18+
суббота, 19 августа

Непредсказуемый Туран

Почему Анкара и Баку не будут следовать в фарватере Вашингтона или Москвы

  
5925
Непредсказуемый Туран
Фото: AP/TASS

Почему Турция стала «головной болью НАТО» и куда потратит Иран «размороженный» Западом триллион долларов — в интервью для «Свободной Прессы» эксперта по новейшей истории Закавказья, политолога Олега Кузнецова.

«СП»: — Олег Юрьевич, пока Российская Федерация «на дальних подступах борется с мировым терроризмом», у многих заинтересованных наблюдателей складывается впечатление, что нашу страну по периметру обложили тлеющими «кострами» конфликтов. Ваш прогноз на будущее Карабахского конфликта в свете новых телодвижений в ПАСЕ и обострившихся отношений с Турцией?

— Сегодня в международном сообществе никто, кроме Азербайджана, не заинтересован в разрешении нагорно-карабахского конфликта. Существующий статус-кво устраивает всех, в первую очередь — Армению и Минскую группу ОБСЕ, уполномоченную осуществлять мирное его урегулирование. Политическую элиту Армении такое положение дел устраивает потому, что она полностью состоит из ветеранов Карабахской войны 1988−1994 гг., большая часть из которых — отнюдь не ереванские, а карабахские армяне, и их власть в стране прекратится, как только территории Нагорного Карабаха, оккупированные Арменией, вернутся под юрисдикцию Азербайджана.

Для Минской группы ОБСЕ разрешение конфликта также станет фиаско, поскольку автоматически будет потерян источник личного материального благополучия ее членов, зарплаты которых сегодня достигают в зависимости от должности 50 тыс. долларов в месяц.

Россия в отношении этого конфликта занимает троцкистскую позицию «ни войны, ни мира», тем самым играя на стороне официального Еревана и Минской группы ОБСЕ, одновременно превратив Армению в страну, находящуюся под внешним управлением. В доказательство этого тезиса достаточно сказать, что армяно-турецкую границу сегодня охраняют российские пограничники, а иных границ в этой стране не существует — грузино-армянская граница до сих пор не определена на местности, а на азербайджанском направлении — сплошная линия фронта. Внутренняя и внешняя политика Армении сегодня является ареной активного противостояния России и Запада, но на этом игровом поле пальма первенства, без всяких сомнений, принадлежит России.

Основная масса экспертов, не только российских, но и иностранных, абсолютно убеждена в невозможности мирного преодоления последствий нагорно-карабахского конфликта, в этом же убеждена и радикально настроенная часть азербайджанского общества. В связи с чем хочу сделать очень важную, на мой взгляд, оговорку: в Азербайджане начался процесс естественной смены поколений политических элит, который завершится уже довольно-таки скоро — в течение двух-трех ближайших лет. На уровне законодательной и исполнительной власти это пока не очень-то заметно, но в структуре президентской администрации изменения такого плана происходят очень динамично, затем они перекинутся и на другие органы власти.

Сейчас Азербайджан внутренне не готов к войне, поскольку в результате победы в ней нынешним политическим элитам придется делиться долей власти и частью контроля над природными ресурсами страны с поколением «военных героев», а они этого никак не желают. Смена поколений во властных эшелонах объективно потребует появления новых героев из числа нынешних майоров и полковников, для которых война станет карьерным шагом в большую политику. Как только произойдет ротация политических тяжеловесов, а она не за горами, официальный Баку переживет консолидацию политических сил, после чего вопрос войны и мира в Нагорном Карабахе будет зависеть только от него. Но, повторюсь, это будет только через несколько лет.

«СП»: — Недавняя сессия ПАСЕ подняла вопрос о «возврате оккупированных территорий»…

— Влияние ПАСЕ или Турции на перспективы разрешения нагорно-карабахского кризиса минимально. На январской сессии 2016 года ПАСЕ предоставила официальному Баку дополнительные политические инструменты для военно-политического и юридического давления на Ереван. Азербайджан наращивает свое военное присутствие на линии разграничения огня в Нагорном Карабахе, но европарламентарии не признают это «эскалацией напряженности», а в добавок говорят об угрозе экологической катастрофы в окрестностях Сарсангского водохранилища, которые могут быть затем квалифицированы как преступления экоцида. Это дает возможность официальному Баку проявить активность в Международном уголовном суде, а не на линии фронта.

В силу уже указанных выше причин официальному Баку до завершения процесса модернизации элит объективно выгоднее набирать для себя политические очки на дипломатическом поле, чем на поле битвы, а пока это так, с его стороны первую скрипку пока будут играть дипломаты, а не военные. Азербайджан объективно выигрывает и даже выиграл «холодную войну» на дипломатическом и информационно-пропагандистском поле, все более представляя Армению в глазах международного сообщества в качестве государства-агрессора или страны-оккупанта, а все это льет воду на мельницу перерастания конфликта в «горячую» фазу, но война начнется внезапно и только тогда, когда это будет выгодно официальному Баку.

Что касается Турции, то уже сегодня она оказывает огромное военно-техническое содействие вооруженным силам Азербайджана своими инструкторами и предоставлением возможности будущим офицерам получать образование в ее военно-учебных заведениях, а также в лагерях подготовке спецназа на территории Турецкой республики Северного Кипра. Этого военным Азербайджана сегодня вполне достаточно для совершенствования собственной боеспособности, поэтому об открытой вооруженной поддержке их действий в Нагорном Карабахе со стороны их турецких коллег речи пока не идет.

Ни Турция, ни Азербайджан к такому развитию событий пока не готовы. Главная причина этого заключается в том, что турецкая армия «заточена» под стандарты НАТО, тогда как армия Азербайджана является наследницей традиций советского военного строительства. Система и принципы управления войсками в двух странах разные, поэтому речь может идти только о тактическом, а не об оперативном взаимодействии. К тому же, Азербайджан имеет на вооружении российско-советскую технику, тогда как Турция — натовскую, а обеспечить взаимодействие между ними довольно-таки сложно.

«СП»: — Вы говорите о Турции и Азербайджане как о самостоятельных игроках, но каков на самом деле их уровень их суверенитета?

— В отличие от политических элит европейских держав, истеблишмент Турции или Азербайджана в большей степени свободен от внешнего влияния. Это объясняется религиозно-идеологической спецификой этих стран. Турки и азербайджанцы гордятся своей принадлежностью к тюркам и идее «Великого Турана», и не отличаются особым религиозным фанатизмом, как это свойственно арабам. В этом смысле они более закрыты или, если хотите, удалены от европейских духовных или интеллектуальных ценностей, воспринимая их как сумму знаний, а не понуждение или руководство к действию. В этом смысле они ментально чужды Западу, поэтому в качестве идеологии сегодня избрали не либерализм, а неоосманизм.

Я ни на гран не сомневаюсь в глубокой патриотичности азербайджанцев и турок, хотя между ними объективно присутствует различие. Азербайджанцы, в отличие от турок, в большей степени народ торговый, а не воинственный, поэтому меркантильные последствия они ставят превыше статусных. Официальный Баку оттого и проводит политику неприсоединения к военно-политическим блокам или экономическим союзам, предпочитая выстраивать двусторонние, а не многосторонние отношения там, где это возможно. Стремление к соборной или христианской общности, столь свойственное европейцам, воспитанным в духе католицизма, азербайджанцам и туркам несвойственно. Жить своим умом для них — норма жизни, не всегда понятная человеку с европейским менталитетом.

Ни Анкара, ни Баку не будут следовать в фарватере Вашингтона или Москвы, и такая их непредсказуемость является головной болью для этих двух основных мировых центров силы. Ведь никто не мог предположить, что ВВС Турции решаться атаковать и сбить российский бомбардировщик СУ-24 над Сирией. Весь западный мир пришел тогда в ужас и смятение от такого поступка турецких военных. Но для ментальности турок такое действие было вполне естественным и оправданным, отчего популярность президента Реджепа Эрдогана вдруг резко возросла. Мы в России считаем, что Анкара и Баку действуют по указке из Вашингтона только потому, что они не действуют по указке из Москвы, что для обывательского взгляда на вещи вполне характерно. Но в реальности же Турция и Азербайджан — это вполне самостоятельная «третья сила», преследующая свои интересы, далекие от интересов и США, и России.

«СП»: — Что можно сказать о «четвёртой» и «пятой» силах, которые активно о себе заявляют на Большом Ближнем Востоке, и которыми сегодня активно пытаются манипулировать: Иране и курдах?

— Вот уж кем трудно манипулировать, так это Ираном. Особенно сейчас, когда мировой финансовый кризис заставил США и их союзников пойти на ответные уступки по иранской ядерной программе и в обмен на отказ Тегерана от милитаристской или военной компоненты разморозить в банках до 1 трлн. долларов, принадлежащих Исламской республике Иран. Для сегодняшнего мира это — колоссальные деньги, способные качественно изменить существующий миропорядок. Остальному миру сегодня остается только гадать и наблюдать за тем, куда эти финансовые активы будут использованы. Иран сегодня на корню способен скупить все пресловутое «Исламское государство» * и натравить его на Саудовскую Аравию, но он не делает этого, предпочитая направлять высвобожденные из-под международного ареста деньги не на исламскую революцию шиитского толка на Большом Ближнем Востоке, а на диверсификацию и модернизацию собственной экономики и развитие международных экономических связей.

Европейский бизнес сегодня стоит в очередь, а может быть — и в две очереди в приемную официального Тегерана в надежде на контракты и инвестиции, а руководство Ирана очень умело пользуется этим, внося элемент конкуренции между европейскими бизнесменами и обслуживающими их интересы национальными политиками и европарламентариями. Что бы ни позволил себе сейчас сделать Иран на Большом Ближнем Востоке, вплоть до посылки своих войск на сирийско-турецкую границу, все это ему сегодня сойдет с рук. А Европа будет смотреть на эти действия или сквозь пальцы, или даже рукоплескать, так как за счет этого прекратится снабжение международных террористов с территории Турции, а Европа наконец-то вздохнет свободно из-за прекращения притока мигрантов. Но Тегеран на это не пойдет, так как нестабильная Европа сегодня ему не менее выгодна, чем для Вашингтона или Москвы.

Что же касается курдов, то их я не могу признать в полной мере самостоятельной «пятой», как вы выразились, силой. Подконтрольные курдам территории и курдские общины не находятся еще на достаточном уровне развития для того, чтобы иметь сегодня реальную возможность обрести и реализовать собственную национальную государственность, хотя все предпосылки к этому, казалось бы, налицо. Мы можем говорить об общем курдском национальном самосознании, но говорить о политическом, экономическом или военном единстве отдельных частей этого народа пока рано. Да, на севере Ирака существует почти суверенная курдская автономия, сирийские курды также достигли значительного уровня национального самоопределения, они поднялись до уровня того, что в Турции их начинают воспринимать как угрозу территориальной целостности страны и уже называют «международными террористами». Но у курдов сейчас нет единой политической силы или центра, способного объединить сирийских, иракских, иранских, турецких, армянских и азербайджанских курдов на общую коллективную борьбу за создание собственного единого национального государства, перекраивая при этом границы шести существующих ныне стран.

В настоящее время я рассматриваю курдов как фактор status ante bellum — возвращения к предвоенному состоянию на Большом Ближнем Востоке, в обмен на что они могут получить широкую национальную административную автономию в странах своего проживания, наподобие той, которой они обладают де-факто в современном Ираке. Роль в этом деле широко известной в России Курдской рабочей партии будет минимальной, так как она является революционной партией курдского меньшинства в Турецкой республике и поэтому имеет явно выраженную «местечковость». Своя партия есть и у сирийских курдов, но и она грешит регионализмом, что и объяснимо из-за условий гражданской войны в Сирии. Одним словом, я пока не вижу общекурдского политического ядра, без наличия которого «курдский вопрос» так и останется вопросом еще неопределенно долгое время, и никакой надежды на его разрешение в ближайшей или среднесрочной перспективе я не вижу.


* «Исламское государство» (ИГИЛ) решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года было признано террористической организацией, его деятельность на территории России запрещена.


Олег Юрьевич Кузнецов — кандидат исторических наук, член редакционного совета международного журнала социально-экономических и политических исследований «Кавказ & Глобализация» («The Caucasus & Globalization») Института стратегических исследований Кавказа (Стокгольм — Баку — Тбилиси), автор более 160 научных работ и публикаций (в т.ч. 8 монографий, 3 учебных пособия для высшей школы, имеющих гриф Учебно-методического объединения по профессионально-педагогическому образованию Министерства образования и науки России, 5 научных статей в журналах Академий наук иностранных государств) по истории России, теории и методике высшего профессионального образования, конституционному и уголовному праву, гражданскому и уголовному процессу России, международному гуманитарному праву. Ряд публикаций переведен и издан на английском, немецком, французском, турецком и азербайджанском языках.

СМИ2
24СМИ
Lentainform
Последние новости
Цитата дня
Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Лентаинформ
Медиаметрикс
Рамблер/новости
НСН
Жэньминь Жибао
Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня