокращения субъективной — рост доступности медобслуживания.

Заметим, 8,1% глубоко бедных — тех, чьи семьи выживают на 7,5 тысячи на человека в месяц — это ужасающе много. Это означает, что цифры официальной статистики по «обычным» бедным властью ощутимо занижены. Напомним: по данным Росстата число граждан, чей доход не дотягивает до 11 185 рублей (прожиточный минимум), сейчас составляет 13,5% населения. То есть — почти 20 миллионов россиян.

Наверняка изрядная долю глубоко бедных — это пенсионеры и предпенсионеры. Власть, подняв возраст выхода на заслуженный отдых, оставила у разбитого корыта миллионы сограждан. Ранее «Известия» сообщали, что из 10,1 млн. предпенсионеров трудоустроены всего 40%. При этом из 6 млн. неработающих пожилых людей часть закончили трудиться досрочно. Или уже не могут этого делать из-за инвалидности.

Прибавьте к этому, что с 2013 по 2018 год реальные располагаемые доходы граждан снизились на 8,5%. Вместе с тем, за это время произошел значительный рост цен. По мнению аналитиков, сегодня, по сравнению с 2018-м годом, ситуация с бедностью еще ухудшилась. С одной стороны, из-за того, что реальные доходы продолжают падать. А с другой — растет инфляция и обязательные платежи, такие как ЖКХ и оплата долгов по кредитам.

Заметим, рост доходов россиян и снижение бедности — одна из ключевых задач президента Владимира Путина на текущий президентский срок. До 2024 года число тех, кто живет за чертой бедности, должно сократиться вдвое — до 6,6%. Уже в 2019 году, по путинскому плану достижения целей до 2024 года уровень бедности должен снизиться до 12%.

Возможно, так и будет — на бумаге. На практике желаемый уровень бедности недостижим даже при самом оптимистичном сценарии развития страны.

— До реформы гражданин, достигнув пенсионного возраста, к зарплате начинал получать еще и пенсию, — отмечает доктор экономических наук, независимый эксперт по социальной политике Андрей Гудков. — Пусть зарплата была маленькой — скажем, 15 тысяч рублей. Но прибавьте 8 тысяч пенсии — и получится доход 23 тысячи. А это уже медианная зарплата.

А теперь, в связи с повышением пенсионного возраста, гражданину показали шиш, а не прибавку. Его доход все равно остался выше прожиточного минимума. И формально бедным гражданин не считается. Но по факту он — бедный.

«СП»: — Разделение бедных на «субъективных» и «объективных» имеет значение?

— Только в плане социологии. Мы, экономисты, не очень этим интересуемся.

Позволю небольшое отступление. Всю свою жизнь я думал: какая цель жизни человека? Она, оказывается, очень простая — формулируется чисто социологически. Цель — жить не хуже «своих» (представителей «своей» референтной группы). И лучше «чужих».

Так вот, «объективные» бедные, которые не считают себя таковыми, просто не хуже «своих» бедных. Тех бедных, которые их окружают. И лучше «чужих» бедных.

Представим: вы живете в нищем селе. Но у вас на две картофелины на столе больше, чем у соседей. Тогда вы — по субъективному ощущению — не бедный. Вот рядом лебеду жрут — те бедные.

То же самое с «субъективными» бедными. Просто у людей есть потребности, а денег на них не хватает. Да, к старости уходит масса потребностей. Но возникают другие — и оказываются недоступными.

Например, в кино сходить — билет на хорошее время 500 рублей. А у пенсионера 500 рублей — это паек на один-два дня!

А билеты в театр стоят от 1000 рублей. Или возьмите поход в кафе — да чашка хорошего кофе стоит 150 рублей! Торт, извините меня, стоит под 600 рублей!

На деле, между «объективными» и «субъективными» категориями — хотя Слободенюк об этом не говорит — секущая плоскость проходит очень четко: это городская и сельская категории бедных.

То есть, для сельского пенсионера возможность выпить хорошего кофе никогда не будет критерием. Просто кофеен на селе нет. Такой пенсионер купит в сельпо пачку поддельного «Пеле» за 60 рублей — и будет считать: нормально, потребность удовлетворена.

А ту же банку кофе может купить городской пенсионер, и будет твердо знать: он пьет дерьмо. А приличий кофе даже на распродаже для него дорог. Потому что стоит 300 рублей за чашку.

«СП»: — Какая тогда практическая ценность исследования ВШЭ?

— Подобные исследования имеют смысл в одном случае: если нужно измерить уровень социальной напряженности — в плане готовности населения к протестам. Если прогнозировать протесты, которые могут иметь значение для власти — говорить нужно только о городских бедных.

Читайте также
Правда пенсионной реформы: Российские старики-неудачники лечения не заслуживают Правда пенсионной реформы: Российские старики-неудачники лечения не заслуживают Сначала лишили пенсий, потом — медпомощи

Да, это инертная масса. Эти люди доживают, они «отыграли» свое. Но не надо относится к ним, как к дерьму мамонта. Это показал январь 2005 года, когда при монетизации льгот городские бедные вышли на улицы.

Для власти самым страшным оказалось не то, что бабушки и дедушки перекрыли Ленинградское шоссе. А то, что ОМОН отказался их бить!

Обратите внимание: когда на несогласованные митинги выходят студенты и школьники с присущей молодым агрессивностью, репрессивные органы — омоновцы, собровцы, просто пэпээсники — на личностном уровне готовы с ними «бодаться». Для них эти подростки — «чужие». Они, быть может, скоро получат высшее образование, а омоновец еле-еле школу кончил. На отдельном подростке шмотки стоят больше, чем месячная зарплата правоохранителя.

Но когда против ОМОН стоят дедушки с орденами и бабушки-божьи одуванчики… Представляете, каким моральным уродом надо быть, чтобы замахнуться на них «демократизатором»?!

Так вот: исследование Екатерина Слободенюк показывает, что вообще-то этих бедствующих бабушек и дедушек в России тоже немало. Потому что социальная группа, приближающаяся к 10% - это достаточно много.

И неважно, что эта группа не имеет рупора и общественного звучания. Потому что если этих людей «дожать» по уровню жизни — так, что перед ними замаячит перспектива голодной смерти — даже они могут выйти на площади.

И Кремль ничего им противопоставить не сможет. Просто ОМОН не поднимет дубинки.


Андрей Гудков — создатель Telegram-канала «Россия. Социальная несправедливость» (Social inadequacy)

В 1974 году окончил экономический факультет МГУ. Преподавал в Академии труда и социальных отношений. Последнее место работы — замруководителя департамента социального развития Федерации независимых профсоюзов России (ФНПР).

Новости СМИ2
Новости СМИ.ФМ
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Владимир Лепехин

Директор Института ЕАЭС

Владислав Жуковский

Экономический эксперт, аналитик

Борис Шмелев

Политолог

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости 24СМИ
Новости НСН
Новости СМИ.ФМ
Новости Лентаинформ
Новости Финам
Новости Жэньминь Жибао
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня
article