Путин разворачивает Россию в сторону Китая

Премьер Владимир Путин отправляется с официальным визитом в Китай для подписания меморандума о сотрудничестве двух стран в сфере модернизации. По слухам, Пекин давно предлагал Москве начать подобный проект, и теперь российская сторона решила дать положительный ответ. Москва рассчитывает, что Россия поможет Китаю развивать атомную энергетику, космос и авиастроение, а Пекин поможет Москве догнать развитые страны в развитии высокоскоростного железнодорожного транспорта, судостроении, производстве энергогенерирующего оборудования и альтернативной энергетике.

Поездка Владимира Путина — нечто большее, чем просто визит премьера. На прошлой неделе он признался, что опасается экономического лидерства Китая в мире. «Нам что теперь, держать золотовалютные резервы в юанях, а китайцы будут — в долларах. Интересная ситуация, матрешка получается. Ситуация непростая», — заметил Путин на инвестиционном форуме «Россия зовет!». Посещение Китая станет для Путина первой иностранной поездкой с момента раскрытия планов тандема по возвращению премьера в кресло президента. Задачей Путина является налаживание сотрудничества с соседом, в стремительном росте экономики которого, по мнению Reuters, таится потенциальная угроза Москве.

Вместе с Путиным в Пекин прибудут главы энергетических компаний, контролируемых государством, — Газпрома, Роснефти и алюминиевого гиганта «Русал». Запланированы встречи Путина с председателем КНР Ху Цзиньтао и премьер-министром КНР Вэнь Цзябао.

Что стоит за визитом Владимира Путина в Китай, рассуждает доктор экономических наук, замдиректора Института Дальнего Востока РАН Андрей Островский.

«СП»: — Андрей Владимирович, как сейчас выглядят наши отношения с Китаем?

— Между нашими странами подписано достаточно много документов. Однако, если говорить об уровнях развития взаимоотношений, уровень политического сотрудничества заметно опережает уровень сотрудничества торгово-экономического. В этом смысле, запланированное подписание документов в ходе визита Путина, — важный шаг в устранении этого дисбаланса. Мы будем помогать Китаю в развитии отраслей, где у нас есть преимущество (авиакосмическая отрасль, атомная энергетика), китайцы — помогать нам. Это окажет довольно серьезное влияние и на развитие российской и китайской экономик, поможет двум странам поднять темпы экономического развития.

«СП»: — Речь идет о развитии в области модернизации, которая, в теории, должна строиться на базе тяжелого машиностроения. Означает ли это, что мы возьмем у китайцев что-то из индустриальных технологий?

— Разумеется. Уже сегодня доля продукции китайского машиностроения в общем объеме внешней торговли России и Китая достаточно высока — более 25%. А вот доля российского оборудования составляет в этом объеме — всего 1,5%. В структуре же всего китайского экспорта доля продукции машиностроения и металлообработки занимает 49% объема. В России ситуация намного хуже, основная часть российского экспорта — это нефть и газ.

Но у России есть отдельные отрасли — прежде всего, авиакосмическая и атомная — в которых она достаточно конкурентоспособна на мировом рынке. Как раз в этих сферах Китай не конкурентоспособен. Взаимное дополнение экономик двух стран и позволит России решить свои проблемы, китайцам — свои.

К этому следует добавить, что у России с Китаем огромная граница — более 4000 километров — по территории Сибири и Дальнего Востока, которые отстают в развитии от европейской части РФ. Поэтому помощь Китая в развитии Дальнего Востока и Восточной Сибири будет совсем не лишней.

«СП»: — Выступление Путина на форуме «Россия зовет!» интерпретируют так: премьер высказал опасения по поводу экономического лидерства Китая в мире…

— Что значит, опасения?! Китай уже лидирует, и это надо принимать, как данность. До вступления Китая в ВТО в 2001 году эксперты говорили, что со вступлением в ВТО экономические темпы КНР сразу станут заметно ниже. Однако, произошло с точностью до наоборот. Как только Китай вступил в ВТО, оказалось, что китайские товары хорошо продаются на внешних рынках. Дошло до того, что сейчас в сенате США бурно обсуждают проблемы торговли с Китаем и пытаются принять антидемпинговое законодательство, направленное против КНР. Это говорит о том, что мир, действительно, боится Китая.

Лидерство Китая — объективная реальность. В КНР огромная масса населения, страна сейчас осуществляет экономическую реформу. Ее модель оказалась очень успешной, и среднегодовые темпы прироста ВВП в Китае за последние 10 лет составляют более 9%. По многим оценкам, Китай в период с 2016 по 2020 годы по объему ВВП может догнать США. А по некоторым оценкам, Китай уже догнал американцев, просто китайцы не стремятся это показать.

КНР позиционирует себя как развивающуюся страну: если пересчитать китайский ВВП на душу населения (по последней переписи — это 1 млрд 338 млн человек), получится, что Китай находится на уровне развивающихся стран с низким уровнем доходов. Китай не заинтересован, чтобы его считали передовым государством, и проводит эту линию уже порядка 40 лет.

«СП»: — Почему еще год назад говорили, что Китай нам не помощник?

— Это говорили люди, которые слабо знают Китай. Проблема России и подобных оценок в том, что у нас очень мало китаеведов, особенно китаеведов-экономистов. На китаеведение выделяется мало средств, а это — очень затратное мероприятие. Между тем, подготовка таких специалистов — дело государственной важности.

«СП»: — В сближении с Китаем есть опасность для России?

— Сближение России и Китая нарастает с 1990-х годов. Опасность видят, по преимуществу, люди, которые ориентированы на Запад. Если Россия будет ориентироваться на Китай, возникнут определенные осложнения с западными странами.

Но сегодня реальная ситуация выглядит так: чтобы поднять уровень социально-экономического развития восточных регионов России, нужно резко расширить объем торгово-экономического с сотрудничества с Китаем. Сейчас объем внешней торговли России с Китаем — всего 56 млрд долларов в год. У Китая аналогичный показатель с ЕС или с США — более 300 млрд долларов. Мы для КНР, по объему внешней торговли, меньше чем Сингапур и Малайзия, где-то на уровне Таиланда. Это очень плохо.

«СП»: — Высказывается предположение, что США, опасаясь растущего могущества Китая, могут способствовать возникновению вооруженных конфликтов на границах КНР, например, с Индией. Насколько это реально?

— На сегодня — малореально. Между Китаем и Индией, безусловно, есть спорные территории, и эти споры не будут решены в ближайшее время. Но пока по ним сохраняется статус-кво. Существует трехсторонний диалог Россия-Китай-Индия, диалог между странами БРИК. Это помогает сглаживать негативные моменты в индийско-китайских отношениях.

Кроме того, сегодня Индия получает от Китая в экономическом плане очень много. Она все это потеряет, если отношения обострятся, и торгово-экономическое сотрудничество упадет до уровня десятилетней давности.

«СП»: — В связи со второй волной кризиса ожидается, что будут падать рынки Европы и Америки. Они потянут за собой Китай?

— Китай не упадет. Он уже во время кризиса 2008 года переориентировался на внутренний рынок. В 15-летнем плане развития КНР, который был намечен на всекитайском съезде народных представителей в марте 2011 года, основная задача — как раз развивать внутренний рынок и повышать жизненный уровень населения. Представьте, если каждый из миллиарда китайцев купит одну пару джинсов или пару обуви — какой это гигантский рынок?!

Сейчас этот внутренний рынок активно развивается, покупательная способность населения в Китае стремительно растет. Я неоднократно выезжал в КНР в течение нынешнего года, и своими глазами видел: магазины и харчевни забиты народом. Я уже не говорю о количестве машин, которые ездят по китайском улицам — там такие же пробки, как в Москве. В КНР выпускается в год 19 млн автомобилей — это первое место в мире. Внутренний спрос вытянет китайскую экономику.

«СП»: — Военная машина Китая развивается еще быстрее, чем китайская экономика. В этом есть угроза для нас?

— Основная внешнеполитическая задача Китая на сегодня — это возврат Тайваня. В этом Китаю противостоят США. С другой стороны, мы с китайцами проводим совместные военные маневры. И Китай, и Россия являются членами Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), а Америка — не является.

«СП»: — Если говорить о российско-китайском сотрудничестве, сколько времени нужно, чтобы его результаты стали ощутимыми?

— Нужно длительное сотрудничество, долгосрочные контракты. Китай должен участвовать в крупных российских инфраструктурных проектах, так же как Россия — в китайских. В свое время, в 1950 годы, в Китае работали совместные с СССР организации — например, Совкитнефть, Совкитзолото, Совкитцветмет. Почему бы сейчас не возобновить деятельность такого типа структур? У российских нефтяников и газовиков есть интерес, например, к использованию круглогодичного порта Далянь для экспорта своей продукции в другие страны Азиатско-Тихоокеанского региона (все российские тихоокеанские порты — не круглогодичные). Вообще, есть много интересных экономических вариантов сотрудничества, но тут должен работать бизнес, а наше правительство — обеспечивать ему поддержку на государственном уровне.

«СП»: — То, что Путин направился в Китай сразу после объявления баллотироваться — это знак разворота России на Восток?

— Более того. Накануне объявления, что Путин будет баллотироваться, была опубликована его статья о Евразийском союзе. По сути, это приглашение Китая на развитие сотрудничества.