Культура

Замки всея Руси

Исторический музей: слесарное дело как высокое искусство

  
3849
Замки всея Руси

«Свободная пресса» продолжает серию публикаций, посвященных павловскому замку — забытой странице культурной истории нашей страны. Висячие замки, производимые в Павлово-на-Оке, были таким же брендом дореволюционной России, как гжельская керамика, костромские ювелирные украшения, каслинское литье или кузнецовский фарфор.

Мы уже рассказали об истории павловских замков, и про единственный в нашей стране частный музей старинных замков и ключей в Тарусе. Сегодня речь пойдет о крупнейшей в России коллекции ключей и замков Государственного исторического музея (ГИМа).

Целиком ГИМовскую коллекцию ключей и замков видели немногие специалисты. Корреспонденту «Свободной прессы» предоставили возможность посетить фондовые хранилища музея, где хранятся уникальные, редчайшие образцы замочного искусства. Фотографии этих коллекций — вы можете посмотреть их в фотогалерее — никогда прежде не публиковались.

Наш собеседник — заведующая отделом металла Исторического музея, лауреат Государственной премии РФ Людмила Дементьева.

— Отдел металла Исторического музея — не самый большой фондовый отдел, — говорит Дементьева. По числу предметов — 56 тысяч — он, по меркам ГИМа, считается средним. Музей-то колоссальный: четыре миллиона предметов, пять миллионов листов архивных дел. ГИМ — один из крупнейших музеев мира. По характеру коллекций он может быть сопоставлен, разве что, с музеем Виктории и Альберта в Лондоне (Victoria and Albert Museum). Кстати, в 2015 году мы планируем большую совместную выставку «Тульская художественная сталь», посвященную этому яркому явлению декоративно-прикладного искусства — не только российского, но и европейского.

Сталь — материал, который близок к замкам и ключам. В XVIII веке возникло новое отношение к этому материалу, с которым связывали технический прогресс. А прогресс в XVIII веке развивался, на мой взгляд, еще более бурно, чем в наше время.

О свойствах стали, конечно, знали намного раньше, но расцвет этого сплава происходит именно в XVIII столетии. Сталь начинают использовать не только как материал для изготовления оружия, замков и ключей, но и как предмет изумительного художественного творчества. И это происходит во всех крупных металлообрабатывающих центрах России и Европы. В нашем музее, в музеях Петербурга, петербургских пригородах — дивные коллекции тульской стали. Кроме того, редкие образцы тульской стали хранятся в музее Виктории и Альберта.

«СП»: — Как хранятся коллекции в Историческом музее?

— Все предметы в фондовых отделах Исторического музея хранятся по материалу. Есть отдел металла, но точно так же есть отдел ткани, керамики; специальный отдел оружия; отделы археологии, картографии; колоссальный отдел нумизматики — более миллиона предметов, пожалуй, самое большое собрание монет в мире. Есть отдел изобразительных материалов — по числу предметов он больше Третьяковской галереи.

Все коллекции Исторического музея очень разнообразны. Вот мы — отдел металла — храним изделия из цветных и черных металлов. Есть еще специальный отдел в ГИМе -драгоценных металлов, — где хранятся драгоценности. Но это не значит, что в других отделах нет предметов из драгоценных металлов: в отделе металла они тоже представлены, и хранятся в специальных сейфах.

Черные металлы — это сталь, железо, чугун. Цветные — сплавы на основе меди. И хранилище делится по принадлежности к специальным коллекциям. Мы стараемся не мешать вместе железо и медь, или белый металл и чугун. Металлы «спорят» между собой, им может быть некомфортно. Поэтому мы их делим — размещаем в разных помещениях, на разных уровнях.

Здесь уместно рассказать об истории отдела металла. Сначала коллекции находились в здании музея на Красной площади, но поскольку площадей не хватало, в 1986 году в филиал музея, который размещался на Крутицком подворье (станция метро «Пролетарская»), было выведено два отдела — металла и тканей. В 2010 комплекс Крутицкого подворья передали Патриархии РПЦ, и мы вернулись на Красную площадь, но на этот раз — в здание бывшей Городской думы, в новое хранилище. Мы этим хранилищем очень гордимся. Оно сделано по последнему слову техники: системы охраны, кондиционирования, обеспыливания.

«СП»: — Что представляет собой коллекция замков и ключей?

— Основу коллекции составляет собрание Петра Ивановича Щукина. Лучшие образцы замков и ключей — из его собрания. Специально в ГИМе сбором замков и ключей никто не занимался. Что-то покупалось на торгах, но, в основном, предметы поступали с большими коллекциями. Очень значительное поступление — результат работы историко-бытовых экспедиций на русском Севере, которые проходили начиная с 1920-х годов.

В ГИМе есть специальная коллекция замков и ключей — в целом, она относится у нас к фонду железа. Но некоторые из них — например, силуэтные замочки, — хранятся в фонде меди, поскольку они выполнены из этого материала. В случае силуэтных замков мы можем говорить не столько о технических усовершенствованиях, сколько о высоком мастерстве. В состав коллекции входят также камергерские ключи — придворные знаки конца XVIII-XIX вв. — они хранятся в фонде бронзы.

«СП»: — Ключи и замки часто выставляются на экспозициях?

— Предметы этой коллекции очень востребованы. Мало какая выставка у нас обходится без замков и ключей. Они хорошо представлены, например, в разделе экспозиции «История России XVI-XVII веков» — там великолепные образцы секирных замков.

Но вот из специальных выставок я могу вспомнить только историко-промышленную выставку «Защита и охрана». Мы делали серию таких выставок в ГУМе, когда Исторический музей был закрыт на реконструкцию. Идея заключалась в том, чтобы рассказать о каком-то явлении в прошлом, которое имеет продолжение в настоящем. Была, например, выставка, посвященная табакерке — по-настоящему классная, поскольку у нас имеются дивные образцы курительных трубок. Из бумаги была сделана сцена: Сталин, Черчилль и Рузвельт — великие курильщики — сидят на скамье в ходе Ялтинской конференции 1945 года. И рядом лежали подлинные трубки всех троих — Сталина, Черчилля и Рузвельта.

Как раз на выставке «Защита и охрана» блистательно были представлены наши замки и ключи. Других самостоятельных выставок этих предметов не было давно.

У нас, кроме того, много мемориальных ключей. Это ключи от городов, которые освобождались русскими войсками в разные периоды времени, прежде всего, ключи, связанные с освободительными походами русской армии 1813 года. Все они изначально хранились в Казанском соборе Петербурга, но в итоге «переехали» в Исторический музей.

Кроме того, это ключи, связанные с русско-турецкими войнами — как 1830-х годов, так и более позднего времени. Эти ключи постоянно экспонируются на выставках, посвященных военным событиям.

«СП»: — А были мемориальные ключи от Москвы? Те самые, которых ждал Наполеон, и которые ему так и не вынесли?

— Ключи — это символ. Ключом от города мог быть ключ от любых крепостных ворот. Если я передаю его неприятелю — я символически открываю перед ним город. Москва своих ключей не отдала.

«СП»: — В чем уникальность вашей коллекции замков?

— Замки уникальны по своим техническим особенностям, или каким-то надписям на них, или клеймами редких мастеров. Но, в принципе, замки — относительно тиражное производство. Ценность нашей коллекции замков и ключей — в разнообразии. Она содержит образцы разного времени, начиная с самых ранних замков XIII века, которые хранятся в отделе археологии. У нас, в отделе металла, находятся предметы, изготовленные начиная с XVI века.

«СП»: — Много ли в мире коллекций ключей и замков?

— Замки и ключи за рубежом очень любят собирать. Можно сказать, это предмет горячей любви коллекционеров, у них имеется свое международное сообщество. Эти коллекционеры собираются на ежегодные конференции, которые проходят в разных музеях мира.

Секрет в том, что в этих предметах есть притягательная сила. Что, казалось бы, интересного в замке? Техническое устройство, красота отделки и формы? Мне все-таки кажется, что притягательность объясняется тем, что предмет проходил через человеческие руки, и накопил особую энергетику.

С замком и ключом очень многое связано. Мы с вами пользуемся ключами ежедневно: запираем, открываем, теряем, находим. Это очень личный предмет, и потому он интересен. Старые замки, кроме того, индивидуальны, они несут рукодельную, ремесленную основу, через них виден характер. Когда смотришь на тот или иной замок, поневоле представляешь себе его владельца. Словом, в замке всегда присутствует человеческая история, и в этом заключается его обаяние.

«СП»: — В России мало частных коллекций замков и ключей. Крупный частный музей, посвященный этим предметам, — по типу австрийского музея Ганса Шелла (Hanns Schell collection), — имел бы право на существование?

— Вне всякого сомнения. Музей замков и ключей — изумительно интересная штука. Надо сказать, в мире многие частные коллекционеры стремятся открыть свои музеи. А если нет такой возможности — показывать свои коллекции в музеях государственных.

У нас в Историческом музее постоянно проходят выставки частных коллекций. В августе, например, закрылась выставка японской бронзы — это была частная коллекция. Прошла и превосходная выставка художественного чугунного литья из коллекции Татьяны Удрас — у нас нет таких вещей, какие имеются в ее собрании. Моя мечта — провести выставку замков и ключей из крупнейшей в мире коллекции Ганса Шелла, которую он экспонирует в своем музее в Граце.

Напомню, что и в основе Исторического музея лежит тоже частная коллекция — собрание Петра Ивановича Щукина. Семья Щукиных владела громадными текстильными предприятиями, и образцово налаженное производство давало очень хороший доход. Этими деньгами можно было распорядиться по-разному. Но Петр Иванович, как и его брат, Сергей Иванович, были страстными коллекционерами.

Петр Щукин построил специальное здание для своего музея в русском стиле — дом-терем на Большой Грузинской улице — в настоящее время там располагается государственный Биологический музей им. Тимирязева. В 1905 Щукин передал Российскому Историческому музею и свою коллекцию, и здание на Большой Грузинской.

Все предметы в Историческом музее имеют два номера. Первый — по главной инвентарной книге. Старые, самые первые инвентарные книги ГИМа невероятной красоты — в кожаных переплетах, с золотом, неподъемные. Их никому не выдают, они сами по себе представляют огромную ценность. Когда предмет приходит к нам в музей, он получает первый — инвентарный — номер. А потом, когда попадает в фондовый отдел, ему присваивается еще один номер с индексом коллекции, куда предмет поступил.

Так вот, возле каждого инвентарного номера предмета из коллекции Щукина стоит буква «Щ» — «щука», как мы ласково называем эти предметы. Сегодня эти вещи — часть национального достояния. Так что частное коллекционирование, в том числе ключей и замков, — очень позитивное дело…

Лариса Петрова, хранитель коллекции силуэтных замков:

— Есть разные версии по поводу происхождения силуэтного замочка. В коллекции ГИМа имеются образцы замков, которые уходят корнями в Волжскую Булгарию — это ранние образцы XIII века, которые делались из двух половинок, Такие замки находят в ходе археологических раскопок. Есть и другие, похожие на них, но более поздние, — их делали в селе Павлово — в них уже появляется объем.

Силуэтные замки, которые делались по заказу графа Шереметева, настолько совершенны в художественном плане, что я не исключаю участия в их создании академических художников.

В целом, поздние — XVIII века — силуэтные замки существовали недолго, пока сохранялась мода на них. Их расцвет связан, прежде всего, с уральскими заводами династии Демидовых — это исток истоков медной отечественной промышленности. На Урале делали изумительную медную посуду, и в чертах силуэтных замочков заметны налаженные связи с Уралом.

В то время просвещение развивало, толкало интерес заводчиков. Известно, что у того же Демидова была кунсткамера, и в ней имелось очень много интересных вещей. В том числе — кусочки магнита, добываемые на Урале, обрамленные в художественно оформленные медные оправы. Такие магниты, как и многие явления в XVIII веке, существовали очень недолго.

В силуэтных замках видны и связи с локальными центами обработки металла, например, с Тулой — напомню, что основатель династии Демидовых, Никита, был родом из Тулы. Кстати, оружейная традиция в силуэтных замочках тоже очень хорошо чувствуется: на нее указывают медные и латунные накладки с гравировкой и графическим декором.

Появление силуэтных замочков связано с «золотым веком» Екатерины II — об этом говорят отдельные датированные образцы. 1760-е годы — еще и расцвет уральской художественной меди, и здесь видна прямая взаимосвязь.

Ольга Мельникова, хранитель отдела металла ГИМа:

— Коллекция замков и ключей ГИМа замечательна тем, что такого разнообразия нет ни в одном другом собрании. В ней представлены замки, начиная от XVI-XVII веков — как русские, так и западноевропейские.

Русские мастера еще в XIII веке знали более восьми конструктивных вариантов навесных замков, но дошедшие до нас ранние замки отечественного производства относятся преимущественно к XVII веку. Среди различных образцов кузнечно­го и слесарного дела XVII—XIX веков дверных, сундучных, шкатулочных, навесных, врезных, коробчатых, цилиндрических, комбинационных и других замков большинство — «павловские» (так среди специалистов и коллекционеров называются замки, изготовленные в селе Павлове Нижего­родской губернии Горбатовского уезда). Кроме Павлова — крупного центра замочного дела — замки изготавливались в других районах Нижнего Новгорода, а также таких роcсийских городах, как Устюжна-Железнопольская, Тихвин, Москва, Каргополь, в районах Каширы, Тулы, Уральского края, в частности, в Пермской губернии, где были сосре­доточены все виды промыслов по обработке металлов. В Холмогорах, к примеру, делали только нутряные замки — «гляздуны», то есть внутренние сундучные замки.

Наиболее ранние замки российского производства — так называемые «сничные» навесные и «секирные» врезные замки XVII века, выполненные в технике ковки. Эти подчеркнуто художественные изделия представляют особую ценность

«Секирные» замки получили свое название от слова «секира». Щиток такого замка, соединенный с механизмом клепкой, по форме напоминает секиру — старинное оружие в виде топора, только без длинной рукояти. Подобными замками закрывались двери церквей, городские ворота, дома богатых купцов. Они отличались особенной художественной орнаментацией в виде гравированных кружочков, зигзагов по периметру и просечных узоров по центру, под которые часто подкладывалась тонированная слюда оранжевого и светло-зеленого цвета. Секирные замки отделывали также железными накладными бляхами — «репьями» и прорезными накладками — «плащами». Иногда весь замок красили в оранжевый или зеленый цвета.

В XVI веке появляются небольшие висячие замки в виде шара, конуса, призмы с откидывающейся полукруглой дужкой. Не исключено, что эти формы были переняты v изделий западноевропейского производства, продававшихся в торговых рядах Китай-города в Москве, в Новгороде, Твери и других городах. Замки привозили из Германии, Австрии, Англии, Италии и Голландии. Известно, что запирающие устройства московских приказов были немецкого производства.

В числе западноевропейских замков, представленных в коллекции ГИМа, имеются и ранние, готические замки XIV-XV веков, которые были изготовлены в единичных экземплярах. Можно сказать, это образцовые замки, демонстрирующие умение мастера и его художественное чутье предмета. Есть и замки типовые, которые изготовлялись небольшими партиями в XVIII-XIX веках.

В целом, коллекция замков и ключей насчитывает более тысячи предметов — одна из крупнейших среди музеев России.

Фото в открытие статьи: ИТАР-ТАСС/ Александра Мудрац.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Максим Шевченко

Журналист, член Совета "Левого фронта"

Вадим Кумин

Политический деятель, кандидат экономических наук

Михаил Делягин

Директор Института проблем глобализации, экономист

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Выборы мэра Москвы
Выборы мэра Москвы
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня