18+
вторник, 17 октября
Культура

Музыка ни в чем не нуждается

Интервью Романа Богословского с Сергеем Летовым

  
2426
Музыкант Сергей Летов
Музыкант Сергей Летов (Фото: Артем Геодакян/ТАСС)

Если бы я начал перечислять, с каким количеством музыкантов и групп в разных качествах и ипостасях работал Сергей Летов, на скольких инструментах он играет… Нет, не в том дело, что мне не хватило бы места, а в том, что я бы погрешил против того, о чем хотел с ним поговорить. Мой интерес лежал совершенно в иной плоскости: выяснить, какие взаимоотношения, внутренние связи, иерархические цепочки и тропы пролегали между культовыми именами начала, середины и конца восьмидесятых. Егор Летов, Янка, Виктор Цой, Сергей Летов, Сергей Курехин, — что между ними общего, в какой точке все они сходятся? Признаться, я в растерянности, потому как со слов участника тех «событий и времен», который любезно согласился ответить мне на неинтересные ему вопросы (за это отдельное спасибо) — общего было очень мало, а может, и вообще не было. Не знаю, может, читатель, вникнув в суть ответов маэстро поймет их как-то по-иному? Не все мои вопросы касаются перечисленного выше, но большая их часть.

 — Сергей, вы — известный импровизатор. А часто ли вам приходится играть «с листа» и любите ли вы это?

 — Да, очень часто. Дело в том, что я занимаюсь на инструментах, играя с листа музыку барокко: партии для блок-флейт, флейт, скрипок, гобоев. Оркестр Московских Композиторов, в котором я принимаю участие с 90-х годов, собирается нечасто, а репетирует еще реже, так что именно в нем приходится играть на сцене партии, которые увидел совсем недавно. Ну и в «КУРЁХИН: NEXT» — проекте Алексея Айги, основанном на аранжировках музыки Сергея Курехина для симфонического оркестра, я играю партии тенор-саксофона, которые мне Алексей выдает перед выступлением. В них есть места и для импровизаций. В последние годы такой «нотной» работы становится все больше и больше. Вот, в январе пришла мне в голову идея сопроводить литературный вечер в музее Ар Деко музыкой Эрика Сати… Но конечно, я не «нотник», главное мое призвание — импровизация.

— В этой связи спрошу о системе музыкального образования в СССР и России. Известно, что вы не большой поклонник того, как у нас обучали музыкантов — выстраивали процесс на китах заучивания, зазубривания. В последнее время в этом отношении что-либо изменилось? Есть подвижки к прививанию самостоятельного, импровизационного мышления?

 — Я не очень хорошо ориентируюсь в предмете, так как не сталкиваюсь с процессом обучения молодых музыкантов. Сам я инструмент не преподаю и не работаю в школе. Не знаю, как проходит процесс обучения музыке сейчас. Несколько лет назад я сталкивался с группой импровизации новосибирского пианиста и композитора Романа Столяра, мы проводили совместный мастер-класс своего рода — по приглашению молодых сибирских композиторов (МОЛОТ). Вопрос лучше задать ему.

— А что вы думаете о таком интересном объединении, как Guitar Сraft, созданном Робертом Фриппом еще в середине восьмидесятых? Организация на стыке секты, тайного ордена и специфической музыкальной школы… Что, по-вашему, такое сообщество может дать каждому своему члену? Подобный подход можно считать альтернативой академическому образованию?

 — Ничего не думаю. Не слушал никогда Роберта Фриппа специально. Скажем так: мне рок вообще не так, чтобы очень в жизни интересен. Да, я играю с рокерами, но не потому, что рок люблю или считаю достойным внимания и уважения, а потому, что рок-музыканты без меня обойтись не могут — приглашают играть вместе. Бывает, что музыканты сотрудничают с другими, чуждыми музыкальными жанрами по концептуальным соображениям, помещая свою музыку в какой-то чужой контекст — так впервые начали делать фри-джазмен Лол Коксхилл, а у нас — Сергей Курехин. В начале 90-х у меня была надежда как-то организовать музыкантов-импровизаторов в России, в какой-то союз… Утопическая идея. Уровень сознания очень низкий, а степень разобщенности была запредельная.

 — Уточнение: вы не следите за тем, что происходит с музыкальным стилем «арт-рок» (или «прогрессив-рок»)? Считаете ли, что и он пришел в упадок? Вам нравится то, что сейчас в нем происходит?

 — Не слежу. Не думаю, что он пришел в упадок. Проблема прог-рока в том, что он — химера, попытка примирить академическое музыкальное образование, академические музыкальные вкусы и молодежную субкультуру («да, мы тоже были молоды, но почему надо ограничиваться всего тремя аккордами?!»). Прог-рок адресуется довольно малочисленной аудитории и требует при этом весьма большой работы по подготовке и/или записи материала. Мне приходилось играть и записываться с очень интересной отечественной группой «Кафтан Смеха». Жаль, что она прекратила свое существование…

 — В целом, много ли музыки вы слушаете? Или все, что нужно было — уже послушали?

 — Слушаю преступно мало. Много приходится играть, заниматься, осваивать новые музыкальные технологии — я увлекся электронными духовыми инструментами. Почти каждый день нужно готовиться к концерту, спектаклю, даже репетиции. Очень много совершенно разных проектов с разным инструментарием. Бывает нужно и отдыхать после этого. В последние годы стал что-то уставать, особенно от длительных туров по России…

Слушаю музыку крайне нерегулярно. Много академической музыки слушал в юности. Позднее — джаз. Рок и вообще поп-музыку не слушал никогда, ну разве по необходимости — нужно послушать песню, в которой предстоит записать соло или сыграть на концерте без репетиции.

Лидер группы "Гражданская оборона" Егор Летов (Фото: Serge Fedoseev / Russian Look / Global Look Press)

 — Сергей, вопрос о вашем брате Егоре Летове. Можете вспомнить, когда вы впервые поняли, что он наделен совершенно особым талантом? Не просто музыкальным даром, а даром провозвестника идей, почти проповедника? Я прекрасно помню беспрецедентное воздействие его музыки на нашу с друзьями психику и сознание. Уверен, что такое не может быть объяснено просто «маркетингом», как вы однажды сказали…

 — Я считаю брата прежде всего выдающимся поэтом. Русская культура логоцентрична — в ней СЛОВО доминирует. Это пропетое слово для большинства и есть «музыка». Некоторые люди и не подозревают, что помимо песенок еще какая-то другая музыка существует, а если и существует, то зачем она? Вот в позапрошлом году я пришел на радио с недавно вышедшими на CD записями Сергея Курехина. Ведущий, не очень подготовившийся к передаче, угостил меня шоколадными батончиками с собственной фабрики и поинтересовался во время первого трека в эфире: «А скоро ли вокал-то будет?» Я возмущенно ответил, что Сергей Курехин на клавишах играл и на этом диске вот конкретно не пел. На что ведущий, сам в прошлом известный рок-музыкант, невозмутимо ответил: «А зачем мы тогда это в эфир поставили?» Про «дар провозвестника идей» у Игоря мне ничего неизвестно…

У меня другое представление о музыке, и песнями я совсем не интересуюсь. Для меня музыка — эстетически автономна, это универсальное искусство, а не вспомогательное средство, призванное донести до слушателя какие-то внемузыкальные образы. Музыка — это чувственно воспринимаемое Число. Она ни в чем не нуждается. Игорь пел песни, которые нравились и нравятся широким массам. Это замечательная способность и умение — делать то, что нужно народу, людям своей страны. Может быть, это важное качество для артиста. Когда в начале 80-х Игорь приехал в Москву и поступил в строительное ПТУ, я познакомил его с современными художниками, с концептуалистами, с Софьей Губайдуллиной, творчеством Кейджа и минималистов, пытался заинтересовать его импровизационной музыкой, но он предпочел вернуться в Чкаловский поселок, находящийся на окраине Омска, в город, где он ни разу не выступил на сцене. К простым людям, мало знакомым с современным искусством и о свободно импровизационной музыке слыхом не слыхавшим. И вот прошли годы, и я стал подумывать: а может быть, он был прав? Прав глобально, стратегически, и надо ориентироваться не на то, что считается престижным и модным в креативных кругах Москвы и Ленинграда (эти круги себя достаточно дискредитировали в моих глазах), а на жителей хрущевок на окраинах родного города?

 — Ваш ответ исчерпывающий… Были ли вы знакомы с Янкой Дягилевой? Что можете вспомнить о ней? Считаете ли ее гением, как все чаще о ней говорят?

 — Вообще, нелегко отвечать на восторженные вопросы фаната человеку, этого фанатизма ну ни в малейшей степени не разделяющему (это и к предыдущему вопросу).

 — Понимаю… Но вопросы именно таковы. И фанатизм тут не при чем, просто я пытаюсь понять все эти «внутренние связи восьмидесятых».

 — С Янкой я был знаком, но очень поверхностно. Игорь заезжал ко мне, и они спали у меня на кухне на матрасе… Про то, что она пела песни, я узнал уже после ее смерти. Может быть, я даже мастерил какие-то компакт-диски для «ХОР Рекордз» в 90-х… Мне она показалась очень некрасивой, толстой и неопрятной девушкой, такие встречаются среди хиппи, которым брат симпатизировал в то время. Но была естественной, доброй. Больше ничего сказать не могу. Ее отец как-то пришел на мой концерт в Новосибирске, и спросил с нажимом: «Скажите, это у них серьезно?!» — про Игоря и Янку. У Игоря был крестрообразный шрам на руке — это он сам себя порезал ножом, и очень глубоко, когда услышал, что ее нет в живых…

 — Сергей, вполне понимаю, сколько уже вопросов вам было задано о Сергее Курехине, да и в этом интервью уже много о нем сказано, но у меня есть несколько вопросов, очень для меня важных. Первый из них таков. Когда Виктор Цой стал суперзвездой, не стало ли это для Курехина неожиданностью? Из всего, что я о Курехине читал и смотрел, сам собой напрашивается вывод, что он относился к большинству тогдашних музыкантов-рокеров всех калибров и разной степени дарования, как к объектам приложения собственных творческих поисков, как к материалу, пластилину в своих руках. И вдруг эти ребята, взявшие за основу new wave и прочий западный «мрачняк» так выстреливают, и выстрел этот никак не связан с ним, с Капитаном? Как он к этому отнесся, что об этом думал? Как реагировал, когда Цой, уже вплетенный в паутину шоу-бизнеса, стал «прогуливать» концерты «Поп-механики», а потом и вовсе ее покинул?

 — Проблема ответов на задаваемые вами вопросы состоит в том, что я не разделяю ваших мировоззренческих установок. Нельзя анализировать такие явления, как Курехин, оставаясь всецело в рамках поп-культуры. Успех у широких масс — это не критерий для художника во времена Курехина. Это сейчас деятель «актуального искусства» ориентирован на успех любой ценой. А в 80-е были другие ценностные ориентиры и другая мотивация. В этом году будет 40 лет отмечать группа художников-концептуалистов «Коллективные Действия», которая осуществляла свои акции далеко за городом. Приглашались на них избранные люди, крайне немногочисленная публика — ну человек до 25 максимум. Долгие годы вся документация сохранялась в одном экземпляре. Такое, по сути дела, эзотерическое искусство.

Концерт группы "Поп-Механика". Сергей Курехин на фото справа, 1986 год (Фото: Valentin Baranovsky / Russian Look / Global Look Press)

Тем не менее, я полагаю, что московский концептуализм — это главный вклад России в мировую художественную культуру в XX веке после Русского Авангарда. Для Курехина «монстры рок-н-ролла» ленинградского рок-клуба, организованного ленинградским КГБ, закосившие от армии кочегары и дворники, не знакомые с музыкальной грамотой, представляли собой своего рода паноптикум — человеческий материал. И он выводил их на сцену — 5 гитаристов и, скажем, 6 бас-гитаристов, играющих в унисон, — вместе с курами, козлами и ослами из ленинградского зоопарка, беременными укротительницами удавов и облаченными в тесный для их телес купальник укротительницами маленьких обезьянок на велосипедиках, духовым оркестром сверхсрочников, кришнаитами, балалаечниками, матросами, балеринами и пионерами-горнистами. Эти рокеры были так же смешны со своей глубоко вторичной музыкой, вторичными текстами, «остро-модными» прикидами из питерских секонд-хэндов и прическами, скопированными с иллюстраций из выпрошенных у интуристов западных глянцевых журналов…

Сначала ритм-секцией оркестра Курехина был «Аквариум» (1980−1983), потом его главный конкурент — «Странные игры» (1984−1986), а с 1987 по 1991 — «Кино». У музыкантов последней группы были проблемы с трудоустройством (в СССР нужно было где-то официально числиться на работе, иначе можно было получить срок и поехать «на химию»). Благодаря Курехину они получили «корочки» — удостоверения «Ленконцерта», в качестве артистов «Поп-механики», единственного прибыльного коллектива «Ленконцерта» помимо суперпопулярной тогда группы «Август», о которой сейчас помнят уже немногие. Вместе с ними мы в 1988 выехали впервые за границу — в Финляндию, на фестиваль «Советского авангардного искусства», в составе «Малой Поп-механики». Могу вспомнить, как однажды «Малая Поп-механика», то есть Курехин, Африка и группа «Кино» в полном составе, должна была выступить в Доме Композиторов в Ленинграде. Собрали композиторов, помню, что среди них была Софья Губайдуллина. А вот Цой, Каспарян, Густав сразу же бросились в буфет Дома Композиторов, где дефицитные спиртные напитки привели их в восторг. Курехин звал-звал их на репетицию, а потом махнул рукой и на сцену выпускать отказался. В итоге мы сыграли втроем новую программу «Новые сексуальные игры с водой», в которой он использовал таз, вантуз, и которая завершилась запланированным падением Курехина из-за рояля и имитацией сердечного приступа для публики (композиторов).

 — Вот это я и пытаюсь понять: наши «культовые рокеры», каковыми их считали массы, для Курехина особой ценности не представляли? В том числе и легендарный ныне Виктор Цой? И еще: был ли Цой «выгнан» из «Поп-механики» или ушел сам?

 — Роль Цоя в «Поп-механике» была не больше, чем любого другого гитариста (из полудюжины или дюжины присутствовавших на сцене). В принципе, он мог электрогитару и не подключать. Мог бы просто стоять и улыбаться, как Густав. Про «выгнан» вопрос смысла не имеет, потому как никакого постоянного состава не существовало: это не рок-группа, которая репетирует на базе. Сегодня позвали, завтра не позвали. Или, там, халтура подвернулась, и не пошел. Участвовало иногда до 500 человек, и роль Цоя не была как-то отмечена среди этих 500, в отличие от инструменталистов: Юры Каспаряна, или Ляпина, или Титова, или Кондрашкина. Но в Доме Композиторов оказалось, что иногда можно и без гитаристов и вообще ритм-секции обойтись, и ничего непоправимого не случится.

Концерт группы "Поп-Механика". Основатель музыкального движения Сергей Курехин на фото слева, 1986 год (Фото: Valentin Baranovsky / Russian Look / Global Look Press)

 — Сегодня можно услышать, что Курехин, с большой долей вероятности, принял бы, будь он жив, почвенническую, консервативную политическую ориентацию. Иначе говоря, стал бы «ватником». Вы человек, который очень хорошо знали Сергея… Мог он вообще принять что-то, относящееся к сфере политического, всецело, без оттенков, без импровизации, без смехотворчества?

 — Я могу сказать, что Курехин был одним из основателей Национал-большевистской партии*. Мне кажется, это само по себе довольно много значит. Правда партия эта была очень эстетически интересной, яркой, раз у истоков ее стояли Егор Летов, Эдуард Лимонов, Наталья Медведева, поэты, музыканты, художники… В последние три года жизни Сергея мы общались не так чтобы часто. Но я могу совершенно отчетливо подтвердить, что он крайне негативно относился к переименованию Ленинграда в Петербург, к тем людям, что пришли к власти после 1991 года.

 — Сергей, как вы относитесь, если кто-то просит вас оценить творчество или даже как-то помочь? Принимаете диски, музыку в электронном виде?

 — Негативно отношусь. Честно говоря, я почти не слушаю то, что мне присылают. Слушаю, как правило первые несколько секунд — если это песни под гитару, то как правило и не отвечаю вовсе. У меня в социальных сетях в профиле указано, что не надо ничего присылать, иначе бан! Но шлют и шлют… Инструментальную музыку из присылаемой иногда слушаю. Но редко до конца. В качестве исключения — несколько лет назад мне присылали свои треки музыканты с Украины, и в результате мы стали даже вместе выступать. Потому что понравилось. Диски дарят в огромном количестве. Как правило, я начинаю слушать во время простановки зачета студентам (я преподаю историю современной музыки в институте журналистики и литературного творчества). И сам слушаю, и студентов, будущих музыкальных журналистов, эпатирую…


* Деятельность межрегиональной общественной организации «Национал-большевистская партия» запрещена (решение Московского городского суда от 19.04.2007).

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитата дня
Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня