Политика

Амнистия в одни ворота

Однобокое проявление гуманности в отношении боевиков может расколоть общество

  
8958

Врио главы Дагестана Рамазан Абдулатипов поручит проработать возможность объявления амнистии для пожелавших вернуться к мирной жизни боевиков.

Это заявление прозвучало в эфире Первого канала в передаче Владимира Познера. На минувшей неделе в СМИ появилось открытое письмо от журналистки Марины Ахмедовой к главе Дагестана с просьбой объявить амнистию участникам бандподполья, пожелавшим вернуться к мирной жизни.

«Такую идею я воспринимаю. Я позвонил и сказал: „Подготовьте грамотные предложения“… Мы должны научиться прощать друг друга», — цитируют Абдулатипова РИА «Новости».

Однако эксперты высказывают противоречивые мнения о последствиях такого шага.

— Сама по себе амнистия, на мой взгляд, нужна, — считает кавказовед, руководитель аналитического бюро «Alteet Certe» Андрей Епифанцев. — Однако вопрос в том, как её проводить. Мы знаем, что в Дагестане очень много преступлений совершается из чисто криминальных побуждений участниками межклановых разборок. При этом их исполнители пытаются оправдать свои действия религиозными мотивами, придать им идеологическую окраску. И вот такие люди ни коим образом не должны попасть под амнистию. Это обыкновенные уголовники.

Кроме того, надо учесть печальные уроки амнистий, которые проводились ещё со времён царской России и по наши дни. Амнистия всегда легализует бандитов. Имело место такое явление — бандиты, узнав о грядущей амнистии, стремились повысить свой «статус». То есть, пока ты замешан в мелких преступлениях, никто с тобой цацкаться не будет. А вот если ты показал себя, как «удалой джигит», совершил значительные преступления, тебя могут и амнистировать. Подобное явление наблюдалось ещё во времена Кавказской войны.

Поэтому нынешняя амнистия в Дагестане не должна стать демонстрацией эффективности действий боевиков против российской власти.

Надо так же учесть, что прощать боевиков, не устраняя при этом тех причин, которые снова могут толкнуть их уйти в горы — бессмысленно. Государство у нас слабое, не может предложить своим гражданам привлекательной идеологии. Поэтому эту нишу и занимают проповедники радикального ислама, националистически настроенные политики и т. д. Когда человек на Кавказе подпадает под идеологическую обработку, он становится зачастую непримиримым борцом с российским государством. И одной амнистией его не переубедить. У нас есть представление, что все ваххабиты — отъявленные боевики. Но это не совсем так. Многие представители этого религиозного течения вполне мирные люди. Но вот если ваххабиту не нравится светская власть настолько, что он ради этого готов бросить всё, уйти в горы, взрывать и убивать людей, то его трудно переубедить. Необходимо в Дагестан и другие кавказские республики возвращать законность, социальное равенство, бороться с кланами. Только тогда, когда станет понятно, что в городах и аулах Кавказа нормально действуют государственные институты, только тогда у боевиков будет стимул возвращаться к мирной жизни. В противном случае они разве что воспользуются амнистией, как передышкой.

В этом смысле можно посмотреть на опыт Чечни. Рамзан Кадыров не просто боролся с боевиками. Он, пусть и крайне авторитарными методами, вернул на территорию республики государственность. Своеобразное государство получилось. Но развал, бардак, разгул бандитизма на территории Чечни прекратился. И у тех, кто сидел с автоматами в лесах, появился стимул выходить. Конечно, кого-то пришлось уничтожить, кто-то до сих пор скрывается в горах, но в массе своей боевики оружие сложили.

Но была и негативная сторона у тех 5 амнистий, что проводились в Чечне. Амнистировали там практически всех, кто этого хотел, кроме тех, кто совершил совсем уж кровавые преступления. А в результате мы пришли к ситуации, когда все те бандиты, которые стреляли в российских солдат, брали мирных людей в заложники, выгоняли не чеченцев из квартир в Грозном сейчас «чисты» перед законом. Некоторые из них даже имеют загранпаспорта, выезжают за рубеж. А российские военнослужащие, которые воевали за сохранение территориальной целостности России, может быть, при этом нарушая закон, продолжают сидеть в тюрьмах. Буданов — убит, Аракчеев — в бегах, Пульман — сидит. Такая ситуация, скажем мягко, не увеличивает любовь и дружбу между русскими и чеченцами. Это ведёт к расколу общества. И националистически настроенная русская молодёжь имеет в виду подобные факты. Это одна из причин, почему у нас в стране так непросто обстоит дело с межэтническими отношениями.

В том же Дагестане может сложится похожая ситуация. Три дня назад ОМОН штурмовал аул Гимры. Это одно из наиболее «вольнодумских» селений в республике — родина Шамиля. Его территория уже много лет де-факто контролировалась бандитскими группировками. Там последние годы складывалась одна недобрая традиция. Когда приезжал ОМОН, жители выходили на встречу, не пускали его в аул, забрасывали камнями, протыкали колёса у машин. Омоновцы не решались применять оружие, так как стрелять пришлось бы по всем, включая детей. Силовики уезжали ни с чем, и жители аула преподносили это как свою большую победу. В последний раз в Гимрах была всё-таки проведена жёсткая зачистка, многих жителей арестовали. Тут же на ОМОН было подано порядка 150 исков. Большинство из них, как я подозреваю, фиктивные. Главная цель тех, кто их подавал — попытаться привлечь к уголовной ответственности омоновцев.

Так вот если, к примеру, через пол года начнётся амнистия для боевиков, и одновременно будут судить омоновцев, ничего хорошего из этого не выйдет, даже если кто-то из полицейских и был не прав.

«СП»: — Можно ли примерно определить число тех «идейных» дагестанских боевиков, кто может попасть под амнистию?

— Таких цифр, я думаю, не существует. Вряд ли можно абсолютно точно посчитать число просто бандитов, и идейных террористов. Можно только сказать, что лишь малая часть тех терактов в Дагестане, о которых мы слышим постоянно, совершена по религиозным или идеологическим мотивам. Вспоминается ситуация с дагестанской оппозиционной газетой «Черновик». Когда два года назад был убит её главный редактор Хаджимурат Камалов, тут же в этом все увидели идеологический подтекст. Максим Шевченко и Гейдар Джемаль на похоронах Хаджимурата произносили высокие речи. А после выяснилось, что во всём были замешаны деньги. Когда кланы начинают вершить от лица государства политику в республике в своих интересах, никакой законности ждать не стоит. Кланы борются за власть под сурдинку наступления ваххабизма.

«СП»: — То есть можно сказать, что гражданской войны по религиозным мотивам в Дагестане не зреет?

— По религиозным мотивам — вряд ли. Народ не хочет гражданской войны. Дагестанцы хотят обуздания системы кланов, установления законности. Характерно, что арест мэра Махачкалы и фактически серого кардинала Дагестана Саида Амирова не вызвал тех народных волнений, которые прогнозировались некоторыми экспертами. Если бы Амиров видел, что его готовы поддержать многие, он бы попытался, наверное, устроить какое-то сопротивление «снизу». Но большинство дагестанцев наоборот сейчас выступают за наведение порядка в республике федеральным центром. Это, наверное, и пытается сделать Рамзан Абдулатипов: ослабить влияние так называемых дагестанских «баронов» и усилить роль государства.

Член комиссии по адаптации боевиков к мирной жизни Расул Кадиев выражает большие сомнения в том, что амнистия будет проведена в ближайшее время.

— Вообще разговоры об этой акции заводит практически каждый новый руководитель Дагестана. Последний раз эта история имела своё продолжение на съезде народов Дагестана в 2010 году. Бывший глава республики Магомед Магомедов заявил, что он будет обращаться к законодательной власти России. (Амнистию может объявить только Госдума, а не президент).

В результате депутаты попытались представить проект, который был почти полностью скопирован с подобного документа, но только в отношении Чечни. Мне тогда пришлось поднимать шум, чтобы отменить данный вариант. Ведь в том документе бездумно предлагали амнистировать только тех, кто совершил преступление в ходе контртеррористической операции (КТО). В Чечне этот режим действовал на всей территории республики. А в Дагестане такого никогда не было. Получается, чтобы амнистировать боевиков, надо ввести КТО на всей территории республики Дагестан. Это нелепо.

Кроме того, наше дагестанское правительство не смогло предложить вменяемую позицию по вопросам для чего проводить амнистию, и кто может попасть под её действие.

Сейчас после заявления Абдулатипова о том, что предложения по амнистии будут рассмотрены, у меня нет ощущения, что дело будет доведено до логического конца. Непонятно, кто будет разрабатывать концепцию амнистии. Кроме того, амнистировать боевиков без социализации их нельзя. Людей надо возвращать в общество. 28 мая этого года в Пятигорске прошло совещание Совбеза, на котором его секретарь Николай Патрушев заявил, что Дагестан не выполнил поручения по разработке программ по социализации лиц, отказавшихся от антитеррористической деятельности. Поэтому ясно, что амнистия может не состояться уже потому, что нет этих программ, и непонятно, как возвращать боевиков к мирной жизни.

Да, я согласен с Абдулатиповым, надо перевернуть страницу, научиться прощать. Но амнистия не должна стать бессмысленным актом.

Также я думаю, что у Национального антитеррористического комитета будет своя позиция. Они скажут: мы только-только «повыпиливали» нехороших людей и сослали их в Сибирь, подальше от Дагестана, а вы предлагаете их вернуть и снова будоражить республику.

Надо учесть и то, что в Госдуму поступил законопроект об усилении ответственности за экстремизм. Это, понятно, плохо сочетается с планами амнистировать боевиков.

Моё мнение, что амнистировать надо, как минимум, пособников террористов. Второе — амнистия должна распространяться не только на Дагестан, но и на другие северокавказские республики.

«СП»: — Если всё же амнистия состоится, сколько человек может попасть под неё?

—  Скорее всего, амнистия будет по статьям. Потому, что амнистировать по факту совершения преступления на какой-то территории, юридически безграмотно. А проблемы с терроризмом подобные тем, что есть в Дагестане, имеются во всех мусульманских регионах, и даже на Севере, там, где добывают нефть. Мне кажется, под амнистию могут попасть, как минимум, тысяча человек по всей стране.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Сергей Ищенко

Военный обозреватель

Виктор Алкснис

Полковник запаса, политик

Леонид Ивашов

Генерал-полковник, Президент Академии геополитических проблем

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Опрос
Назовите самые запомнившиеся события 2018 года
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня