Культура / Кино и театр

«Троцкий»: Клюква в гламуре

О псевдоисторическом сериале на Первом канале, который представил страну в Каннах

  
9084
На мировой премьере сериала "Троцкий" совместного производства Первого канала и кинокомпании "Среда"
На мировой премьере сериала «Троцкий» совместного производства Первого канала и кинокомпании «Среда» (Фото: Доминик Бутен/ТАСС)

«Я не знаю, зачем и кому это нужно», — сказал (пропел) в своё время один современник событий, изображенных в этом фильме, конечно, по другому, более трагическому поводу… Но зачем-то и кому-то это, видимо, нужно…

«Кровь, секс, рок-н-ролл, наша версия», — не без гордости заявил перед показом один из создателей фильма А.Цекало, в прошлом известный эстрадный музыкант и шоумен, ныне взявшийся продюсировать фильмы о российской истории. Или, точнее было бы сказать, вроде бы о российской истории…

Я, правда, не мог понять, где и в чём «рок-н-ролл» при обилии секса и крови. Но потом, кажется, понял, скажу об этом ниже.

Уже по первым кадрам зритель догадывается, что никакого кино о трагической русской истории 20-го века не будет. А будет «кровь, секс и рок-н-ролл». Продюсер не обманул, это действительно их версия.

1918 год, поезд Троцкого. По дорогам Гражданской войны он едет с Ларисой Рейснер. Уже из того, как изображаются отношения этих людей, понятно, что для создателей фильма история — лишь материал для создания лубочно-гламурной киноподелки. Она — не поэтесса и героиня революции, прототип Комиссара из «Оптимистической трагедии» Вс. Вишневского, а скорее «этуаль» из полусветского салона, если не что-то похуже. Он не герой и революционер, а какой-то провинциальный аморалист-ницшеанец, начитавшийся Арцыбашева

Стало понятно, что дальше можно не смотреть, будет повторяться то же самое. Но чтобы написать этот текст, пришлось досмотреть до конца.

Сексуальная судорога обнаженного женского тела и кровь — на снегу, на лицах, на одежде, на русской земле… Знаменитые децимации Троцкого — казнь каждого десятого перед строем за трусость, восстановление древнеримской языческой практики… Крестоповал на дрова для паровозной топки, а затем избиение русских крестьян, кинувшихся защищать могилы своих предков… Бронепоезд товарища Троцкого должен безостановочно мчаться вперёд навстречу мировой революции.

И снова сладкие судороги… в салоне бронепоезда, в воспоминаниях Троцкого, с Рейснер, с Седовой, с Фридой Кало, в общем — везде и всегда…

Революция как оргазм Троцкого — сильно, конечно, и неожиданно. Но причём русская история?

И при этом почти весь исторический киноряд фильма остаётся под сенью развесистой клюквы. Троцкий с Лениным по-пацански бодаются на крыше парижского дома, выясняя, кто из них круче. Корнилов подводит Керенского к окну (Зимнего дворца?) и показывает, как его солдаты расстреливают агитатора. Матрос Маркин, друг Троцкого и его семьи, в одиночку, молодецкими усилиями добивается у Керенского его освобождения. Оказывается, что творец, лидер и гений Октября не Ленин, а Троцкий. Но он после победы великодушно уступает лидерство Ленину.

Совершенно лживая история о бедности Троцкого, вынужденного после возвращения в 1917 году в Россию нести кольцо в заклад… Троцкий был прекрасно финансово обеспечен своими западными кураторами, всё это уже давно и хорошо известно.

Даже на убийстве Троцкого авторы решили пофантазировать. Троцкий, оказывается, провоцирует Джексона-Меркадера на убийство. Он принял решение уйти, пусть это сделает за него сталинский агент, а не он сам.

Троцкий везде и во всём, и авторы неизбежно подводят к главной фразе, к итогу фильма: «Революция — это я!». А вот Блок сравнивал русскую революцию с океаном, а Есенин с ураганом. А Бунин с моровым поветрием, с холерой или чумой. Можно спорить, кто из них прав, но, во всяком случае, революция это не частное дело частных людей, даже если они называются Ленин или Троцкий.

Наконец, обещанный «рок-ролл». Это обыгрывание антисемитской темы. Оно добавляется, как пряность в это псевдоголливудское киноварево. Троцкому постоянно напоминают, что он еврей. А еврей не может быть лидером русской революции… Вот почему после Октября Троцкий добровольно уступает заслуженное лидерство Ленину, хотя настоящий герой Октября не Ленин, а он.

Клюква и клубничка укладываются рядышком на глянцевом листе псевдоисторического журнала. На Западе это называется фэнтези или кинофэнтези. Но дело не в словах. История русской революции слишком серьезная вещь, чтобы удовлетвориться таким её кинопрочтением.

А ведь этот фильм повезли в Канны, чтобы представлять не только наше кино, но и нашу историю…

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Дмитрий Журавлев

Генеральный директор Института региональных проблем

Семен Багдасаров

Политический деятель

Сергей Марков

Политолог

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня