Мнения

Крестьянское счастье Белоруссии

Республика старательно ищет новую национальную идею

  
112

Белорусы — самая молодая нация Европы. Это понимаешь только спустя несколько дней после посещения Белоруссии, а вот первое, что бросается сразу в глаза — крестьянскость страны (хотя первое и вытекает из второго).

Весь железнодорожный путь от Овсяновки (ближайшего к российской границе белорусского населенного пункта) до Минска тянутся поля и деревни. Редко попадаются городки типа Борисова, окраины которых — тоже деревни, натурально с козами и курами на улицах. По сути эти 300 километров пути по территории республики — одна сплошная деревня. Сильнейшим контрастом этой пейзанской пасторали выступает Смоленская область: вдоль дороги тянется «черная полоса», особенно ужасающая в сумерки — леса, болота и зарастающие мелколесьем поля, без населенных пунктов и, соответственно, огней в окошках. Сосед по купе так отметил пересечение границы в сторону России: «Въезжаем в Мордор».

Деревенская жизнь не прекращается и в двухмиллионном Минске. Если отойти пятьдесят-сто метров от главных проспектов города, то видишь, как с первым теплом в палисадники выходит народ — окапывать вишни, смородину и сажать холодостойкие культуры, типа лука и топинамбура. На проспекте Дзержинского, на пригорке, и вовсе стоят избы, у одной избы уже видны улья.

Крестьянский дух в Белоруссии виден во всем. Например, главный объект поклонения большинства белоруссов — это природные явления и объекты, по сути анимализм (церквей в Минске и стране, кстати, раз в двадцать меньше на душу населения, чем в России). Главные символы страны — это аисты, лебеди и зубры. Посмотреть на водоплавающих на Минском море приезжают тысячи людей, они молча стоят и смотрят, как плавают и ныряют утки и лебеди, и видно, что белорусам очень радостно становится от этого зрелища.

Еще люди приходят смотреть на деревья. Так, на том же Минском море есть «Ботанический памятник» — сросшиеся дуб и сосна, табличка у памятника гласит, что в радиусе 4 метров он охраняется государством, и белорусы даже предпочитают остановиться от него метрах в 6−7, чтобы памятнику уже наверняка ничего не угрожало. В середине апреля только в одной Брестской области люди высадили 2 млн деревьев, скорее всего лет через 30−40 часть этих насаждений тоже станет официальным объектом поклонений.

Деревянные зубры и глиняные крестьяне с веселыми лицами — главные сувениры в Минске. Точнее, почти единственные — в минском ГУМе есть еще березовые шкатулки из Жлобина и льняные рукавишники, но туристы все равно предпочитают покупать вырезанную и вылепленную фауну. Это не значит, что туристы тоже крестьяне, просто где еще в Европе водятся зубры (в Польше только немного); да и крестьяне на континенте уже фермеры.

Даже в пропагандистских передачах на белорусском телевидении на первом плане полезное животное, а не человек. Например, в программе про учения белорусского МЧС оператор крупным планом давал собаку в шлеме, спускаемую на веревке с вертолета, а люди оставались за кадром.

Крестьянский прагматизм белорусов проявляется и в покупке машин — не только в Минске, но и по стране на 1 Жигули приходится примерно 100 иномарок, пусть и не первой свежести. Именно тут понимаешь всю мудрость изречения «Мы не настолько богатые, чтобы покупать дешевые вещи», в данном случае дешевые не по цене, а по качеству. И железнодорожные пассажирские вагоны местная БЖД предпочитает покупать в Германии, наверное, потому, что не может представить, как местный крестьянин может пересесть с иномарки на не иномарку.

Очень правильно, кстати, что этой крестьянской страной руководит председатель совхоза. Это редкое единение народа и власти в современной Европе, и их соответствие друг другу. «Вот польский президент видно, что был горожанин — летал на ТУ-154. А был бы благоразумным — вообще не летал бы, а копался в огороде. Рожденный пахать летать не может», — скорбел в разговоре со мной один белорусский интеллигент, у минской квартиры которого тоже есть палисадник с вишнями и крыжовником (есть еще и дача за городом, с 20 сотками под картошку).

Хотя, что такое белорусский интеллигент, высказал мнение тот самый интеллигент с палисадником — «это поляк». То есть белорус, преодолевший свое крестьянство, автоматически становится поляком. Современная интеллектуальная жизнь Белоруссии вообще сейчас пронизана осмыслением белорусско-польско-литовских отношений. Местный интеллигент соединяет в своих мечтах эти три государства в одно. Историческая и географическая правда на его стороне: в Речи Посполитой и ее осколках Белоруссия провела больше времени, чем в составе Российской империи и СССР; от Минска до Вильнюса (Вильно, белорусского города, подаренного в свое время Сталиным литовцам) 180 км, а до Москвы — 750. Причем белорусская интеллигенция готова быть младшим братом в таком государстве — у белорусов как нации вообще нет гегемонистских устремлений и сверхзадач (как у тех же поляков). Они готовы делегировать полномочия среднему и старшему брату, а сами спокойно растить вишню в палисаднике.

Эти настроения интеллигенции уловил и Александр Лукашенко. По мелочам он подыгрывает им — симпатизирует католикам — можно хотя бы вспомнить его визит с младшим сыном к Папе Римскому, вводит в качестве белорусских официальных символы Речи Посполитой. Например, сейчас в стране идет подготовка к широкомасштабному празднованию 600-летия Грюнвальдской битвы (состоялась 15 июля 1410 года), где «белорусская армия совместно с армиями Литвы и Польши поставили заслон завоевательным планам немецких рыцарей». Белорусов не смущает, что 600 лет назад не было понятия «белорус», и уж тем более «белорусской армии». Официальным белорусским сейчас становится и княжеский род Радзивилов, хотя везде за пределами республики считается, что это литовский род.

Но все же лично сам Лукашенко (в отличие от народа) не хочет быть младшим братом (младший брат в совхозе это кто? счетовод или главный агроном?), и такими же мелкими шажками, как посполитизацию, проводит белоруссификацию. Никто, судя по всему, не знает, что это такое и как системно это делать. Но начали в Белоруссии строить государственность, как и в большинстве новообразованных государств бывшего СССР, с реформы языка.

Как только сходите с поезда в Минске, вас встречает крупная надпись: Чугуначны вакзал. И далее везде — все государственные вывески, от учреждений до метро теперь там исполнены на белорусском языке. В Минске я не слышал ни одного человека, изъясняющегося на этой мове (только на русском), а сами местные интеллигенты («поляки») объясняют, что белорусский язык — это исковерканный крестьянами из-за неграмотности польский язык, то есть смесь русского и польского. Государственная статистика (написанная на белорусском), впрочем, утверждает, что белоруссизация не проходит даром: за последние 5 лет число людей, говорящих на мове, увеличилось с 5% до 7%.

Вообще, в беседах белорусы говорят, что Лукашенко сейчас «исполняет партию скрипки для трех оркестров» — Польши с Литвой, России, и для внутреннего употребления. Причем играть для России он не очень старается — она и так никуда не денется, а вот для северного и западного соседа можно потрудиться. Возможно, это и есть тот самый путь строительства нации, который сейчас проходят некоторые крестьянские страны Европы (то есть без собственной истории и наличия устоявшихся элит) — к примеру, Латвия и Эстония. Конечно, до прямой героизации нацистов в Белоруссии не дойдет — мало того, что в республике от их рук погиб каждый четвертый (кстати, к их истреблению причастны и карательные отряды прибалтов и украинцев, и белорусы это хорошо помнят), так и память, в том числе материальная (в виде монументов, музеев и вечных огней) о Второй мировой пока единственный нацатрибут, сплачивающий белорусов.

Из России кажется, что главная новость последних дней из Белоруссии — готовность Лукашенко принять у себя беглого президента Киргизии Бакиева. Но внутри страны главных новостей две: Литва приняла решение оставить официальное название Белоруссии как Baltarusija (предлагалось — Belarusia) и начало сезона сбора березового сока. Белорусы верят, что березовый сок выгоняет радионуклиды из организма, а ведь даже по официальным данным в стране каждый третий подвергся облучению в результате аварии в Чернобыле (оппозиционеры говорят, что 75%, и за эти цифры они сидят в тюрьмах). Это еще одна беда, кроме войны, которая сплачивает белорусов в нацию.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Александр Асафов

Независимый политический аналитик

Федор Бирюков

Член Президиума партии «Родина»

Иван Коновалов

Директор Центра стратегической конъюнктуры

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня