18+
суббота, 10 декабря
Олимпиада

Александр Зубков: В Ванкувере я должен въехать на пьедестал

Российский бобслеист считает канадскую трассу одной из самых быстрых в мире, но к этому он готов

  
11

Бобслеист Александр Зубков — ветеран олимпийской сборной России. В августе прошлого года ему исполнилось уже 35 лет, а Ванкувер станет для него четвертой Олимпиадой. Тем не менее, Зубков — один из главных претендентов на медали в многочисленной российской делегации, которая в феврале прибудет на Олимпиаду в Ванкувере. Более того, в качестве пилота экипажей бобслеистов Зубков реально претендует на медали сразу в двух дисциплинах бобслея — двойках и четверках.

Сам Зубков абсолютно в себе уверен и ждет начала Белых Игр. О чем сразу и поведал корреспонденту «СП».

— Бобслей вполне можно считать возрастным видом спорта. Разгоняющие вполне могут показывать хорошие результаты и даже прогрессировать до 35, а бобслеисты в отдельных случаях могут успешно выступать даже и после сорока. Так что я и не собираюсь в ближайшее время расставаться с активными выступлениями. В 2007 году мог прервать мою карьеру серьезное повреждение ахилла. Слава Богу, выкарабкался. И теперь в Ванкувере постараюсь доказать, что способен еще на многое. Мечтаю подняться на пьедестал.

«СП»: — Вы уже определились с экипажами и с аппаратами, на которых будете выступать на Олимпиаде в Ванкувере?

— Двойка и четверка для меня равнозначно важные дисциплины. С двойкой мы уже определились. Моим партнером (разгоняющим) будет Алексей Воевода. Насколько мне известно, Россия уже завоевала квоту на участие в Ванкувере трех «двоек» и трех «четверок».

"СП": — В чем специфика ванкуверской трассы?

— Она самая быстрая в мире. Там был поставлен абсолютный рекорд скорости. Как на четверках — 153 километров в час. Так и для двоек — 149 километров в час. К счастью, у меня была возможность там потренироваться в течение недели в прошлом сезоне.

«СП»: — Кого считаете главными конкурентами?

— В Турине мы боролись в основном с немецкими экипажами. Но сейчас конкуренция еще больше выросла. Кроме трех немецких экипажей отметил бы еще два канадских и швейцарский. Причем, большая часть из представителей этой «большой шестерки» наших основных конкурентов в новом сезоне на данный момент далека от лидеров общего зачета Кубка мира. До сих пор каждый старт мы использовали не для сиюминутного результата, а для постоянных экспериментов в максимально приближенных к Ванкуверу условиях. Как говорится, для «притирки» экипажа. Впрочем, таким же образом идет подготовка к Олимпиаде у многих ведущих бобслеистов. Некоторые даже специально пропускают этапы Кубка мира.

«СП»: — В каком процентном соотношении вы оцените роль разных факторов в успехе бобслеиста?

— Минимум 60 процентов отдаю технике — бобу и конькам, а также работе изготовителей и обслуживающих механиков. Остальное — пилоту и разгоняющим.

«СП»: — Если не считать аварий на трассе, какие еще виды травм и повреждений распространены в вашем виде спорта?

— Переворачиваемся вместе с бобом на трассе мы довольно часто. Причем на тренировках это случается чаще, чем на соревнованиях, потому широкой публике об этом мало известно. Но такие трагические ситуации, как случилась со Скворцовой, единичны в истории бобслея. Пять лет назад на тренировочной трассе погибла чемпионка Европы по бобслею Ивонн Чернота. Ее боб вылетел с желоба. Чернота скончалась по дороге в больницу, а ее напарница долго пролежала в реанимации. И моему экипажу тоже случалось несколько раз переворачиваться на трассе. Однажды наш разгоняющий Сергей Голубев получил болезненный ожог плеча, скользя по льду — вывалился из боба на всей скорости. А из травм «ползучих» можно отметить боли в позвоночнике от постоянных перегрузок на поворотах. И за те полторы минуты, пока находишься на трассе, успевают утомиться глаза и заболеть голова.

«СП»: — А что вообще успеваете почувствовать на трассе?

— Думаю только о том, как войти в очередной вираж и выйти из него. С момента старта и до того момента, как выберусь из боба болельщиков вообще не замечаю, даже если соревнования проходят при большом стечении народа. Их крики сливаются в общий гул, который исходит от грохота несущегося по желобу боба.

«СП»: — Когда вылезаете из боба и уходите из желоба — трасса перед глазами мелькает? И как пытаетесь отрешиться от этого?

— Перед соревнованиями никак и не пытаюсь. По приезде на очередную трассу я тщательно прохожу вдоль желоба, внимательно осматриваю каждый его участок. Потом до самого старта эта трасса постоянно стоит у меня перед глазами. И это хорошо. Я много раз продумываю, анализирую разные варианты ее прохождения.

«СП»: — Несколько отвлеченных вопросов. Какими видами спорта увлекаетесь и интересуетесь?

— Все больше зимними. Кроме бобслея, биатлон, лыжи, прыжки с трамплина — там я уже начал понимать, каким образом баллы выставляют. А лыжными гонками я серьезно занимался параллельно с санным спортом до тех пор, пока из-за выездов на соревнования уже невозможно было совмещать одно с другим. Я выбрал сани и вскоре стал победителем юниорского первенства мира. Хоккей люблю смотреть — ноги уже отвыкли от коньков, давно не практиковался.

«СП»: — Ваша старшая дочка тоже принимает участие в соревнованиях?

— Она выступает за сборную Москвы, потому что столичная команда, в отличие от областной имеет больше возможности возить своих спортсменов на соревнования. В ее 13 лет Лизе для будущих успехов уже желательно стартовать как можно чаще и приобретать соревновательный опыт. Уже в нынешнем сезоне на одном турнире она заняла второе место, другой выиграла.

«СП»: — А в бобслей она может перейти?

— Только через мой труп. Тяжелый вид спорта, не женский.

Популярное в сети
Цитаты
Сергей Ермаков

Заместитель директора Таврического информационно-аналитического центра РИСИ

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Новости сети
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня