18+
воскресенье, 4 декабря
Политика

Дипломатическая засада Майдана

Женевские соглашения, подписаные в формате «3+1», вряд ли будут выполнены

  
32107

Реакция представителей освободительного движения Юго-Востока Украины на результаты переговоров квартета посредников в Женеве красноречиво свидетельствует о том, что дипломатическое урегулирование украинского кризиса наступит еще не скоро.

Активисты, провозгласившие «Донецкую народную республику», озвучили условия, на которых они готовы разоружиться и освободить захваченные здания. В частности, один из лидеров повстанцев, Александр Гнездилов заявил в интервью BBC, что его соратники разблокируют Донецкую областную администрацию, когда деятели майданного режима в Киеве освободят администрацию президента и Верховную Раду. Представителю «антимайдана» трудно отказать в логике. По словам Александра Гнездилова, участники киевской хунты пришли к власти в результате вооруженного переворота. Соответственно, они нелегитимны и незаконно занимают правительственные здания.

Премьер-министр Донецкой республики Денис Пушилин в интервью МК был не менее категоричен. Он заявил: «Первыми мы здания освобождать не будем». Глава республиканского правительства напомнил, что «первые здания были захвачены не в Донецке, а в Киеве и на Западной Украине (украинскими праворадикалами — прим. ред). «Мы были вынуждены захватить здания в ответ на эти действия», пояснил Денис Пушилин и предложил «освобождать здания в той последовательности, как они захватывались» — «сначала в Киеве, на Западной Украине, потом у нас…».

В свою очередь, заместитель руководителя Народного ополчения Донбасса Сергей Цыплаков озвучил еще ряд условий выполнения договоренностей, которые были достигнуты в Женеве. Он подчеркнул, что активисты сопротивления на Юго-Востоке готовы освободить здания и сложить оружие, если власти выпустят политзаключенных. Второе условие — это разоружение боевиков из «Правого сектора» и организация референдума о федерализации Украины. Очевидно, что вероятность выполнения указанных требований киевскими властями, которые продолжают «антитеррористическую операцию» в русскоязычных областях Украины, крайне мала.

Единственное, на что под давлением международной общественности пошел премьер майданного кабинета Арсений Яценюк, это туманное обещание организовать обсуждение изменений в конституцию Украины, касающихся децентрализации государственной власти. Причем сделать это планируется лишь к 1 октября.

Искренность кабмина Яценюка, который внес в Раду законопроект об амнистии для лиц, которые добровольно сдадут оружие и освободят захваченные помещения, также вызывает большие сомнения. Предложение разоружиться на милость победителя, очевидно, есть очередная вариация на тему «обещайте им что угодно, а вешать будем потом».

Таким образом, четырехсторонние переговоры по украинскому вопросу, которые завершились в Женеве, скорее всего, заслуживают определения «дипломатические посиделки». Потому что плод коллективного творчества ведущих держав в виде совместного заявления, содержащего «дорожную карту» по урегулированию ситуации на Украине, трудно реализуем. Напомним, участники переговоров (от России, США, ЕС и Украины) «согласились с необходимостью» предпринять шаги по деэскалации напряженности. Как пояснил глава российского МИД Сергей Лавров, «Мы договорились, что все стороны должны воздерживаться от любого насилия, от любого запугивания, от провокационных действий, и мы решительно осудили и отвергли любые проявления экстремизма, расизма, религиозной нетерпимости, включая антисемитизм». Как нетрудно догадаться, под указанные определения, в первую очередь, подпадают украинские неонацисты из «Правого сектора». При этом киевские власти ранее фактически расписались в своем бессилии в вопросе нейтрализации неподконтрольных им бандгрупп.

Главным пунктом договоренностей стало требование разоружения незаконных формирований с обеих сторон конфликта и освобождение административных зданий. Очевидно, что Киев, даже если бы искренне хотел этого, просто не в состоянии выполнить предписание международного квартета. Представляя политическую повестку юго-восточных регионов Украины за столом переговоров, Сергей Лавров обратил внимание на необходимость запуска «инклюзивного, прозрачного и контролируемого» процесса конституционной реформы. Целью которой, должна стать защита «прав всех регионов, всех языковых меньшинств». Кроме этих общих фраз, договориться до чего-либо более конкретного (сроки реализации, формат и тип государственного устройства будущей Украины), видимо, не удалось.

Стоит также добавить, что авторами итогового заявления стали коллеги по дипломатическому цеху из России и США — Сергей Лавров и Джон Керри. Они совещались вдвоем за закрытыми дверями. В то время как представители ЕС и Украины Кэтрин Эштон и Андрей Дещица терпеливо дожидались решения двух ведущих держав в коридоре. В этой связи заявление и.о. министра иностранных дел Украины о том, что встреча в Женеве стала доказательством признания киевских властей со стороны России, производит почти анекдотическое впечатление.

Директор Центра политологических исследований Финансового университета при правительстве РФ Павел Салин не уверен, что достигнутые соглашения будут выполняться.

— Если бы в Женеве за столом переговоров находились представители восставших регионов и подписали итоговую резолюцию, тогда можно было бы ожидать от них разоружения и освобождения захваченных административных зданий. Но их позиция представлена не была, а, значит, подписанные соглашения не имеют значения.

«СП»: — Тем более, у них нет оснований доверять киевским властям, которые до сих пор не могут разобраться с «Правым сектором».

— Все правильно. А разоружаться в одностороннем порядке бессмысленно, этого никто не обещал. Кстати говоря, помимо ополченцев в Женеву не прилетели представители украинских праворадикалов. Согласимся, что Турчинов с Яценюком и «Правый сектор» — это две разные силы, ни одна из которых не подчиняется другой. И.о. президента хотел бы разоружить людей Яроша, потому что они представляют опасность и для нынешних киевских властей. Но у него нет силовых и прочих ресурсов, чтобы сделать это. Я не исключаю, что теперь «Правый сектор» скажет, что, подписав Женевские соглашения, команда Турчинова-Яценюка предала идеалы революции.

«СП»: — Посредничество России на переговорах это чисто имиджевый ход?

— Помимо прочего, Москве нужно выиграть время. Если брать Донецкую область, то ситуация здесь складывается в пользу ополченцев, которые медленно, но верно берут регион под свой контроль. По моим ощущениям вот-вот и здесь будет пройдена точка невозврата.

Россия согласилась участвовать в переговорах потому, что она не ставит своей целью конфронтацию с Западом. Мы выступаем за мирный процесс, чтобы нас не выставляли агрессором. И это работает. Сразу по окончании женевских переговоров Обама сделал комплиментарное заявление в адрес России. Тональность и риторика Запада существенно смягчились.

«СП»: — Яценюк распорядился подготовить предложения по децентрализации государственной власти. Чем это отличается от федерализации, на которой настаивает Юго-Восток?

— Когда жители юго-восточных областей говорят о федерализации Украины, то имеется в виду создание даже не федерации, а конфедерации. Формально это означает единое государство, но реально оно будет разделено на две или три части. Для Украины «федерализация» — это цивилизованная форма развода ее конфликтующих частей. Слова «распад», «разделение» не используются, чтобы не пугать общественность. Вместо этого нашли нейтральный термин «федерализация». Естественно, что украинские власти имеют в виду передачу ряда полномочий на региональный уровень.

К тому же Яценюк назвал конкретный срок подготовки изменений — к 1 октября. А президентские выборы, как известно, запланированы на конец мая.

Хотя все должно быть наоборот — сначала процесс федерализации и конституционной реформы и только потом президентские выборы. Москва может признать их только в случае, если указанный алгоритм будет соблюден. Киевским же властям нужно побыстрее легализоваться — над ними до сих пор весит «дамоклов меч» нелегитимности. После выборов они смогут заявить, что находятся у власти на законных основаниях — потому что их «выбрал народ». Хотя на самом деле их «выбрали» несколько тысяч боевиков из «Правого сектора». Если позиции Киева окрепнут, он дезавуирует свои обещания по федерализации и конституционной реформе.

«СП»: — Возвращаясь к тому, с чего начали. А стоило тогда российским дипломатам садиться за стол переговоров?

— Это некоторая уступка со стороны Москвы. Можно говорить о том, что киевские власти нелегитимны, но мы рассматриваем их как партнеров по переговорам. В то же время я бы не сказал, что это ошибочный ход, если учитывать те бонусы, которые может получить Россия от участия в переговорах.

Договоренности, которые были достигнуты в Женеве, имеют рамочный характер, считает директор Российско-Украинского информационного центра Олег Бондаренко.

— В частности, было решено, что стороны должны отвести войска, освободить захваченные здания и пространство. Но первыми это должны сделать люди, которые называют себя официальной властью. Странно ожидать, что ополченцы первыми освободят Донецкий городской совет или областную государственную администрацию. Потому что до сих пор в центре страны на Майдане находится никем не контролируемое «Дикое поле». Я имею в виду тот отдельный городок, который живет на Майдане своей жизнью. Где не соблюдается законодательство, где ежедневно нарушаются законы, и действует свое «сельское право». Когда Майдан уберется из Киева, тогда можно говорить об освобождении Донецкой, Луганской и прочих ОГА. А пока этого нет, глупо ожидать, что первый шаг сделают участники сопротивления на Юго-Востоке.

Как мы помним, Виктор Янукович пытался при посредничестве Запада договориться с лидерами Майдана. Когда президент пошел на уступки и отвел спецподразделения из центра Киева, он в ответ получил захват зданий и государственный переворот. Если ополченцы пойдут на поводу у Киева, то они через короткое время получат захват тех же зданий, но уже «Правым сектором». После чего репрессии против жителей Юго-Востока будут проводиться с удвоенной силой.

«СП»: — Запад намекает, что участие Москвы в переговорах означает признание майданократии. Вы согласны с этой точкой зрения?

— Ни о каком признании речь не идет. Просто Киев — одна из сторон переговоров, с которой нужно общаться. С террористами тоже вступают в переговоры, но это не значит, что их действия признаются законными. Женевская встреча была важна для России. Но это лишь начало долгого пути к урегулированию ситуации. С другой стороны, для успеха переговоров в них должны принимать участие представители восставшего народа с Юго-Востока. Пока функцию политического представительства этих людей выполняет министр иностранных дел России. Но в целом было бы правильно, если бы пятой стороной переговоров был, допустим, Олег Царев.

«СП»: — Он может рассматриваться как фигура, консолидирующая протест и имеющая право представлять интересы повстанцев?

— Как известно, Царев был избран координатором Движения «Юго-Восточное сопротивление». Кстати говоря, он сегодня прокомментировал Женевские соглашения. Царев напомнил, что в них одним из ключевых пунктов прописан отвод войск, но мы этого не видим. Если мы говорим о политическом представительстве, то вряд ли кто-то может лучше справиться с такой функцией. Понятно, на Юго-Востоке есть военные и местные лидеры. Но здесь нужен политик общеукраинского уровня, который будет одинаково принят и в Одессе, и в Харькове, и в Донецке, и в Луганске.

У меня существуют очень серьезные сомнения в том, что киевские власти исполнят обязательства, которые они взяли на себя в ходе переговоров в Женеве, говорит руководитель Центра международной журналистики и исследований МИА «Россия сегодня» Вероника Крашенинникова.

— В первую очередь, эти переговоры были важны с точки зрения интересов США. Вашингтон пытается показать миру, что в команде Яценюка-Турчинова есть приличные договороспособные люди, которые ведут себя подобающим образом. Хотя, конечно, в их поведении ничего подобного не наблюдается. В итоговом заявлении, которое было принято, стороны скорее высказывают пожелания. Но велика вероятность, что они так и останутся пожеланиями.

В первую очередь, хотелось бы отметить, что киевских деятелей трудно назвать профессионалами, а их действия можно характеризовать как истеричные. Наконец, даже если бы они захотели, они не смогли бы контролировать различные силы, которые сегодня представлены на территории Украины.

«СП»: — Может быть, прежде чем сесть за стол переговоров, их участникам следовало бы договориться о терминах. Например, что конкретно Запад и Киев вкладывают в понятие «децентрализация»? Как мы знаем, жители Юго-Востока настаивают на федерализации.

— Действительно, все говорят о «децентрализации» и «федерализации», но никто не знает, что эти термины означают. Между тем терминологическая путаница обесценивает достигнутые договоренности. На самом деле, чего хотят русскоязычные жители юго-восточных регионов, и что стоило бы обсуждать? В первую очередь, это вопрос, кому должны подчиняться силовые ведомства. В рамках федерации вооруженные силы всегда подчиняются центру. Спецслужбы также находятся в ведении «федералов». При том, что внутренние войска (как в США) могут подчиняться региональным властям.

Проблема в том, что если Киев сохраняет контроль над силовыми ведомствами, это чревато использованием репрессивной машины для подавления своих оппонентов на Юго-Востоке. Что особенно актуально, если учитывать политические убеждения людей, которые стоят во главе силовых ведомств. Таких, как глава СНБО Парубий. Понятно, что для жителей Юго-Востока подобные условия будут неприемлемы — через короткое время Киев опять обратит силовые структуры против них.

«СП»: — К чему должна привести федерализация в экономической сфере?

— Например, регионы должны иметь право заключать внешнеэкономические соглашения. Тем более, что они очень тесно сотрудничают с предприятиями РФ. Если компании на Юго-Востоке будут лишены права продолжать эту работу, такая федерация им не выгодна. Не менее важны бюджетно-налоговые вопросы. А именно, какая часть средств будет поступать из регионов в центр, и как они будут распределяться. Здесь есть масса тонкостей, которые необходимо обсуждать заранее. Думаю, что обсуждение получится очень сложным, и Киев будет бороться за каждый грамм власти.

«СП»: — Сергей Лавров назвал главным итогом переговоров соглашение о деэскалации конфликта. При том, что «антитеррористическую операцию» на Юго-Востоке Киев отменять не спешит. Получается, Турчинов и компания сами саботируют и делают юридически ничтожными достигнутые договоренности?

— Использование вооруженных сил против своего населения противоречит конституции Украины, а также той присяге, которую принимали военные. Идея направить армию против народа, можно рассматривать, как агонию власти. Использование вооруженных сил — это начало конца для киевских властей. Таким образом, они подписывают себе приговор. Юго-Восток Украины никогда не забудет, какими методами против него действовали. Соответственно, он никогда не смирится с существованием такой власти. Это только вопрос, когда майданные власти уйдут и каким образом они это сделают. Я имею в виду, какие тюремные сроки они получат за насилие над гражданами своей страны.

«СП»: — Россия будет настаивать на выполнении достигнутых договоренностей?

— Юго-Восток восстал против тех людей, которые пришли к власти в результате вооруженного государственного переворота. Он имеет полное право не подчиняться тем, кто не представляет их интересы. Если на кого-то и следует Москве надавить, то это скорее на Вашингтон. Потому что киевские деятели подчиняются только ему.

Фото: EPA/ИТАР-ТАСС

Популярное в сети
Цитаты
Леонид Исаев

Заместитель руководителя лаборатории ВШЭ, востоковед

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня