18+
суббота, 3 декабря
Политика / Кризис на Украине

Цена «крымской войны»

Какие санкции грозят России за попытку удержать полуостров в сфере своего влияния?

  
65535

Запад следит за действиями России вокруг Крыма с настороженностью и явным неодобрением. Последние события в Симферополе и Севастополе стали 27 февраля основной темой для обсуждения заседания глав оборонных ведомств стран — членов НАТО в Брюсселе.

Еще до начала официальных мероприятий генеральный секретарь НАТО Андерс Фог Расмуссен сообщил в своем твиттере: «Я озабочен развитием событий в Крыму. Я призываю Россию не предпринимать никаких действий, которые могут привести к эскалации напряженности или вызвать непонимание».

Обеспокоенность событиями в Крыму выразила и министр обороны Германии Урсула фон дер Ляйен. «Самое главное — избежать раскола Украины, при полном соблюдении прав национальных и религиозных меньшинств», — сказала министр.

МИД Великобритании также выразил обеспокоенность и заявил, что продолжит пристально следить за развитием ситуации. Лондон считает, что действия со стороны России «не помогают» разрешению конфликтов на Украине.

Более негативную оценку дал министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский. Он назвал захват правительственных учреждений в Крыму «радикальным шагом». «Я хочу предупредить тех, кто на него пошел, а также тех, кто дал им соответствующую возможность, что именно с подобных событий и начинаются региональные конфликты, это очень опасная игра», — отметил польский министр.

А парламентарий литовского Сейма, экс-глава МИДа Литвы Аудронюс Ажубалис призвал власти Литвы воспользоваться статусом председательства в Совете Безопасности ООН и немедленно инициировать внеочередное заседание во избежание военной агрессии в Крыму.

«От быстрой и адекватной реакции западного общества на действия России в Крыму, которые приводят к эскалации беспорядков, будет зависеть дальнейшая судьба украинского государства и его народа, выбравшего Европу и демократический путь», — заявил Ажубалис.

В свою очередь, и.о. президента Украины, лидер партии «Свобода» Александр Турчинов заявил, что Киев должен потребовать официальной реакции на действия России в Крыму со стороны западных стран, гарантировавших Украине территориальную целостность при отказе от ядерного оружия.

Словом, есть все основания полагать, что реакция Запада на «крымскую войну» будет ужесточаться. Чем рискует Россия в этом противостоянии, могут ли Евросоюз и США ввести санкции против нашей страны за то, что мы уводим у них Крым из-под носа?

— Если говорить о возможных санкциях, следует разделять политическую и юридическую составляющие, — отмечает доцент кафедры европейской интеграции МГИМО Александр Тэвдой-Бурмули. — С точки зрения политической, на Украине произошла трансформация, связанная с тем, что абсолютно коррумпированный режим Януковича рухнул. Но чисто юридически, там произошел государственный переворот. В результате все части Украины, в том числе Крым, получили свободу рук в плане реакции на антиконституционные — формально — действия Киева.

В ситуации государственного переворота — с учетом особой истории присоединения Крыма к Украине и особого статуса Севастополя — все прежние договоренности по этим территориям не то, чтобы совсем утрачивают силу, но могут быть поставлены под сомнение. В частности, Будапештская декларация 1994 года, в которой Россия вместе с Великобританией и США, гарантировали суверенность и территориальную целостность Украины. Именно так выглядят юридические основания — довольно зыбкие — для нашего вмешательства в украинские, в частности крымские, дела.

Я не знаю, до какого предела Россия хотела бы дойти на этом пути. Понятно, в идеале она хотела бы, с одной стороны, максимизировать свою прибыль от украинского кризиса, а с другой — показать себя, внутри и вне страны, защитницей русскоязычного населения Крыма.

Пока реакция Запада на наши действия в Крыму находится на низшем градусе алармизма. Но если ситуация усугубится — например, если Россия введет в Крым войска, помимо уже имеющегося там контингента Черноморского флота, — градус неизбежно повысится, и это ощутимо скажется на отношениях России и Запада.

«СП»: — Как конкретно отреагирует в этом случае Запад?

— Он минимизирует все политические контакты между Россией и евроатлантическими структурами — ЕС и НАТО. Кроме того, могут быть наложены санкции на российских лиц, которые, с точки зрения Европы и Америки, принимали решения по действиям в Крыму.

«СП»: — Эти лица попадут в «список Магнитского»?

— Не думаю, что это будет именно «список Магнитского» — это немного другой кейс. В принципе, составление крымского «черного списка» — самый очевидный вариант. Но главное — отношения между Россией и Западом могут провиснуть до самого холодного состояния. Понятно, в этом случае смешно будет говорить о безвизовом режиме с Евросоюзом или о прогрессе в деле строительства — как предлагал Путин — зоны свободной торговли с ЕС.

Кроме того, Запад сумеет найти возможность ответить России менее формальными санкциями, но весьма для нас болезненными. Как мы знаем, в Крыму имеется крымско-татарское меньшинство. Оно составляет около 15% всего населения полуострова, но это ресурс не хуже северокавказского — в известном смысле. Если Запад этот ресурс задействует в Крыму, нас могут ждать такие приключения, что мама не горюй.

Разнообразные санкции тем более вероятны, что Москва попала сейчас в чрезвычайно сложную ситуацию. Она не может отказаться от поддержки Крыма — это означало бы и внутриполитический, и внешнеполитический проигрыш. Но одновременно не может зайти в поддержке Крыма слишком далеко, поскольку это будет означать сильное повышение ставок в игре с непредсказуемым финалом.

Россия склонна ставки повышать, но осторожно. Да, в Крыму что-то происходит, но делают это не российские граждане, а местные. Да, мы признаем Виктора Януковича президентом — но не более того. К месту замечу, что Янукович нам совершенно не нужен, но в этой ситуации мы признаем его президентом, поскольку это дает Кремлю возможность трактовать события в Киеве как переворот, и рассматривать ситуацию в Крыму в выгодном для себя ключе.

«СП»: — Утром 28 февраля информационные агентства заявили о захвате аэропорта Симферополя. По данным СМИ, в международный терминал, сломав ворота, ворвались полсотни бойцов в камуфляже и без опознавательных знаков. Позже представители аэропорта уточнили: попытка захвата была, но со стороны местных жителей, а не военных — они были уверены, что в городе высадился десант из Киева. Убедившись, что никого нет, захватчики извинились и удалились. А в окрестностях Севастополя военными с оружием, но без опознавательных знаков, блокирован аэродром «Бельбек», который принадлежит украинской армии. Исполняющий обязанности главы МВД Украины Арсен Аваков считает, что происходящее является «вооруженным вторжением» России. Что это означает?

— Взятие под контроль «Бельбека» означает, что, возможно, в Крыму скоро будет высадка российских войск. Это значит, ставки сильно повысятся. Если события действительно будут развиваться по такому сценарию, ничего хорошего в плане наших отношений с Западом ждать не приходится.

«СП»: — Вы говорите, Запад может до минимума сократить контакты с нами. Что это означает на практике?

— На обывательском уровне это означает возможные проблемы с получением виз. На общегосударственном — проблемы с ценами на энергоносители. Совершенно очевидно, Запад в этой ситуации постарается минимизировать зависимость от российских углеводородов. Как следствие, российские нефть и газ будут падать в цене, что для нас является негативным сценарием. Будет свернуто и сотрудничество и на уровне правоохранительных структур в плане совместной борьбы с терроризмом и наркотрафиком.

«СП»: — Мы вообще не будем признавать украинское правительство в Киеве?

— Теоретически мы можем пойти на признание, но только в рамках политического компромисса. Например, в обмен на признание потребовать существенных гарантий в отношении Крыма. В этом случае Украина получит обратно Крым, а мы — статус защитников русскоязычного населения полуострова, плюс расширенную автономию Крыма в составе Украины. Проблема в том, что ради такого компромисса не стоило городить огород. Нынешний уровень ставок говорит о том, что Россия намерена взять максимум.

«СП»: — Что означает максимум в данном случае?

— Присоединение Крыма к России.

«СП»: — Можно ли сказать, что если мы выиграем максимум, то получим в ответ международную изоляцию?

— Некое подобие изоляции будет в этой ситуации наименьшим злом. Все зависит еще и от конкретики. Если операция в Крыму примет слишком горячий характер, осложнения для нас будут более существенными — и уже чисто военного свойства. Я не хочу сказать, что нам кто-то объявит войну, но против нас начнут играть серьезные большие парни. Это будет скрытая игра.

В этом случае ситуация будет развиваться по афганскому сценарию. Я имею в виду то, как наши геополитические противники поддерживали в Афганистане оппозицию душманов. Мы, Россия, достаточно уязвимы в этом плане, нас есть за что зацепить.

«СП»: — Другими словами, мы, в довесок к изоляции, получим радикализацию в Крыму и на Северном Кавказе?

— Я бы так сказал: все может быть, причем с разных сторон.

«СП»: — Нынешний российско-крымский локомотив, который так бодро идет по рельсам, может во что-то упереться?

— Он может упереться, если все стороны найдут в себе достаточно мужества признать изменение ситуации. Если Киев проявит готовность дать широкие гарантии в отношении Крыма. И если Москва сочтет, что ее престиж будет достаточно поднят одним только фактом вмешательства в украинские дела. Если же Москва сочтет, что остановка на умеренном варианте равна проигрышу — будет разыгран вариант максимальный. Это наш ассиметричный ответ Майдану.

«СП»: — Путин, вы считаете, может удовлетвориться компромиссом?

— Крым — самая большая ставка в политической карьере Владимира Путина. Я не знаю, насколько он готов эту ставку взять. В принципе, в отношениях с Западом Путин никогда не переходил некой черты — по самым разным причинам. Если сейчас он пойдет на ее пересечение, это будет означать, что он готов идти до конца в крымском вопросе. Поэтому ситуация представляется мне крайне взрывоопасной.

— Единственные санкции, которые будут болезненными для российской элиты — это введение в Евросоюзе «списка Магнитского» для наиболее активных фигурантов событий в Крыму, — уверен директор Центра политических исследований Финансового университета при правительстве РФ Павел Салин. — Это санкции в отношении авуаров российской элиты за рубежом, либо ужесточение пропускного режима в Европу для российских граждан. Как мы понимаем, среднестатистический россиянин в ЕС регулярно не ездит, зато туда наведываются представители элиты, у которых именно в Европе находятся «запасные аэродромы».

Такого рода санкции — единственное, что может реально повлиять на позицию России в вопросе Крыма. С другой стороны, такие санкции сродни ядерному оружию — они имеют разрушительную силу, но их можно эффективно применить всего один раз. Поэтому не уверен, что Запад на это пойдет.

Запад и без того сорвал на Украине хороший куш: ориентированные на него политики пришли в Киеве к власти, подмяли под себя Центральную Украину и, скорее всего, в ближайшее время подомнут восточные и юго-восточные регионы. Остается только Крым, и установление контроля над полуостровом России могут простить…

Фото: Василий Ботанов/РИА Новости

Популярное в сети
Цитаты
Леонид Исаев

Заместитель руководителя лаборатории ВШЭ, востоковед

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня