Крымская террористическая

Военные РФ не просто опасаются рейдов украинских радикалов в Россию, но и уже учатся их отражать

  
20957

Во вторник, 4 марта, президент и верховный главнокомандующий Владимир Путин приказал войскам возвращаться с масштабных учений. Они, напомним, начались по тревоге 26 февраля, в рамках внезапной комплексной проверки боеготовности войск Западного и Центрального военных округов (ЗВО и ЦВО). В Минобороны РФ как заведенные твердят, что проверка не связана с событиями на Украине. Но любой здравомыслящий человек понимает — связана, и напрямую.

Сюжеты учений были очень разнообразными — от поиска подводной лодки в Баренцевом море до переброски 76-й гвардейской воздушно-десантной дивизии из Псковской области на аэродромы под Питером. Но два эпизода стоят особняком, и показывают, чего руководство Минобороны — а значит, и руководство страны — всерьез опасается из-за событий вокруг Крыма.

Первый выглядит так: с аэродрома Чкаловский (Московская область) в воздух был поднят самолет Ту-134 по маршруту Москва-Воронеж. То есть, он был направлен в сторону украинской границы. Почти добравшись до цели, командир корабля получил приказ отключить системы опознавания и оповещения и в режиме полного радиомолчания резко изменить курс вглубь российской территории — в сторону авиабазы Бесовец в Республике Карелия. Неопознанный Ту-134 был своевременно обнаружен средствами ПВО, на его перехват поднялись дежурные Су-27. Приблизившись к нарушителю, истребители маневрами обозначили, что Ту-134 должен двигаться для посадки на назначенный аэродром.

Что стоит за этим, догадаться несложно. Российское руководство опасается, что со стороны Украины в Россию может прорваться неопознанный «борт» террористов. Благо, пассажирских лайнеров на территории «незалежной» — несколько сотен, и такой бросок теоретически вполне возможен.

Второй сюжет еще интереснее: отдельная инженерная бригада ЗВО, дислоцированная в Нахабино (Московская область) по сценарию учений ликвидировала последствия разлива высокотоксичного топлива, в условиях обильного выпадения осадков и увеличением глубины снежного покрова до двух метров. Что характерно — район ЧП был обозначен на удалении свыше 400 километров от пункта постоянной дислокации соединения.

А днем раньше отдельная бригада радиоционной, химической и биологической защиты ЗВО, дислоцирующаяся в Курске, отрабатывала ликвидацию последствий условной техногенной аварии — выброса сильнодействующих ядовитых веществ на промышленном объекте. Для этого личный состав также совершил марш-бросок на 400 километров.

Здесь все тоже прозрачно. Опасения вызывают украинские террористы, которые могут добраться до российских промышленных объектов, и взорвать емкости с токсическими химикатами.

Третий сюжет в ходе учений не отрабатывался, зато вовсю обсуждается военными экспертами. Речь идет о четырех атомных электростанциях, которые находятся на территории Украины. Одну из них — теоретически — могут захватить радикалы из того же «Правого сектора», как когда-то Басаев захватил роддом в Буденовске. Заминировать реактор, и объявить России ультиматум. Украинские националисты — ребята идейные и «отмороженные», поэтому можно представить, какую истерику вызовет угроза появления нового Чернобыля в Западной Европе, и под каким политическим давлением окажется в этом случае Москва.

Возникает резонный вопрос: почему вообще в Кремле считают (судя по тематике военных учений), что украинские националисты, захватившие власть в Киеве, займутся террористической деятельностью против России? Ответ прост: ничем другим за потерю Крыма они отомстить не смогут, а мстить будут непременно.

К тому же первый шаг уже сделан. 1 марта лидер украинской ультраправой организации «Правый сектор» Дмитрий Ярош, который активно участвовал в государственном перевороте в Киеве, призвал международного террориста Доку Умарова бороться против России с оружием в руках.

«Украинцы всегда поддерживали освободительную борьбу чеченского и других народов Кавказа. Теперь настало время вам поддерживать Украину. Как лидер „Правого сектора“ призываю вас активизировать борьбу. Россия не такая сильная, как кажется», — говорилось в обращении, по сообщению ИТАР-ТАСС, размещенном на странице «Правого сектора» ВКонтакте. Позднее сообщение было заблокировано по требованию Роскомнадзора, а сам Ярош его опроверг.

Но нет дыма без огня. Как известно, Доку Умаров — один из наиболее опасных чеченских боевиков, взявший на себя ответственность, в частности, за взрывы в московском метро в 2010 году и взрыв в аэропорту «Домодедово» в 2011-м. США официально включили Умарова в список международных террористов, а Совет Безопасности ООН — в список террористов, связанных с «Аль-Каидой».

А Дмитрий Ярош — ярый последователь Степана Бандеры, который высоко ставил именно террористическую деятельность для достижения политических целей.

Насколько реальна угроза, что украинские националисты объявят России террористическую войну, и что мы можем ей противопоставить?

— Скорее всего, ряд эпизодов учений действительно ориентированы на возможные теракты со стороны украинских националистов, — считает замдиректора Института политического и военного анализа Александр Храмчихин. —  Тем более, для терактов есть необходимые предпосылки: российско-украинская граница практически открыта, а внешне украинские радикалы ничем не отличаются от русских, и свободно говорят по-русски. Поэтому они могут стать серьезной проблемой в России. Если же они соберутся что-то захватывать на самой Украине — это для них вообще не проблема, учитывая нынешнее положение в стране.

«СП»: — Насколько высока вероятность, что дело дойдет до терактов в России?

— Мне сложно это оценить. Понятно одно: теракт в России осуществить труднее, хотя, с точки зрения украинских радикалов, предпочтительнее. Соблазн утроить теракт на территории нашей страны может быть очень большим. Другое дело, это сильно отвратит Запад от тех, кто теракт совершит.

«СП»: — Как известно, тот же «Правый сектор» ведет себя вызывающе не только по отношению к России, но и к Западу — в частности, претендует на часть Польши. Об этом заявил в интервью польской «RzeczPospolita» пресс-секретарь праворадикальной группировки Андрей Тарасенко. «Будет справедливо, если Пшемысль и еще несколько уездов Польша отдаст Украине», — сказал он. Получается, мнение Запада украинских радикалов не слишком волнует?

— Конечно, украинским националистам более-менее наплевать на Запад. Они к нему крайне отрицательно относятся, чего не скрывают. В этой ситуации для России — объективно — теракт, устроенный радикалами из «Правого сектора», был бы политическим подарком. В этом случае Кремль смог бы сказать Западу: «Видите, что представляет собой нынешняя Украина? Ее руководство ничего не контролирует, а националисты делают, что хотят». Запад к терроризму относится исключительно болезненно, и его реакцию предугадать несложно.

«СП»: — Будем ли мы в данной ситуации предпринимать экстренные меры по укреплению российско-украинской границы?

— Сейчас вкладывать деньги в укрепление границы с Украиной — это абсурд. Нужно охранять потенциально опасные российские объекты, но это нужно делать всегда.

В целом, намерения украинских националистов — сложный случай. Может быть, соблазн совершить теракт в России у них и велик, но, во-первых, технически осуществить его не так просто, во-вторых, эффект может получиться обратным, и они это тоже понимают. Поэтому теракты на территории России не кажутся мне очень вероятными…

— То, что военные готовятся к возможным ответным мерам на действия украинских радикалов — вполне естественный процесс, — отмечает главный аналитик Национального антитеррористического фонда России, полковник КГБ в отставке Олег Нечипоренко. — Какой именно сценарий может быть использован националистами для теракта — предсказать нельзя. Это звучит цинично, но терроризм — творческая деятельность, поэтому число вариаций стремится к бесконечности. Все зависит от уровня подготовки субъектов террористической деятельности, и их фантазии.

«СП»: — Украинские националисты в качестве террористов — это серьезный противник?

— Я не знаю, где и как они проходят подготовку. Готовятся ли они в лагерях на территории Украины инструкторами зарубежных спецслужб, или их подготовкой занимаются инструктора международных террористических организаций типа «Аль-Каиды». Но, как правило, люди, которые попадают в подобные лагеря, прежде участвуют в боевых действиях в «горячих точках» — например, в той же Сирии. Это довольно квалифицированные кадры.

«СП»: — Александр Музычко (Сашко Білий), председатель Ровенской областной организации УНА-УНСО и координатор структур «Правого сектора» на Западной Украине, в составе отряда УНА-УНСО принимал участие в Первой чеченской на стороне сепаратистов. Значит ли, что он сохранил связи в террористическом «интернационале», и может сейчас ими воспользоваться?

— Думаю, сохранил. Террористические организации, к слову сказать, носят сетевой характер. Их бойцы перемещаются из одной «горячей точки» в другую, и набираются опыта в локальных конфликтах. Эти ребята похожи на наемников периода холодной войны, которые так и назывались — «псы войны». «Псы» тоже шатались по белому свету, чтобы участвовать в различных конфликтах. Это очень квалицированные боевики.

«СП»: — Другими словами, «Правый сектор» может набрать кадры для формирования отрядов террористов?

— Думаю, да. Конечно, речь идет о некрупных группировках. Американцы называют их «кликами». Это малые мобильные группы, очень сплоченные и хорошо законспирированные. В них практически невозможно внедрять агентов, а уровень подготовки у них может быть очень высоким…

— Сомнительно, что украинские радикалы будут пытаться совершить теракты на территории России, — говорит главный редактор сайта Agentura.ru Андрей Солдатов. — Это сопряжено с большими логистическими трудностями. Но главное — в этом случае их целью будут гражданские лица, а это невыгодно с точки зрения международного имиджа боевиков.

Скорее, они обратятся к опыту радикальных группировок Северной Ирландии. Когда армия входит на какую-то территорию для обеспечения порядка, она превращается для радикалов в цель. Причем, в очень удобную цель, поскольку маршруты движения военных патрулей заранее известны, как и расположение блокпостов. С точки зрения боевиков, нападать на военных выгодно еще и потому, что в таком случае акцию нельзя квалифицировать как теракт — только как диверсию. И легко объяснить чисто политическими мотивами.

Так вот, российская армия в Крыму вполне может превратиться в такую цель. Причем, чем дольше российские военные будут находиться на полуострове, тем отчетливее украинские радикалы будут видеть в них объект для диверсионной атаки. Дело в том, что у радикальных группировок единственная возможность выдвинуться и занять серьезные позиции, в том числе, на политической арене, — это эскалация конфликта. Не думаю, что в настоящий момент они готовы к таким атакам: я не верю, что на Украине достаточно людей, имеющих необходимый опыт диверсионной деятельности. Но со временем нужные кадры, скорее всего, будут подготовлены, и начнут действовать…

Фото РИА Новости/ Михаил Климентьев

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Вадим Кумин

Политический деятель, кандидат экономических наук

Игорь Рябов

Руководитель экспертной группы «Крымский проект», политолог

Михаил Делягин

Директор Института проблем глобализации, экономист

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Выборы мэра Москвы
Выборы мэра Москвы
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня