18+
суббота, 1 октября
Общество

Санкт-Петербург: Ингерманландию выжгут нашатырем

Рассуждать о будущем и даже читать стихи в Питере становится опасно

  
176

Во вторник вечером во время свободной дискуссии питерских журналистов, краеведов, историков, археологов, поэтов и художников, на которую пресс-клуб «Зеленая лампа» пригласил желающих в старинный особняк на Гагаринской, 3, раздался грохот — в помещение что-то кинули, а потом едкий запах газа, похожего на аммиак, заставил особо чувствительных покинуть помещение.

— Сначала мы услышали, как что-то грохнули при входе, кто-то приоткрыл дверь с улицы и бросил три бутылки с нашатырным спиртом. Две из них разбились, — рассказал «Свободной прессе» один из координаторов клуба «Ингрия» Виктор Николаев, — мы почувствовали резкий запах, который сложно было идентифицировать. Ребята пошли посмотрели, мало ли, что-то взорвалось? Увидели, что разлита дурно пахнущая жидкость, выглянули на улицу, увидели быстро убегающих молодых людей. Как раз подходило время перерыва, мы проветрили и через 15 минут продолжили дискуссию. Все было достаточно спокойно. Хотя говорят, что эти люди спустя какое-то время вернулись и стояли на углу Гагаринской и Чайковского. Кто это был, неизвестно, никаких требований они не предъявляли, но я могу предположить, что это были хулиганы, которым не понравилась тема нашего собрания.

«СП»: — Виктор, расскажите, Ингерманландия — что это? Культурно-политическое пространство? Территория? Страна? Миф?

— Это наша земля, на которой мы живем. Ингерманландия — историческое слово. Когда Петр Первый пришел на эти земли, он ничего не переименовывал, он создал Ингерманландскую губернию, которая в те годы простиралась от моря до моря, в ее состав входили Ярославль, Тверь, губернатором был Меньшиков Александр Данилович. Люди, которые тут жили, по большому счету не менялись, им присущи определенные черты вне зависимости от того, какой они национальности, какой этнической группы, славяне они или угро-финны. Здесь была уникальная историческая общность, когда жили рядом, знали языки друг друга, брали жен из соседних деревень, постоянно перемешивались, но позиционировали себя как русские, как ижорцы, как водь, как сету, как ингерманладские финны.

«СП»: — В чем состоит ваша идея, которая так раздражает провокаторов?

— Наша идея состоит в том, что земля должна принадлежать людям, которые на ней живут, они сами должны определять, как им жить, избирать себе органы управления, власти. В составе ли Российской Федерации, в составе Евросоюза, какого-то другого сообщества, полностью ли независимо. Как это можно назвать? Северная Русь? По большому счету, это неважно. Мы выступаем за то, чтобы самоуправление строилось не сверху по вертикали, а снизу, по региональному принципу. Чтобы каждый регион самоуправлялся, и если ему нужна какая-то надстройка сверху, пусть каждый делегирует наверх те полномочия, которые необходимо. Может быть, нужна некая армия, защита от супостата. Вот такая идея, но нельзя говорить, что все сторонники Ингерманландии ее придерживаются. Как ни забавно, именно идея регионализма, идея общей семьи объединила людей совершенно разных политических взглядов: среди нас есть люди, либерально мыслящие, демократы, националисты, монархисты, коммунисты, социал-демократы, анархисты… Нас объединяет общее отношение к нашей земле и понимание того, что все должно строиться снизу, от народа.

Однако тема Ингерманландии многим не нравится. Сторонникам империи, упертым либералам, упертым националистам, антифашистам. Либералы считают нас негодяями и сторонниками власти, власти считают нас либералами, нацисты считают нас антифашистами, антифа считают нас нацистами, их объединяет одно, это все люди малоадекватные. А у нас была очень конструктивная дискуссия. Собрались люди с разными политическими взглядами и представлениями о будущем Ингерманландии, Невского края, с разными взглядами на настоящее и даже на прошлое.

Мы ежегодно проводим конференции, но в этом году решили, что формат конференции себя изжил, решили провести открытую дискуссию и обсуждение.

«СП»: — Но, выходит, о политике и культуре сегодня в Петербурге говорить небезопасно? Можно подвергнуться нападению?

— Вообще опасно жить в этой стране, подвергнуться нападению можно всегда, вне зависимости от того, что ты делаешь. Мы находимся, будто в оккупации. С одной стороны ситуацию никто не контролирует, а с другой — власти не дают взять ее под контроль. При этом одинаковым гонениям подвергаются и коммунисты, и националисты, и фашисты, и антифашисты, и сепаратисты, и имперцы. Конечно, мы все равно будем делать то, что мы делаем, пусть кому-то и не нравится, что Ингерманландия есть. Кто хотел по этому поводу что-то сказать, все были приглашены, вход был свободный. Можно было войти и высказать свою точку зрения. Далеко не все были согласны с докладчиками, да и сами докладчики критиковали друг друга.

— Это было, конечно, не случайным событием, — рассказала «СП» руководитель независимого пресс-клуба «Зеленая лампа» Елена Лиханова, — кем это было организовано, я могу только догадываться. На вид это юноши молодецкого возраста.

«СП»: — А вы их видели?

—  Конечно, видела, и лица запомнила очень хорошо. Их было четверо, они якобы пришли на дискуссию, остановились у входа, сказали, что ждут своего товарища. Потом они швырнули какие-то ампулы и бутылки, одна из которых не разбилась, остальные разбились с резким запахом нашатыря. Такого раньше у нас никогда не было.

«СП»: — Вы считаете, что эта выходка адресована именно тем людям, которые собрались вчера на это мероприятие?

— Конечно! Эти мальчики были здесь не случайно, они понимали, куда они пришли и для чего.

Наша справка

По данным Википедии ru.wikipedia.org/wiki/%D0%98%D0%BD%D0%B3%D1%80%D0%B8%D1%8 °F Ингерманла́ндия (швед. Ingermanland, фин. Inkeri или Inkerinmaa, эст. Ingeri или Ingerimaa; Ингрия, Ижора, Ижорская земля, Приневский край) — этнокультурный и исторический регион, расположенный по берегам Невы, ограниченный Финским заливом, рекой Нарвой, Чудским озером на западе и Ладожским озером с прилегающими к нему равнинами на востоке. Границей с Финской Карелией считается река Сестра.

В 1708 году эти земли вошли в состав обширной Ингерманландской губернии, с 1710 — Санкт-Петербургской Губернии, а с 1927 года — Ленинградской области (следует отметить, что границы этих образований не совпадают друг с другом и значительно менялись с течением времени).

Историческая Ингерманландия включает в себя город Санкт-Петербург, а также районы Ленинградской области: Волосовский, Всеволожский, Гатчинский, Кингисеппский, Ломоносовский, Тосненский, а также запад Кировского района до реки Лава[1]

Фото [*]

СМИ2
24СМИ
Цитаты
Сергей Ермаков

Заместитель директора Таврического информационно-аналитического центра РИСИ

Михаил Ремизов

Президент Института национальной стратегии

Комментарии
Новости партнеров
Первая полоса
Фото дня
СМИ2
Новости
24СМИ
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
Миртесен
Цитата дня
Миртесен
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня
СП-ЮГ
СП-Поволжье