Открытая студия

Андрей Манойло: «Российские либералы? Да какие они либералы!»

Профессор кафедры российской политики факультета политологии МГУ о «зонтичных» революциях, технологии информационных войн и о том, кому нужны майданы

  
6424

(продолжение см. ниже.)

Ярослав Белоусов: — Гость «Открытой студии» — профессор кафедры российской политики факультета политологии МГУ, доктор политических наук Андрей Викторович Манойло. Беседовать с ним буду я, Ярослав Белоусов. .

Андрей Викторович, недавно несколько европейских лидеров заявили, что они не приедут на празднование Дня победы в Москву на 9 мая. Среди них оказались болгарский, польский, словацкий президенты. Очевидно, что ещё некоторые руководители государств откажутся ехать в Москву. А несёт ли для них это определённые этические, имиджевые проблемы?.

Андрей Манойло: — Я полагаю, что для них, конечно, это и этические, и имиджевые проблемы. Но, скорее всего, все президенты, которых вы перечислили, за исключением, может быть, польского, вынуждены так поступать, потому что на них оказывают колоссальное давление Соединённые Штаты. Именно Штаты настаивают на том, чтобы европейские лидеры не приезжали в Москву на празднование 70 — летия Дня победы. Потому что, американская трактовка той роли, которую сыграли Соединённые Штаты, европейские страны гитлеровской коалиции, Советский Союз в Великой Отечественной войне, существенно расходится с реальным положением дел, с тем, что мы знаем по истории, по реальным фактам. И то, что многие европейские лидеры отказались приезжать, это, скорее всего, не их личная воля. Это результат давления, результат стремления Соединённых Штатов окружить Россию со всех сторон, окружить её политической изоляцией.

Я.Б.: — Они и сейчас пытаются изолировать Россию, потому что недавно европейцы продлили санкции. Россия может какие-то ответные шаги предпринять для противодействия?

А.М.: — Я полагаю, что здесь, если рассматривать возможные ответы и меры России, то эти меры должны быть направлены не против европейских стран, которые продлили эти санкции. Потому что европейские страны, их лидеры не являются самостоятельными игроками в этом процессе. Европа сегодня обслуживает интересы Соединённых Штатов Америки. Практически все европейские лидеры, по сути дела, выполняют роль статистов в том спектакле, который Соединённые Штаты разыгрывают в отношении России. И санкции, которые они продлили, являются одним из актов этого спектакля. Соединённые Штаты будут настаивать на продлении санкций, Европейский союз, который сегодня переживает острейший кризис лидерства, в Европе нет сильных лидеров, которые могли бы отстаивать собственные европейские интересы и интересы собственных государств и возражать Соединённым Штатам. Европейский Союз не в состоянии руководить собственной политикой. Он эти санкции вынужден продлевать, поэтому, до тех пор, пока из Вашингтона не придёт в Брюссель сигнал о том, что санкции можно ослаблять, либо снимать в отношении России, европейские страны будут продолжать эти санкции наращивать, продлевать, вводить новые. Этот процесс, он, по всей видимости, именно в таком ключе протекать и будет. Поэтому, если предпринимать какие-то ответные меры, то не против статистов и исполнителей воли Вашингтона, а против источника этих санкций, источника враждебной политики по отношению России.

Я.Б.: — А как можно противодействовать политике Вашингтона? Ведь европейцы, я с вами согласен, идут в фарваторе внешней политики Соединённых Штатов, ну разве можно эффективно противодействовать заокеанскому противнику?

А.М.: — Можно. Соединённые Штаты, конечно, сегодня являются единственным бесспорным мировым лидером, и именно Соединённые Штаты, как страна, которая имеет собственные жизненно важные интересы во всех регионах Земного шара, диктуют значительному количеству стран, что им делать, как поступать. В этом отношении Соединённые Штаты Европейский Союз рассматривают, как некий расходный материал, отводя ему ту же роль, которую в своё время Наполеон, организовывая континентальную блокаду против Англии, отводил Рейнскому союзу, протектором которого он был. Но дело в том, что Штаты, на мой взгляд, взяли на себя непомерную нагрузку, потому что они проводят сегодня активную политику по сдерживанию России, и точно такую же политику по сдерживанию они проводят в отношении Китая. А сдерживать одновременно 2 крупнейшие державы, думаю, что даже Соединённым Штатам довольно обременительно и проблематично. Полагаю, если они будут продолжать действовать одновременно на двух фронтах, то с ними случится то же самое, что и случилось с Германией во Второй Мировой войне, когда она не выдержала войны на 2 фронта. Они «перегреются» и начнут допускать ошибки, которые приведут к краху их политики, к потере авторитета в глазах своих союзников и сателлитов, и мы будем свидетелям того, как американоцентричный мир, который они сейчас пытаются всячески сохронить, начнёт распадаться и превратится в руины, на обломках которого уже появится новая мировая система, которая вполне возможно после крымского прецедента, будет носить название Крымской мировой системы. Американцам можно противодействовать, какими бы мощными они ни были, какими бы ресурсами они ни обладали, потому что всё-таки, американцы в политике — это такие взрослые дети. Соединённые Штаты существуют всего-то навсего 300 лет. Американцы, когда они начинают что-либо вытворять в различных частях мира, ведут себя как расшалившиеся подростки. А как воспитывать подростков, как на них воздействовать, все мы знаем из основ педагогики и психологии.

Я.Б.: — Какими могут быть такие инструменты воздействия на руководство Соединённых Штатов? Может быть, это мягкая сила или всё-таки какие-то более жесткие действия в виде санкций, допустим…

А.М.: — Никогда, ни по отношению ни к одной стране мира, санкции не позволяли добиваться значимого эффекта. Конечно, они приводили к определённым затруднениям, определённым проблемам, но все эти проблемы всегда носили временный характер. Обратите внимание на Кубу, которая живёт уже много десятилетий в условиях жесточайшей блокады. И это не привело к падению режима Фиделя Кастры. Не привело, в первую очередь, потому, что этот режим с самого начала был приведён к власти народом кубинским, потому что он отстаивал национальные интересы, а не интересы крупного капитала и заокеанских хозяев этого крупного капитала. До сих пор он держится, потому что — подлинно народный, пользуется поддержкой народа. Что касается Соединённых Штатов и того, каким образом им противодействовать, то здесь, конечно, даже политика Российской Федерации демонстрирует эффективные возможности, механизмы этого противодействия. Здесь хорошо действует асимметричный ответ. Потому что отвечать американцам лоб в лоб, точно так же, теми же инструментами, которые они принимают по отношению к России и другим странам мира, это — бесперспективно. Ну и чтобы вести такого рода диалог, необходимо обладать совокупной мощью не меньшей, которой обладают сегодня Соединённые Штаты. А вот пользоваться всячески их просчётами, пользоваться тем, что американцы, намечая свои операции, разрабатывая планы по глобальному переформатированию мира, как правило, не задумываются о дальней перспективе, что будет с этим миром, с регионом, куда они пришли для того, чтобы поменять там режимы с помощью технологий цветных революций, что будет с регионом лет через 5, через 10. Горизонт планирования у них сравнительно небольшой. В этом отношении они считают, что только то имеет значение, что позволит им добиться конкретных результатов здесь и сейчас. У них прагматичный подход. Очень многие побочные факторы, которые считают несущественными, отбрасывают. В число этих побочных факторов входит и менталитет народа, в котором они, как правило, не разбираются. И эти, казалось бы, мелкие их ошибки накапливаются, они никуда не исчезают. Рано или поздно произойдёт кумулятивный эффект, наложение их друг на друга. Вот этими просчётами можно и нужно пользоваться.

Я.Б.: — А вот очень интересный вопрос нам задаёт зритель, Серж-49. «Когда Россия решит разрушить НАТО, ей стоит просто позвонить европейским марионеткам — Меркель, Олланду, Кемерону и сказать: «Вам ребята так славно живётся в НАТО, а мы тут, знаете ли решили энергоресурсы членам НАТО больше не продавать. Это конец НАТО и американского могущества». Вот как бы вы могли это прокомментировать?

А.М.: -Я бы не стал так оптимистично говорить о конце американского могущества и о финале НАТО. Это всё-таки, конечно, структура, которая хотя переживает сегодня кризис, но — она мощная, устойчивая. Европа чрезвычайно заинтересована в НАТО. Нельзя говорить о том, что европейцев тяготит бремя Североатлантического альянса, они заинтересованы, привыкли жить под его зонтиком. Они настолько с ним свыклись, что не отчисляют те самые свои 2% из своего бюджета, очень многие страны не платят НАТО за участие в НАТО. Они научились экономить на этих расходах, потому что все издержки всё равно покрывает бюджет Соединённых Штатов Америки. И говорить о том, что НАТО удастся каким-то образом упразднить, то ли благодаря инициативе внутри Европейского союза, то ли благодаря каким-то действиям со стороны России, это конечно, преждевременно в современных условиях. Тем более, что НАТО, натовские стратеги в связи с кризисом на Украине очень сильно приободрились и преисполнились оптимизмом, потому что НАТО наконец получило того самого врага внешнего, ради противодействия которому оно и создавалось во времена холодной войны. Потому что вся идеология Североатлантического альянса изначально была основана на глобальном противостоянии на наличие врага. Как только, в результате распада Советского Союза, враг исчез, в НАТО начался системный кризис. Боевые подразделения и расход на вооружение НАТО стали сокращаться активно, и американцы провели колоссальную работу по переориентации НАТО на решение миротворческих задач. Была разработана целая концепция проведения миротворческих операций для того, чтобы НАТО вновь получило какую-то работу в современном мире и сохранилось как военно-политический блок. Но как миротворцы, натовские вояки, конечно, оказались не очень. И если бы эта ситуация продолжалась ещё лет 10, то НАТО, возможно, и начало бы разваливаться из-за того, что оно не в состоянии встроиться в современную архитектуру и картину мира. Но тут произошёл украинский кризис, отношение Запада к России поменялось, американцы возродили штампы времён холодной войны о том, что российское руководство стремится возродить империю, создать новый Советский Союз, и та идеология, которая была давно уже пересыпана нафталином и, казалось бы, отправлена на вечное хранение, неожиданно возродилась, реинкарнировалась, причём, в тех же формулировках, в которых она была актуальна во время холодной войны. НАТО очень рассчитывает независимо от того, как будет развиваться кризис в Украине, именно это противостояние даст новый импульс для возрождения НАТО, для новых оснований на вооружение, для расширения её влияния. Невозможно НАТО расшатать, не поставляя европейским странам энергоносители.

Я.Б.: — Но ведь у европейских членов НАТО есть и другие проблемы. Допустим, на прошлой неделе, канцлер Германии Ангела Меркель сказала грекам, что они не получат никакого кредита до тех пор, пока в стране не будут проведены коренные реформы, то есть, реформы в мониторийском ключе. А в то время в Греции у власти находится леворадикальная коалиция «СИРИЗ», которая стремится противодействовать диктату Европейского союза. Насколько велик шанс выхода Греции из Еврозоны?

А.М.: — Не велик. По-моему мнению, Греция ни при каких условиях не выйдет из Еврозоны. Чтобы её сейчас провести, коалиция по этому поводу не заявляла, потому что Европейский Союз — это такая своеобразная лотерея стоимостью выхода на порядки выше стоимости входа. Войти туда можно за доллар, а чтобы выйти, нужно заплатить миллионы долларов. Греция прекрасно это понимает. Значит, и вся политика греческого руководства, она как раз и сводится к тому, чтобы неким таким мягким способом шантажировать руководство Евросоюза возможностью своего выхода из Европейского союза, чтобы руководство Евросоюза смягчало те требования, которые оно предъявляет по отношению к реструктуризации долга Греции, по отношению к тем реформам, которые они должны проводить в отношении своей экономики, по отношению к расходной части бюджета. Но надо всё-таки понимать, что тот кризис, который сегодня охватил Грецию, во многом причиной этого кризиса является как раз членство Греции в Евросоюзе. Потому что их соглашение о внутренней конкуренции и внутренней торговле, которое даёт огромные преференции странам основателям Евросоюза. Той же Германии, которая может торговать на территории Евросоюза всем, чем угодно практически. А Греция не имеет права поставлять в другие страны Евросоюза практически весь спектр сельскохозяйственной продукции за исключением оливок, некоторых разновидностей вин и чего-то там ещё. Это привело к тому, что Греция начала нести огромные убытки. Причина этого кризиса не в том, что греки плохо работают или ленятся, а а в том, что Германия, которая является автором архитектуры нынешнего Европейского союза, выстроила управление новыми территориями и старыми территориями Евросоюза таким образом, чтобы во главе этого были интересы в первую очередь Германии, территории эти интересы бы обслуживали. В этом отношении даже в Польше, у меня был разговор с одной из влиятельных политических деятелей, кстати говоря, бывшей активистской «Солидарности», то есть, этого человека нельзя упрекнуть в любви к России. Она сказала, что создав Евросоюз, немцы по сути добились тех целей, которых не смогли добиться во время Второй мировой войны, они полностью приватизировали и скупили польскую промышленность, и теперь она работает на них. У Польши промышленности не осталось. И после того, как экономика немцами была полностью приватизирована, они начали полностью вертеть политической элитой, а у элиты не оказалось ресурсов для того, чтобы опираясь на них, проводить собственную политику. И в этом отношении, когда стал вопрос о вхождении Крыма в Российскую Федерацию, бывшая активистка «Солидарности» сказала: «И правильно. Я поддерживаю, что Крым вошёл в состав Российской Федерации, потому что Россия слишком большая страна, чтобы Запад мог вертеть этой страной, как ему вздумается. А Польшей вертят, не спрашивая разрешение ни у польской элиты, ни у польского народа. Вертят, как хотят.»

Я.Б.: — Недовольство европейской экономической политикой имеется и в самой Германии, которая выступает локомотивом Европейского Союза. На прошлой неделе во Франкфурте произошли массовые беспорядки, в ходе которых левые радикалы громили здания, поджигали машины. И реакция властей Евросоюза была на это событие совершенно иной, в отличие от реакций на события на Майдане. Почему так?

А.М.: — Дело в том, что это уже не первые подобные события, массовые выступления в Германии, которые закончилось, погромами, беспорядками. Для этого есть определённые, конечно, причины. Причины, в первую очередь, лежат даже не в экономической политике, которую проводит германское руководство, и не в тех проблемах, которые испытывает сегодня Европейский Союз, а причина заключается в том, что заигравшись в мультикультурализм, Германия сама для себя вырастила огромную проблему, связанную с мигрантами, которая на сегодня не является проблемой только Германии. Такие же проблемы есть во Франции, Италии, Великобритании. И проблемы связаны с тем, что огромный процент населения той же Германии, значительный, по крайней мере, процент, это люди, которые не разделяют ценности европейской и немецкой культуры.

Это мигранты, которые живут и работают в Германии и пользуются всеми благами, которые дает демократическая форма правления, но при этом не ассимилируются. Они не перенимают ценности и обычаи того народа, который является коренным на этой территории. Когда их становится много, они организовывают анклавы, устраивают внутри этих анклавов систему местного самоуправления по тем шаблонам, которые приняты в тех странах, откуда они прибыли и эти анклавы становятся изолированными от влияния германского общества и, по сути дела, не находятся под их контролем. И таких анклавов становится все больше и на территории Германии и на территории Франции. По поводу Франции — это особо актуально, потому что из 50 млн. населения Франции мигрантов из стран, из бывших колоний в Африке французских, насчитывается порядка 9 млн — это очень много.

Я.Б.: — В Германии основной мигрантской общиной являются турки, а сама Турция в последнее время позиционируется как один из друзей и союзников России. Недавно было принято соглашение о строительстве газопровода «Турецкий поток». Турецкий премьер Реджеп Эрдоган, приехав в Киев, заявил, что он никогда не примет аннексию Крыма Россией и очень беспокоится насчет положения крымских татар в Крыму, которые испытывают давление со стороны Российской Федерации. Что это такое? Как можно назвать подобное поведение нашего турецкого союзника?

А.М.: — Это поведение прагматичное, потому что Турция не является союзником Российской Федерации. Те соглашения, которые были заключены, соглашения, безусловно имеющие стратегическое значение, были заключены между партнерами благодаря тому, что у этих партнеров возникли совпадающие интересы, но совпадение этих интересов касается именно тех позиций, которые и были отражены в этих соглашениях по поводу прокладки газопровода, ну и прочих вещей. Потому что турецкое руководство — оно прагматичное, прекрасно понимает, что в современных условиях, когда Европа, в которую, кстати говоря, Турция очень хочет войти, хочет стать членом Евросоюза, но европейские страны не пускают Турцию туда, говорят, что никогда Турция не войдет в состав Евросоюза. Когда Европа, поддавшись давлению со стороны Соединенных Штатов, ввела санкции против России, она фактически ушла с российских рынков. Раньше Турции было гораздо сложнее войти на тот или иной рынок российский, потому что там были европейские компании, помимо американских, китайских и других. Огромный был уровень конкуренции. Сегодня ситуация неожиданно изменилась в конкурентном плане, Европейские компании с российских рынков ушли, оборот торговой между Европой и Российской Федерацией упал, появились незанятые ниши. Турция пытается в этих условиях, конечно, получить максимальную выгоду для себя, потому что она прекрасно понимает, что если кто-то с рынка ушел, этот вакуум довольно быстро будет заполнен кем-то еще. Вот она и стремится, активизируя связи с Россией, занять новые позиции, войти на рынки, закрепиться там и после этого ее довольно будет сложно, даже если все санкции будут сняты и Европа снова обратится лицом к России, будет заинтересована в развитии сотрудничества, вот с тех позиций, с которых Турция сейчас заняла и будет занимать в ближайшее время, Турцию уже сложно будет потеснить. А поэтому мотивы Эрдогана и турецкого руководства вполне понятны. Что касается всего остального, то Турция преследует в данной политической обстановке, ситуации и в данной сложившейся политической конъюнктуре, в первую очередь, свои собственные национальные цели и интересы. И она работает на себя, она не работает на своего союзника в лице России, тем более, что у нас это не союзнические отношения. Позиция Эрдогана по поводу Крыма тоже понятна, потому что и у Турции есть определенные территориальные проблемы…

Я.Б.: То есть у них есть свой Крым какой-то, да?

А.М.: У них есть Турецкий Курдистан, где идет, то в открытой, то в вялотекущей фазе, вооруженный конфликт. Этот конфликт активно разжигают Соединенные Штаты, которые поставляют в Турецкий Курдистан оружие и боевиков, и турки, когда начинается очередная амнистия, когда в Курдистане боевики начинают сдаваться, выясняют, что это курды не турецкие, а иракские, в первую очередь, и перебросили их по каналам западных спецслужб и вооружены они европейским оружием, в основном бельгийского производства.

Часть 2

Я.Б.: — Как раз о роли США. На прошлой неделе лидер, победившей коалиции в Израиле, заявил, что американцы спонсировали левоцентристскую оппозицию и уже некоторые эксперты заявили о возможности цветной революции в Израиле. А мы привыкли к тому, что цветные революции планируются, в основном, в странах, которые геополитически противостоят США, а Израиль — союзник США. Как такое возможно?

А.М.: — Это довольно интересный факт. То, что американцы спонсируют и финансируют оппозиционные силы в самых различных странах мира, в том числе и в тех государствах, которые являются их основными союзниками по их же заверению, это установленный факт, потому что для американцев подлинно союзнических отношений нет вообще в принципе. Для них есть, в их понимании, союзник — это временные попутчики, которые готовы работать на интересы Соединенных Штатов и если Штатам в данном контексте это выгодно, то они становятся основными союзниками. Израиль вот как раз такой основной союзник вне блока НАТО на Ближнем Востоке, в первую очередь, но союзник, конечно, особый, потому что мощнейшее израильское лобби находится в Вашингтоне и крупные израильские политические деятели предпочитают делать политику в Вашингтоне, а не на территории государства Израиль. Но, что касается технологии цветных революций, то долгое время считалось, что эти технологии являются инструментами организации государственных переворотов и демонтажа политических режимов в тех странах, которые так или иначе противостоят Соединенным Штатам. То есть это были инструменты реализации внешней политики Соединенных Штатов и применялись они только по отношению к внешним государствам. Однако, события в Фергюсоне, Сент-Луисе показали, что технологии цветных революций могут быть применены и по отношению к собственному народу или его части. То есть в своей эволюции технология цветных революций достигли того пункта, того момента, когда появились их модификации для внутреннего потребления, то есть для воздействия на собственный народ. И это довольно интересный момент, который говорит о том, что сегодня, конечно, нет уже жестких рамок, которые определяют жанр этой деятельности и технология цветных революций становится универсальной. То, что американцы применяли технологию цветных революций по отношению к своим союзникам — это было и раньше. Давайте вспомним Мубарака, президента Египта, который был смещен со своего поста в результате «финиковой» революции в Египте, цветной по своей сути. Так вот, Мубарак до последнего момента надеялся, что придут Соединенные Штаты, его спасут от бунтующего населения, которое сами же Штаты подняли на борьбу с ним. Более верного союзника Соединенных Штатов представить было невозможно. Тем не менее Штаты решили, что пришла пора заменить Мубарака марионеткой, которая будет более послушной и менее самостоятельной. И — это реализовали. Поэтому щепетильности у Штатов особых нет, и те заявления, которые сегодня появляются по поводу возможного применения технологии цветных революций в Израиле, они, вполне возможно, имеют под собой реальные основания.

Я.Б.: — Составной частью любой цветной революции является информационная война. Что такое информационные войны и каковы их основные методы?

А.М.: — Информационные войны — это, в первую очередь, политический конфликт, в котором основными методами воздействия управления массовым сознанием и массовым поведением граждан выступают технологии психологического информационного манипулирования. То есть, когда основным инструментом и основным оружием противостояния борьбы сторон становится оружие информационное, тогда можно говорить, что конфликт приобретает характер информационной войны. Сегодня информационные войны, если речь идет о классической информационной войне, то ее цель, конечно же, совпадает с войной традиционной, то есть это поражение и уничтожение противника средствами, методами информационного воздействия. Если в результате информационного воздействия страна погружается в хаос и там начинается гражданская война или война всех против всех, когда бывший противник начинает уничтожать сам себя — это тоже может быть результатом информационной войны. Что касается технологии информационных войн, то в современных цветных революциях эти технологии применяются для манипулирования и управления массовым сознанием и массовым политическим поведением. Типичной такой технологией является технология информационной блокады и конструирование искусственной реальности, когда все мы удивляемся, почему народ Украины, который видит преступление правящего режима и видит, что происходит на юго-востоке Украины, там ведется гражданская война, почему он до сих пор не взбунтовался и не сверг хунту, которая толкает и народ Украины и само украинское государство к гибели и распаду. Происходит это потому, что те специалисты по информационным войнам, которые прибыли в Украину незадолго перед переворотом государственным, который там произошел на Майдане, они основательно промыли народу мозги. А промывание в этом отношении сводится не просто к контролю основных средств массовой информации и подготовке того информационного материала, который способен черное представить белым, а, во-первых, к информационной изоляции, когда отсекается от информационного поля, которым привыкло пользоваться население, любые альтернативные каналы, российские, не российские, которые могут донести альтернативную позицию, и остается только несколько каналов, контролируемых специалистами по информационным войнам, которые изо дня в день доносят одну и ту же точку зрения на любые события, которые происходят. Создается информационная изоляция, которая отсекает возможность реферирования, обращения к другим информационным источникам, а затем начинается постепенный перевод сознания населения в так называемое измененное состояние с помощью тех материалов, которые всегда любые события, которые происходят в стране и вокруг нее, преподают в определенном ключе. И народ, не имея возможности почерпнуть другие точки, иную информацию о событиях, начинает верить тому, что он ежедневно слышит с экранов телевизора, по радио. Постепенно именно это становится настоящей подлинной реальностью, в которой он и живет.

Я.Б.: — Получается, манипуляции во время информационных войн являются одним из основных методов. Нам известно, что когда из поля зрения средств массовой информации исчез наш президент, то как раз с украинских информационных сайтов, агентств пошла новость о том, что около Кремля находятся бронетехника и солдаты. А при каких условиях эта вся манипуляция становится неудачной? То есть, как можно противостоять этой технологии?

А.М.: — Разрушением информационной блокады. Потому что, если у населения нет возможности получать альтернативную информацию из других источников, которые освещают те события, которые происходят в другом ракурсе, в другом ключе, если нет возможности выбирать между различными источниками, различными оценками, то с сознанием народа происходит то, что мы наблюдаем в Украине. Пробивать информационную блокаду, обеспечивать возможность донесения альтернативной информации, но, в первую очередь, информации объективной, потому что лучше всего любые мифы информационных войн разрушают факты, обычная трансляция фактов с мест событий. В частности, например, достаточно показать европейским парламентариям, что происходит в Донбассе и у них происходит реальный такой сдвиг сознания. Ломка стереотипов и разрыв программы, на которые они настроились, в которой они давно уже работают и которая для них стала комфортной.

Я.Б.: — Об угрозе цветной революции в России говорят уже несколько лет. По этому поводу задает вопрос Вячеслав. «Кому и для чего было нужно проведение Антимайдана? Почему у проводивших его господ появились права угрожать оппозиции и вообще несогласным?» Получается, что для некоторых Антимайдан выступает дискредитирующим фактором. То есть выходят люди, которые как раз актуализируют проблему цветной революции в России. Они повышают к ней градус внимания. Как вы, согласны с этим мнением?

А.М.: — У Антимайдана, конечно, есть свои плюсы и минусы. Дело в том, что сама по себе идея — она правильная, потому что с цветными революциями только ресурсами одной власти не справится. Самым лучшим препятствием для распространения идеологии цветных революций является именно гражданское общество, т. е., если народ будет сам сопротивляться любым попыткам использовать его в качестве расходного материала для достижения целей тех политиков, которые заинтересованы в цветных революциях, то у цветной революции не будет ни шанса на победу. Что касается власти, то власть обладает, конечно, значительным арсеналом инструментов для того, чтобы бороться с цветными революциями. Но важно понимать, что власть и общество — это все-таки разномасштабные понятия. Власть — это всего-навсего политическая надстройка над обществом и какими бы ресурсами власть ни обладала, какой бы мощной и сильной она ни была, в одиночку, без поддержки общества власть с цветными революциями не справится. Именно гражданское общество должно сказать «нет» технологиям цветных революций и отстоять свою свободу. А власть должна возглавить и организовать эту деятельность. Поэтому Антимайдан, в основе его все-таки гражданская инициатива, когда снизу, когда несколько общественных объединений, совершенно разных, кстати говоря, некоторые из них даже не очень любят друг друга, поскольку стоят на разных позициях, имеющие совершенно разные интересы, предпочтения, объединились ради того, чтобы заявить о своей консолидированной гражданской позиции. О том, что России киевский Майдан не нужен. У России есть собственный путь и этот путь выбирают сами граждане России, не под давлением Соединенных Штатов. И указка со стороны Соединенных Штатов по поводу того, каким должен быть сценарий развития России, не пройдет в России. В этом большой плюс Антимайдана. Есть определенные, конечно, и моменты, скажем, связанные с такой организационно-технической реализацией этого дела, потому что давайте поговорим о самом названии «Антимайдан». «Анти» — значит, нет Майдану.

Я.Б.: — Не понятно, за что «за»…

А.М.: — Не понятно за что «за». Это во-первых. Во-вторых, дело в том, что технологии цветных революций воздействуют не на сознание, а на подсознание людей. А сознание они, наоборот, отключают, потому что если человек является свободной личностью и он сознательно выбирает свой путь, он никогда не позволит собой пользоваться как инструментов, независимо от того, какие у него политические убеждения есть: поддерживающие власть, не поддерживающие власть. И в этом отношении для того, чтобы организовать беспорядки в стране и попытаться организовать государственный переворот, внешним политтехнологам придется договариваться с каждым человеком. Это сложно. Технологии цветных революций, они действуют гораздо проще. Они лишают людей свободы выбора, формируют из них толпу. А у толпы есть известные особенности психологии, там сознание отключается. Человек полностью сливается с толпой и его действиями руководит не сознание, он теряет способность критически осмысливать, воспринимать реальность и принимать самостоятельные решения. Его действиями руководят настроения, которые распространяются в толпе волнами с помощью механизмов заражения, инстинкты, рефлексы. Толпа, которая затем идет на штурм правительственных зданий, формируется на Майдане с помощью технологий, которые, кстати говоря, не являются уникальными для цветных революций, эти технологии широко применялись и применяются в американских тоталитарных протестантских сектах для подготовки адептов. Вот толпа, которая идет на штурм здания, она не рассуждает. Ей указали врага и, повинуясь общему настроению, она движется на этого врага. Поэтому, что касается самого названия «Антимайдана», тк вот, в подсознании, есть известная такая психологическая особенность, в подсознании нет оператора «не». Если ребенку маленькому, который идет по бордюру, вы говорите «не упади», когда эта информация достигает его подсознания, оператор «не» исчезает и оно воспринимается на уровне подсознания как приказ «упади» и вероятность того, что он упадет, резко повышается. То же самое и с Антимайданом. Когда это название доходит до подсознания, приставка «анти» теряется. Подсознание не знает, что такое оператор отрицания, и происходит постоянная актуализация темы Майдана.

Я.Б.: — А насколько последний киевский Майдан является цветной революцией? Ведь мы знаем, что в конце 80-х, начале 90-х были бархатные революции, в начале 2000-х — цветные революции, которые отличались своим карнавальным видом, мирным характером, а на киевском Майдане жгли покрышки, бросали «коктейли Молотова». Может это генерация какого-то нового вида революции?

А.М.: — Давайте вспомним, как проходила бархатная революция в Румынии, например. И чем она закончилась, да?

Я.Б.: — Ну там, наверное, не совсем бархатная была.

А.М.: — Там была типичная цветная революция. Дело в том, что цветные революции — это технологии организации государственных переворотов в условиях искусственно созданной политической нестабильности, в которых давление на власть осуществляется в форме политического шантажа, а инструментом оказания давления на власть выступают протестные движения, как правило, молодежные сформированные по специальной сетевой схеме. Любая цветная революция — это технология, причем технология, предполагающая четкое следование одной единственной технологической цепочке. Поэтому все цветные революции похожи друг на друга, потому что в базе, в основе цветной революции лежит один и тот же сценарий, один и тот же шаблон. Да, он может несколько модифицироваться в том случае, если технология цветных революций применяется по отношению к обществам, например, восточного традиционного типа. Эти модификации мы видели в «арабской весне», в попытке «зеленой революции» в Иране. Но эти модификации носят характер неких гаджетов, которые так же, как сегодня к мобильным телефонам добавляются некие инструменты, то же самое эти гаджеты добавляются к единому базовому шаблону, который остается неизменным на протяжении многих-многих десятилетий. В этом отношении у любой цветной революции являются свои признаки. Любая цветная революция имеет свои признаки. «Евромайдан» в Украине полностью попадает под эти признаки. Да, там произошел государственный переворот, в результате того, что там было создано протестное движение, которое на Майдане превратилось в политическую толпу, а толпа, в принципе, не может вести диалог с властью, она может только давить на власть в форме политического шантажа. И когда пришло время, когда произошел инцидент, когда пролилась первая кровь, у толпы появился противник, ей указали врага, на которого она и двинулась. В результате этого натиска украинская власть не выдержала. Но все технологические требования и все технологические особенности реализации этой технологии в украинском кризисе 2013−2014 года были полностью соблюдены. Совпадения там детальные. Более того, украинский «Евромайдан» интересен тем, что в отличие от той же «арабской весны», где американцы в принципе отказались от разработки революционной идеологии, то есть там были революции без революционной идеологии. В Украине они попытались некую идеологическую основу под это подвести. Этой идеологической основой стала защита права народа на европейский выбор, на единство с Европой. Когда этот шаблон в Украине сработал полностью, а цветная революция там закончилась в тот момент, когда Янукович и его правительство бежали из Киева и когда к власти пришла хунта, все, тогда государственный переворот там произошел. Спустя 9 месяцев без изменений с характерными киевскими элементами был повторен к Гонконге во

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Смотрите ещё
Последние новости
Цитаты
Вадим Трухачёв

Политолог

Сергей Удальцов

Российский политический деятель

Комментарии
Новости партнеров