18+
воскресенье, 4 декабря
Общество

Новая задача Сердюкова: Пельмени разлепить, дрова — в исходное

Минобороны прозрело и просит разогнанных контрактников вернуться — здоровых призывников не набрать даже облавами

  
167

Министр обороны России Анатолий Сердюков заявил, что в ближайшие годы в Вооруженные силы предстоит набрать 425 тысяч солдат-контрактников. Если учесть, что по изменчивым планам военного ведомства в строю должно остаться 220 тысяч офицеров, то получается, что на долю солдат-срочников остается порядка 350 тысяч должностей. Примем также во внимание, что на сегодняшний день срочная служба длится год, а призывных кампаний ежегодно по две — весной и осенью. Тогда выходит, что в каждую из этих кампаний военкоматам придется отправлять в войска примерно по 175 тысяч новобранцев.

К чему вся эта утомительная цифирь? А к тому, что, судя по всему, в Министерстве обороны РФ сделали выводы из минувшего осеннего призыва, завершившейся оглушительным провалом. Да, осенью в армию и на флот удалось набрать 278 тысяч рекрутов. Но какой ценой? Минувший план призыва впервые не выполнили сразу несколько российских регионов. И это несмотря на беспрецедентно жесткие меры военкоматов и милиции, устраивавших уличные облавы на потенциальных призывников и ночные налеты на студенческие общежития. Меры эти оказались жесткими настолько, что был вынужден вмешаться уполномоченный по правам человека в РФ Владимир Лукин. 30 декабря 2010 года он направил официальное письмо начальнику Главного организационно-мобилизационного управления Генерального штаба Вооруженных Сил РФ генерал-полковнику Василию Смирнову с требованием пресечь подобные действия военных комиссариатов, призывных комиссий и соответствующих должностных лиц.

Несмотря на выходящее за рамки законов усердие военкоматов, картина получилась такая. Если на начало осеннего призыва в злостных уклонистах, ни в какую не желающих навещать военкоматы, значились 133 тысячи молодых людей (не менее 40 тысяч из них — юные москвичи, не имеющие права на отсрочку), то теперь беглецов оказалось около 200 тысяч человек. Между прочим, число, сопоставимое со штатной численностью всего рядового и сержантского состава Сухопутных войск России.

Не успели в Генштабе и Минобороны утереть осенний пот со лба, как на носу уже весенний призыв, который, как обычно, начнется с 1 апреля. Снова где-то нужно отыскать едва ли не 300 тысяч юношей, пригодных к службе и не питающих к ней такого отвращения, чтобы кидаться в бега. Но страна, все глубже погружающаяся в демографическую яму, просто не способна представить военкоматам столько относительно здоровых, законопослушных и не имеющих отсрочек молодых людей. По данным завлабораторией военной экономики Института экономики переходного периода Виталия Цымбала, в призывной возраст нынче вступают менее 700 тысяч мужчин в год, но при этом треть из них оказываются не годны к службе в армии.

От этой арифметической безысходности, очевидно, и родились те самые сердюковские планы снова по всей стране набирать контрактников. Однако соответствующие распоряжения министр обороны, видимо, подпишет тем же пером, которым он же санкционировал ударный разгон все же поселившихся в казармах наших «рэмбо» минувшим летом. Как в старом армейском анекдоте: «Пельмени разлепить, дрова — в исходное».

Давайте вспомним метания Минобороны по поводу комплектования Вооруженных сил профессиональными солдатами. В 2003 году родилась первая Федеральная целевая программа (ФЦП) «Переход к комплектованию военнослужащими, проходящими военную службу по контракту, ряда соединений и воинских частей» на 2004- 2007 годы. Было объявлено, что в строй желательно поставить порядка 130 тысяч солдат-контрактников. Выделили на это начинание 84,4 миллиарда рублей. Дело сразу пошло туго. На те 7−10 тысяч рублей, которые каждому «профи» предложили в качестве жалованья, очереди в военкоматы не выстроились. А от тех, что все же «подписались», командирам только добавилось головной боли.

Тогда родилась другая ФЦП. Под точно таким же названием, но на 2009−15 годы. По ней планировалось набрать в армию 84,4 тысячи контрактников. Лишь на первый год по ФЦП Министерству обороны выделили 26 миллиардов рублей. Еще 16,2 миллиарда — на 2010 год. Гигантские деньги ушли, как в песок.

Итог этому финансовому безумству в 2010 году весьма неожиданно и с детской непосредственностью, не предусматривающей никакой ответственности, подвел начальник Генерального штаба Вооруженных сил РФ генерал армии Николай Макаров: «А мы и не переходим на контрактную основу. Допущено было очень много ошибок, и та задача, которая ставилась — построение профессиональной армии — решена не была… Мы пришли к пониманию, что контрактник должен готовиться по совсем иным методикам, чем было ранее».

Чуть позже уже и Сердюков доложил президенту страны: «Нас результаты этой программы не удовлетворили. Мы несколько недооценили ситуацию в части, кто должен переходить на контракт, на каких условиях, под какие денежные содержания».

Кто ответит о пущенных по ветру миллиардах — об этом не сказано до сих пор.

Летом прошлого года начался форменный разгон тех контрактников, которых все же удалось затащить в Вооруженные силы. О том, как это делалось, в открытом письме президенту Дмитрию Медведеву написали военнослужащие 3-й бригады радиационной, биологической и химической защиты, дислоцированной в Кинешме.

Там, в частности, говорилось: «Обращаемся к Вам, как к Верховному главнокомандующему и президенту России, с одной единственной просьбой — пресечь творящийся в нашей воинской части откровенный «беспредел» командования, связанный с массовым увольнением военнослужащих-контактников. Начиная с осени 2010 года, нас стали уговаривать уволиться «по собственному», в противном случае будут увольнять в связи с несоблюдением условий контакта с дальнейшей невозможностью восстановления на военной службе, без обеспечения жильем и с прочими негативными «особенностями» увольнения с подобного рода формулировкой. В настоящее время угрозы командования стали реализоваться на практике и несогласные на добровольное увольнение начали пополнять ряды городских безработных и бомжей.

У многих из нас семьи и малолетние дети, некоторым совсем немного осталось до выслуги, дающей право на получение пенсии, однако ничто не принимается во внимание, нас попросту выкидывают со службы как ненужных хозяину щенков. В обоснование «правомерности» нашего увольнения проводятся всевозможные проверки и зачеты, результаты которых наглым образом искажаются, «стряпаются» ведомости, на основании которых аттестационная комиссия дает «нужные» заключения, после чего, без всякого собеседования, необходимого при принятии решения об увольнении, нас ставят перед фактом исключения из списков воинской части и предлагают идти «на все четыре стороны».

Прошло полгода и Сердюков в очередной раз скомандовал «Полный назад!». Теперь выяснилось, что разогнанные полгода назад контрактники Вооруженным силам не просто срочно необходимы. Их, оказывается, надо набрать втрое больше, чем было запланировано даже в двух благополучно проваленных ФЦП.

Понятно, что набирать придется на совсем другие деньги, иначе снова ничего не получится. «Размер денежного довольствия солдат и сержантов контрактной службы «должен увеличиться в разы и превышать средний размер заработной платы работников отраслей экономики», — предварительно пообещал начальник Главного организационно-мобилизационного управления Генштаба генерал-полковник Василий Смирнов. При этом одним кратным увеличением жалованья отделаться не удастся. Дополнительные сотни тысяч служебных комнат или квартир для «профи» — это само собой. Значит и миллиардов военному ведомству понадобится существенно больше.

Перспективы, сроки и способы возвращения в Вооруженные силы солдат-контрактников обозреватель «Свободной прессы» обсудил членом Совета при президенте РФ по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека, координатором общественной инициативы «Гражданин и армия» Сергеем Кривенко.

«СП»: — Сергей, откуда взялась эта цифра — 425 тысяч контрактников?

— Она родилась после обсуждения проблемы комплектования Вооруженных сил в Совете безопасности страны и в администрации президента.

«СП»: — Насколько реально набрать такую уйму профессиональных солдат, если за долгие годы не собрали и куда меньше? А потом и тех разогнали?

— Пока никаких реальных проработок нет. Есть идея, и больше ничего. Все ясно понимают, что после перехода на годичную срочную службу имеющихся призывных ресурсов не хватит, чтобы обеспечить миллионную армию.

«СП»: — Так может быть с переходом на год службы поторопились?

— Ничего подобного. Не поторопились. Но давайте вспомним, что должно было этому сопутствовать? По принятой в 2003 году Федеральной целевой программе из общего числа соединений мы должны были иметь 50% частей постоянной готовности, укомплектованных исключительно профессионалами. Остальные полки, бригады и дивизии замышлялось иметь в статусе учебных. Военнослужащие-срочники должны были служить только там. То есть без крайней нужды в военных действиях они не должны были участвовать. Года службы им бы хватило, чтобы приобрести необходимые навыки и уволиться в запас.

«СП»: — Но ведь сегодня все вообще не так. Никаких учебных частей нет. Все, как утверждает Сердюков, — в часовой готовности вступить в бой. И во всех частях — солдаты срочной службы. При этом переход на год службы все же состоялся. Тут же возникла проблема с призывом. Потому что потребность войск в пополнении мгновенно возросла.

— Да, та программа не выполнена. Генералы ее провалили. Имел место обычный саботаж. Не было сделано даже то, что не требовало финансирования. Например, не изменены уставы. Осталась весьма несовершенной и форма контракта.

«СП»: — Вы можете назвать имена саботажников?

— Они сидят в Главном организационно-мобилизационном управлении Генштаба. Хотя можно было бы назвать и тогдашнего министра обороны Сергея Иванова. Потому что за все, что происходит в армии, отвечает министр. За невыполнение ФЦП — тем более. Генералы не только не выполнили программу. Были разворованы и деньги, которые на нее выделены. Например, общежития, которые кое-где все же построили для контрактников, стали рушиться буквально через три года.

«СП»: — Есть примеры?

— Например, рушится здание в Хабаровске. Не построили общаг для семейных солдат. О детских садах и школах я уже не говорю.

«СП»: — Теперь, вы считаете, все необходимое построят?

— Надеюсь, более взвешенно подойдут. По крайней мере, жалованье контрактника планируется более адекватное, примерно 35 тысяч рублей в месяц. Главное, не отдавать перевод армии на контракт Министерству обороны. А то оно было и заказчик, и исполнитель, и контролер. Вот многое и растащили.

«СП»: — Кому же теперь поручить новые миллиарды?

— Скажем, Совбезу.

«СП»: — Но в любом случае, на воплощение даже реальных планов под самым строгим контролем понадобятся годы. А весенний призыв начнется через неделю. Снова будут облавы на призывников?

— Если установят прежние цифры — это неизбежно. Больных будут призывать, как осенью. Этих больных нахватали столько, что дезорганизовали службы в некоторых воинских частях. Госпитали забиты, койки ставят в три яруса.

«СП»: — В три яруса? Это где?

-В Подольском госпитале, например.

«СП»: — Невероятно. Но если контрактников разогнали, здоровых срочников не хватает, то что вы предлагаете?

— Предлагаю вернуться к прежним планам. Помните, когда мы собирались выходить на численность Вооруженных сил в 1 миллион человек? К 2016 году. Сердюков доложил, что после всех сокращений достиг этого показателя в прошлом году. Цена оказалась слишком дорогой. Давайте на самом деле выйдем на миллион к 2016 году. Но подойдем к этой цифре не сверху, путем сокращений, а снизу. Пусть пока Вооруженные силы будут меньшей численности. Все равно даже после призыва заведомо больных солдат в них некомплект.

Популярное в сети
Цитаты
Леонид Исаев

Заместитель руководителя лаборатории ВШЭ, востоковед

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня