18+
понедельник, 5 декабря
Общество

Откройте! Военная полиция!

Уклонистов от службы в России столько, что милиция бессильна с ними бороться. По мнению МВД, раз армии нужны солдаты — пусть сама их и разыскивает

  
323

Российская милиция, которая с 1 марта станет полицией, в течение года намерена скинуть со своих плеч одну из самых трудновыполнимых задач — розыск молодых людей, злостно уклоняющихся от военной службы. По мнению заместителя министра внутренних дел Сергея Булавина, разносить повестки на призывную комиссию и ловить тех, кто ни в какую не желает переселяться в казармы, должно само Министерство обороны. Для этого оно, считает Булавин, должно поскорее создавать военную полицию.

В принципе МВД России понять можно. Борьба с уклонистами годами носит вялотекущий характер, а ее результаты постоянно ссорят армейских и милицейских генералов. Статистика тут выглядит ужасно: если, к примеру, в 2002 году от военкомов бегали 30 тысяч потенциальных новобранцев, то в минувшем году их численность выросла почти всемеро и практически сравнялась с количеством тех, кого все же удалось облачить в солдатские ботинки. Главный военный прокурор РФ Сергей Фридинский осенью 2010 года так прокомментировал эту вызывающую глубокую печаль «картину маслом»: «Вы знаете цифры о тех людях, которые получили повестку и должны были явиться в военкомат, но не явились — их 200 000. Тем, кому повестки не удалось вручить, кого не смогли найти и не смогли обеспечить явку — 198 000». Кто не смог найти, вручить и обеспечить? Участковые милиционеры, кто же еще? Понятно, что отчетность МВД это сильно портит.

Однако Министерство обороны и Генштаб вовсе не горят желанием взваливать на себя явно провальное дело. С точки зрения военных, все решило бы ужесточение наказания за уклонение от службы. Сегодня тех, кто скрывается от призыва, наказывают в соответствие со статье № 328 Уголовного кодекса РФ. А именно — штрафом в размере от 200 до 500 минимальных размеров заработной платы или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от двух до пяти месяцев. Предусмотрен также арест на срок от трех до шести месяцев или лишение свободы на срок до двух лет.

Только пока дальше штрафа дело заходит редко. Следственные органы при территориальных прокуратурах в большинстве случаев отказывают военным комиссариатам в возбуждении уголовных дел ввиду отсутствия состава преступления. В итоге из общего количества граждан, уклонившихся от призыва, в отношении которых материалы направлены в следственные органы, только 3,8% осуждены. Но и для большинства из тех, кто все же попадает под суд, дело оканчивается легким испугом. Например, в 2008 году штрафы выплатили 15 тысяч юношей, ни в какую не желающих навещать военкоматы. Условные сроки по статье № 328 получил 91 молодой человек. Да и те попались непонятно как. Потому что уголовное дело грозит лишь тем, кто вначале расписался на повестке, а потом ее требования проигнорировал. А не открыл дверь участковому или вовремя уехал погостить к бабушке, а потому и не расписывался в получении повестки, — значит, неподсуден. Собственно, судя по словам Фридинского, именно так 198 000 из 200000 уклонистов в прошлом году и поступили.

Причем, по подсчетам Генштаба, около 100 тысяч молодых граждан призывного возраста в ходе призывных кампаний с целью уклонения от службы в армии вообще временно меняют место жительства. Начальник Главного организационно-мобилизационного управления генерал-полковник Василий Смирнов в сердцах прокомментировал это так: «Мы не знаем, где они там скрываются, в Сорбонне или у бабушки в деревне, но все списки таких граждан мы передаем в органы внутренних дел, в обязанности которых входит розыск и привод их в призывные комиссии». Судя по тому, каковы ежегодные результаты такого милицейского розыска, в МВД и до нынешнего заявления замминистра внутренних дел Сергея Булавина для требований военных давно установили большую мусорную корзину.

Не обольщаясь на этот счет, Генштаб предлагает заставить потенциальных призывников заранее собственноручно намыливать для себя веревки. Соображения на этот счет в военном ведомстве подготовлены еще летом прошлого года. Суть их в том, чтобы радикально изменить систему приписки призывников к военкоматам и явки их на призывные комиссии. Если предложения будут приняты, повесток из военкоматов в России не станет вообще. Хитроумные способы не расписываться в их получении станут излишними. Потому что каждый молодой человек, которому исполнится 18 лет, сразу после дня рождения будет обязан лично прийти в военкомат чтобы узнать, когда, по какому адресу и на какую именно призывную комиссию ему надлежит явиться. Не пришел — потенциальный преступник. Сбежать в другой город или в другую страну тоже не получится: билет на самолет, поезд или автобус перевалившим за 18-летний возраст станут продавать только при наличии в военном билете отметки военкома.

Почему-то Генштабом забыт запрет без той самой отметки принимать на работу или учебу. С ними, как представляется, военкоматовская сеть стала бы совсем уж мелкоячеистой. Однако и без того понятно, что такая система наверняка будет куда эффективней нынешней и проблему комплектования вооруженных сил решать станет проще. Только вот незадача. Лежат предложения военных в Государственной Думе с лета. И, вот увидите, будут еще долго лежать.

Причина, думается, в том, что и у депутатов, и кремлевских обитателей тоже есть сыновья. Что-то не слышно, чтобы кто-то из них впрягался в армейскую лямку. С благословения высокопоставленных пап и мам они выбирают себе стезю, от военкоматов далекую. С какой стати эти мамы и папы станут собственными руками создавать им карьерные трудности? Это же не многократно осужденные сталинские времена… Это тогда дети членов всемогущего Политбюро и высшего военного руководства валом валили в военные училища. Тимур Фрунзе, Серго Микоян, Леонид Хрущев, Александр Щербаков, Василий Сталин, Яков Джугашвили… Многие из них погибли, многие без всякой протекции стали Героями Советского Союза. Но те годы в нынешней России в пример ставить не принято.

Поэтому не думаю, что предложения Генштаба относительно ужесточения системы призыва ждет легкая судьба. Что тогда? Ждать пока и 200 000 уклонистов покажутся военным цветочками? Может, действительно в предложениях МВД перевалить столь неподъемные для страны проблемы на еще не созданную военную полицию, есть резон? Увы, тут свои подводные камни.

До сих пор сама идея формирования военной полиции в российских Вооруженных силах была связана, главным образом, с необходимостью наведения порядка в казармах, борьбой с «дедовщиной», воровством военного имущества, в том числе оружия и боеприпасов, патрулированием и охраной объектов. Когда в 2006 году эта идея прозвучала на самом верху, тогдашний министр обороны Сергей Иванов назвал ориентировочную численность новой структуры — 5 тысяч человек. Осенью прошлого года, когда, казалось, решение о создании военной полиции будет вот-вот принято, прозвучала уже другая цифра — 20 тысяч человек. И это, напомню, только для наведения порядка внутри армии.

А если на военную полицию возложить еще и обязанность вначале разносить по домам повестки, а потом еще и заниматься розыском тех все возрастающих тысяч и тысяч молодых людей, что в военкоматы все равно не желают являться? Тут же просто прорва военных полицейских понадобится!

Сможет ли военная полиция решить еще и проблему уклонистов? Эту тему обозреватель «Свободной прессы» обсудил с вице-президентом Академии геополитических проблем, доктором военных наук, капитаном 1 ранга запаса Константином Сивковым.

«СП»: — Константин Валентинович, о военной полиции за последние годы так много сказано, и так мало сделано для ее создания, что невольно закрадывается вопрос: нужна ли она вообще России?

— Начнем с того, что в свое время я довольно глубоко занимался этим вопросом. В 1997 году, когда служил в Центре военно-стратегических исследований Генштаба, пришлось быть научным руководителем сначала кандидатской, а потом и докторской диссертаций генерал-полковника Владимира Кулакова, вывшего начальника Главного управления воспитательной работы Министерства обороны, а сейчас члена Совета Федерации. Обе работы посвящены военной полиции. Поэтому время разобраться было. И тогда, и теперь уверен, что наши Вооруженные силы в таком состоянии, что без нее не обойтись.

«СП»: — Вы имеете ввиду очевидный развал армии?

— Не только. По сравнению с советскими временами произошли коренные изменения. Сегодня наши Вооруженные силы практически лишились идеологической составляющей. Заменить ее можно только принуждением. Военная полиция — один из инструментов такого принуждения. Кстати, именно этим было продиктовано создание военной полиции в армии США.

«СП»: — Это ведь случилось во время второй мировой войны?

— Да, и проблем у американцев сразу оказалось множество. Купи-продай и прочее… Они так воспитаны. Почитайте историю.

«СП»: — Теперь и у нас в армии «купи-продай» очень чувствуется.

— Правильно. На этот счет есть статистика Главной военной прокуратуры.

«СП»: — Но если все так очевидно, почему же российскую военную полицию до сих пор не создают?

— Боятся.

«СП»: — Кто?

-Те, кто имеет власть. Потому что это приведет к неизбежному возрастанию роли Вооруженных сил в обществе. Вот, скажем, МВД предлагает на военную полицию возложить обязанность отлавливать уклонистов. В принципе, это верно. Ведь уклонисты, прежде всего, проблема армии. Пусть она ее и решает. Но тогда нашу военную полицию придется наделить определенными функциями в отношении гражданских лиц. И она возьмет на себя часть обязанностей по поддержанию порядка в гражданском обществе. Одно дело поддерживать порядок в гарнизонах, а другое — контроль за территориями. Роль военных в России резко возрастет. Этого не всем хочется. Многие опасаются такого поворота событий.

«СП»: — Это единственное препятствие?

— Нет, конечно. Есть и другие. Например, придется существенно увеличить численность вооруженных сил. Тысяч на 50 офицеров и солдат. Меньше не получится. А где их взять, если мы и нынешнюю численность армии обеспечиваем с огромным трудом?

Из досье «СП».

Военная полиция как особая служба для поддержания законности и правопорядка в вооруженных силах впервые была создана в 1942 году в США. Сейчас она существует более чем в 40 государствах мира, в том числе в США, Австралии, Великобритании, Казахстане, Китае.

Во Франции, например, функции военной полиции выполняет национальная жандармерия, которая входит в состав вооруженных сил и подчиняется министру обороны Франции. Жандармерия решает задачи в интересах ВС, а также выполняет значительный объем полицейских и административных функций в интересах государства. Деятельность жандармерии имеет межведомственный характер и координируется также с министерством внутренних дел и министерством юстиции Франции.

В нашей стране впервые идея создания военной полиции была высказана в 1989 году. Российские власти вернулись к этому проекту лишь в 2006 году. 1 декабря 2009 года в Главном управлении боевой подготовки и службы войск Минобороны РФ создали отдел, который должен был определить обязанности военной полиции и подготовить необходимые документы

В июне 2010 года военный прокурор РФ Сергей Фридинский заявил, что создание полиции задерживается из-за необходимости принятия слишком большого числа нормативных документов.

Фото: Alexei Vitvitskiy, 1tv.ru

Популярное в сети
Цитаты
Леонид Исаев

Заместитель руководителя лаборатории ВШЭ, востоковед

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня