18+
суббота, 3 декабря
Общество

Чиновники сочли рынки «социально чуждым элементом»

Власти вновь травят частную торговлю — возможно, чтобы устранить потенциальную оппозицию

  
46

Весеннее оживление экономических показателей и сопутствующая ему активизация розничной торговли в Москве и некоторых других городах России привели к побочному эффекту: чиновники вновь открыли прерванную экономическим кризисом охоту на мелкорозничную торговлю. Практически в каждом районе столицы теперь есть свой «мини-Черкизон», который или закрыт, или готовится к закрытию, или боится этого.

Рынок в районе Зябликово на юге Москвы, возле станции метро «Красногвардейская», закрыт уже больше месяца. «Здесь есть два основных рынка — продуктовый и „тряпочный“, — рассказала „СП“ жительница района пенсионерка Наталья Аладжалова. — Так вот, первый как работал, так и работает, закрываться они не собираются. А „тряпочный“ закрыли с начала февраля, и там регулярно проводят митинги, требуют его открыть. Но это-то как раз не очень важно, продуктовый для района нужнее».

13 марта в полдень на территории Красногвардейского рынка состоялся очередной митинг, организованный бизнесменами и жителями района. Предпринимателей с рынка особенно возмутило, что от принятия районными чиновниками решения о закрытии рынка до прекращения торговли на нем прошло всего 3 суток. Впервые о ликвидации рынка работники узнали 26 января, когда представители районной управы стали распространять среди торговцев листовки, где было написано о закрытии. А когда предприниматели отправились за разъяснениями, им просто сказали, что так решила межведомственная комиссия. Рынок, проработавший 17 лет, свернули за несколько дней. Прошло больше месяца, люди до сих пор приходят на свои торговые точки, хотя торговать им не разрешают — угрожают штрафами.

Между тем, хотя не всем жителям Зябликова важен вещевой рынок, он имеет довольно заметное социальное значение — на нем работают несколько тысяч человек. Они-то и пытаются отстоять свое право торговать на площади возле метро. Помимо вещевого рынка, на «Красногвардейской» существует еще и строительный — а это, учитывая начинающийся летний сезон, вполне «взрослые» денежные потоки, перекрывающие вещевую торговлю. Строительный рынок чиновники также пригрозили ликвидировать.

Таким образом, несмотря на смену власти в Москве, продолжается излюбленная политика столичных чиновников эпохи Юрия Лужкова — гонения на рынки, ларьки, палатки и прочие виды мелкой розничной торговли. В общем ряду притеснений, которые достаются на долю малого бизнеса в данном случае — и постоянное ужесточение правил торговли, и регламентация продажи спиртного и табака. При этом, если необходимость ограничения торговли алкоголем хотя бы понятна, то эстетические претензии, предъявленные к виду ларьков осенью 2010 года, многие расценили как объективно надуманные.


«Я считаю, что это, во-первых, история о Собянине — о том, что ему надо создавать видимость реформ в городском хозяйстве, — заявил в интервью „СП“ председатель профсоюза „Деловые люди“, один из главных активистов „черкизовского сопротивления“ Леонид Развозжаев. — И под это дело местные начальники берут под козырек и начинают бездумно уничтожать малый бизнес». По данным Развозжаева, закрытие рынков грозит потерей 1,5 тыс. арендных мест, а это более 3 000 сотрудников.

Помимо митингов, в поддержку рынка в Зябликово собирают и подписи — их сейчас уже более двадцати тысяч. Однако кому можно показать эти подписи, чтобы рынок оставили в покое — пока непонятно. Управа явно не заинтересована в продолжении существования рынка, как и префектура.

«Приходил вчера глава управы Зябликово, — рассказал Развозжаев. — На прямой вопрос — что вы хотите строить на этом месте? — он сказал, что пока не знает». Это — прямое свидетельство того, что основная цель чиновников — не расчистить площадку под какие-то нужды, а именно закрыть рынок как место торговли. «Согласитесь, мотивация какая-то странная, — отметил Развозжаев. — Для чего закрывать? При Лужкове они прикрывались тем, что на Черкизовском рынке контрафакт, контрабанда и прочее. А потому планировали там строить какие-то объекты. Но здесь-то ничего не решили делать, не приняли никакого решения — зато есть решение об уничтожении рынка».

То, что предпринимателям пока разрешают находиться на территории рынка — уже признак некоторого, по московским меркам, либерализма: вспомним, что во время закрытия Черкизовского рынка он был в один день «зачищен» от всех коммерсантов и закрыт даже для вывоза товаров.

Что касается возможного восстановления незаконно закрытых рынков по суду, то Россия почти не знает таких прецедентов — и уж тем более не знает о них Москва. Известно лишь два за новейшую историю столицы случая, когда закрытые торговые площадки возобновляли свою работу — это открытый после сворачивания строительных проектов Черемушкинский рынок, а также недавно начавший работу рынок у станции метро «Домодедовская» — как и обещали власти, его открыли после завершения строительства транспортного терминала и торгового центра.

«В регионах иногда случается, что рынки вновь открываются, — продолжает Леонид Развозжаев. — Например, в Старом Осколе Белгородской области, благодаря гигантской активности старооскольских предпринимателей, вмешался губернатор и отменил решение. Там местные власти, по всей видимости, мудрили что-то в своих интересах. А губернатору зачем лишние сложности, лишнее напряжение? Приехал и, применив свою вертикаль, приказал открыть рынок. При этом и суды принимали негативные решения, но по воле губернатора решения были проигнорированы, рынок удалось отстоять».


Официальная причина гонений чиновников на рынки — архаичность этой формы торговли. О том, что рынки, как и ларьки — это «нецивилизованно», не раз заявляли и Юрий Лужков, и Сергей Собянин, и их подчиненные. Однако, по мнению многих экспертов, дело не столько в этом, сколько в заинтересованности чиновников, которым проще работать с торговыми сетями, чем с рынками. Об этом «СП» рассказал Михаил Делягин, директор Института проблем глобализации:

«СП»: — Как вы объясните нелюбовь чиновников к рынкам?

— Как правило, чем менее организован рынок, тем ниже на нем цены. Соответственно, более организованные формы торговли — и гипермаркеты, и крупные рынки типа бывшего Черкизовского или нынешнего Черемушкинского — заинтересованы в том, чтобы у них не было конкурентов. Любой супермаркет заинтересован в том, чтобы вокруг него не было ни одного ларька, чтобы они были закрыты под любыми предлогами.

Пока бушевал кризис, эта тенденция была ослаблена — всем было не до жиру, все выживали. Магазины закрывались сами, инвестиции в расширение организованной системы торговли не шли. А сейчас, когда острая фаза кризиса изжита, люди, которые создавали крупные рынки и торговые сети, продолжили массированную экспансию, в том числе в регионы. Соответственно, там, куда приходят либо глобальные торговые сети, либо просто торговые сети, либо крупные рынки — неорганизованные рынки зачищают просто в рамках недобросовестной конкуренции.

«СП»: — Это московское явление или общероссийское?

— Это — в масштабах Российской Федерации в целом. Но, конечно, каждый конкретный случай может быть объяснен санитарными и другими требованиями. Причем, я думаю, что учитывая реальное отсутствие потребительского надзора в стране, все претензии к таким рынкам — ну, большинство — вполне справедливы. Просто эти претензии справедливы и в отношении более крупных рынков, и торговых сетей — но к ним они почему-то применяются не так строго.

Можно зайти в любой крупный торговый центр невысокой категории, посмотреть, какого качества продукция там продается… И ничего, все довольны и счастливы! А вот если что-то недоброкачественное будет продаваться в ларьке, то тут живо настучат конкуренты — причем не из соседнего ларька (у тех нет возможности), а из торговой сети или крупного рынка. В общем, речь идет о чисто экономической зачистке.

«СП»: — Но почему именно крупные сети выгоднее чиновникам?

— Более крупные торговые структуры заинтересовывают чиновников материально — скорее всего. Если иметь в виду коррупционную мотивацию, то с владельца одного Черкизона можно получить легче и больше, чем с хозяев сотни мелких торговых точек. Поэтому чиновнику выгоднее иметь дело с большими торговыми сетями.


Правда, возможно, дело не только в экономическом интересе властей. Стоит вспомнить еще и то, что в последние годы (особенно после разорения Черкизовского рынка) мелкие торговцы стали довольно активной и при этом весьма озлобленной политической силой. Привычные действовать самостоятельно, эти люди с рынков куда опаснее для властей, чем интеллигенция. Кроме того, именно предприниматели этой категории находятся на острие межнационального конфликта в российских городах — это им в первую очередь переходят дорогу иностранные бизнесмены, опирающиеся на диаспоры.

Вышесказанное делает рынки хорошим полем для агитации за практически любую оппозиционную партию. Так, во время митингов в защиту Красногвардейского рынка среди протестующих находились и политические активисты — «Левый фронт», некоторые националистические организации. Очень возможно поэтому, что одной из немаловажных целей «зачистки» рынков является как раз устранение этой малоприятной для чиновничества протестной площадки.

Фото: esosedi.ru

Популярное в сети
Цитаты
Леонид Исаев

Заместитель руководителя лаборатории ВШЭ, востоковед

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня