Общество

Маленькие алкоголики большой России

5 миллионов российских подростков в возрасте от 11 до 18 лет регулярно пьют спиртное

  
2780

Шокирующее сообщение пришло на днях с Урала по лентам информационных агентств. История изначально касалась дорожно-транспортного происшествия, случившегося на 22-м километре автодороги Пышма-Нагибино в Свердловской области. Там 25-летний водитель ВАЗ-21093, превысив скорость, не справился с управлением и врезался в дорожное ограждение. Инцидент, на первый взгляд, даже банальный. Но дело вовсе не в самой аварии — в ней, к счастью, никто не погиб: хозяин машины отделался переломом челюсти, а двое его пассажиров — ушибами и ссадинами.

Одной из пострадавших пассажирок оказалась совершенно пьяная 11-летняя девочка. В ходе дознания позже выяснилось, что ребенок состоит на учете в территориальном подразделении по делам несовершеннолетних. Девочка не посещает школу, систематически злоупотребляет спиртным и постоянно уходит из дома на несколько дней без ведома родителей. В этот раз она взяла у матери недавно приобретенный сотовый телефон, чтобы послушать музыку, а вечером в очередной раз домой не вернулась.

Случай, казалось бы, частный. Дело семейное: видимо, мать уже не в состоянии повлиять на дочурку или просто махнула на нее рукой. Другой вопрос: где тогда профессионалы, призванные помогать в подобных ситуациях детям и их родителям? Почему, в конце концов, малолетнюю пьяницу не отправят лечиться от пагубной зависимости?

Ответа — нет. Зато есть алкоголизм с детским лицом, и лицо это год от года становится все более юным.

В России более 11,5 тыс. детей-алкоголиков. Но это только по данным официальной статистики, истинные же цифры, скорей всего, на порядок выше. Средний возраст употребления алкоголя за последние десять лет снизился с 14 до 10 лет.

Еще бы, магазины изобилуют слабоалкогольными коктейлями: апельсин, клубника, карамель — не витрина со спиртным, а кондитерская лавка. Алкогольный коктейль теперь самый покупаемый напиток у детей от 13 до 17 лет. Разноцветные баночки стоят среди шоколадок и лимонада, и маскируются под газировку в ярко-раскрашенной упаковке. По виду они практически неотличимы, по цене — тоже.

С не меньшей охотой покупают и пиво, и спиртное повышенной градусности.

По экспертным оценкам Роспотребнадзора, 5 млн подростков в возрасте от 11 до 18 лет употребляют спиртное регулярно. Пьющие дети сегодня — это не только малолетние бродяги, живущие без присмотра и опеки. Часто это обычные мальчики и девочки из вполне благополучных семей.

Как, например, шестиклассницы одной из школ Владивостока, которые «прославились» на всю страну 1 сентября 2011 года. Четыре 12-летние подружки решили отметить День знаний и после торжественной линейки отправились в ближайший к школе киоск, где без проблем купили две бутылки водки.

Водка ко всему прочему оказалась еще и «паленой», что привело всю компанию на больничную койку. Отравление было настолько сильным, что одна из девочек даже впала в кому.

Естественно скандал поднялся нешуточный. Но что интересно: все участницы застолья были, как выяснилось, из благополучных семей. В школе их даже называли отличницами.

Врачи единственного во Владивостоке Центра острых отравлений рассказали тогда, что ежегодно в алкогольной коме разной степени тяжести в реанимацию поступают порядка 30−35 школьников. Зачастую возраст пациентов не превышает 12 лет, в большинстве случаев они беспрепятственно смогли купить алкоголь в торговых точках Владивостока.

В масштабах страны статистика следующая: более 40% из всех зафиксированных отравлений у детей и подростков вызваны употреблением алкоголя. И спасти удается не всех.

10-летнюю Анжелику С. из Каслинского района Челябинской области — не удалось. А началось все с того, что после уроков две четвероклассницы решили выпить пиво и, чтобы их никто не увидел, отправились на местное кладбище. Вечером одна из девочек ушла домой, а Анжелу утром нашли на погосте мертвой. Вскрытие показало, что она не замерзла, как решили сначала, а скончалась от отравления спиртным.

«Проблема детского алкоголизма гораздо серьезнее таковой у взрослых людей, поскольку в период формирования и становления всех физиологических функций болезнь протекает в злокачественной форме, происходит быстрая деградация личности, развиваются тяжелые сопутствующие заболевания», — говорит нарколог Екатерина Волкова. По ее словам, основными «мишенями» в детском организме для алкоголя являются мозг, печень, кровь. Но наиболее уязвима для действия этанола — еще незрелая центральная нервная система: «Именно в пубертатный период, когда происходит образование нейронных связей и их дифференцирование, больше всего страдает личность ребенка: затормаживается общее развитие — логическое и абстрактное мышление, эмоциональная сфера, интеллект, память».

Нетрезвые подростки не только часто становятся объектами преступных посягательств, но они и сами способны легко перешагнуть черту.

Пьяные семиклассницы избили девочку в Иркутске, пострадавшая госпитализирована — у нее порвана губа и многочисленные синяки на лице и теле. В Перми пьяная 14-летняя девочка выпала из окна десятого этажа, и скончалась в больнице от полученных травм. 14-летняя школьница из Вельска Архангельской области в состоянии алкогольного опьянения зарезала родную бабушку, которая отчитала внучку за прогулы уроков.

Это всего лишь малая толика происшествий с участием детей подшофе.

Эксперты признают, ряд запретительных антиалкогольных мер, принятых руководством страны в последнее время, снизил накал проблемы. Но лишь отчасти. Мы уже не на первом месте в мире по уровню детского алкоголизма.

«Россия не занимает первое место по количеству злоупотребляющих алкоголем несовершеннолетних, особенно в последние годы. Есть достаточно стран, в том числе и европейских, где этот показатель даже выше чем в нашей стране. Мы же сегодня можем сказать, что в РФ количество лиц, которые употребляют алкоголь, неуклонно сокращается. Это касается и несовершеннолетних, — говорит руководитель отдела детской наркологии ННЦ Наркологии Министерства здравоохранения и социального развития РФ Алексей Надеждин. — Тем не менее, детей, которые употребляют спиртные напитки, у нас все еще недопустимо много».

«СП»: — Можете привести конкретные цифры?

— В 2011 году закончен большой проект европейских школьных исследований (Россия принимала в нем участие) по употреблению молодежью психоактивных веществ. Презентация доклада состоялась 12 апреля 2012 года. Если в 1999 году употребление алкоголя в течение жизни среди учащихся возрастной группы от 15 до 16 лет было 93% (это те, кто хотя бы раз пробовал) и 30% тех, кто пробовал более 40 раз. То в 2011 году хотя бы раз в жизни пробовали 84%, сорок и более раз — уже 21%. Разница — десять процентов за десять лет. Это очень много.

«СП»: — Чем же обусловлена такая положительная динамика?

— У нас улучшается уровень жизни. У нас реализуются антиалкогольные программы. У нас впервые проводится политика, направленная на снижение употребления алкоголя. Обратите внимание: во многих регионах проводится сокращение времени продажи алкоголя. Например, в Московской области после 23.00 алкоголь практически вообще не купишь. Сейчас такая тенденция наблюдается и в Москве. Я думаю, что скоро по всей России алкоголь будет продаваться очень ограниченное количество времени. Напомню: общемировая политика уже давно выработала эффективные механизмы снижения потребления алкоголя населением тех стран, где эти меры реализуются.

«СП»: — Какие же это меры?

— Это порядка пяти мер. Повышение цены на единицу алкогольной продукции, сокращение точек продаж алкогольной продукции, сокращение времени продажи, запрещение продажи алкогольной продукции несовершеннолетним и борьба с незаконным оборотом алкогольной продукции. Если эти меры последовательно реализуются, то население начинает пить меньше.

«СП»: — Говорят, что строгость наших законов компенсируется необязательностью их исполнения. Это не тот случай?

— Да, это очень большая проблема. У нас есть прекрасные законы: например, тот же Кодекс об административных нарушениях, но почему-то полиция практически не работает по выявлению и пресечению вот этих действий. Это беспокоит не только общественность, но и представителей других, неправоохранительных ведомств. Полицию надо побуждать работать со статьями, связанными с КоАП РФ. Потому что уголовные преступления нас, конечно, очень тревожат, но, в общем-то, нашу жизнь отравляют те поступки наших несознательных сограждан, которые относятся, скорее всего, к компетенции административного кодекса. Это продажа спиртного и сигарет несовершеннолетним, это сквернословие, хулиганские выходки, разбрасывание мусора на улице. Контроль здесь, конечно, нужен более жесткий.

Но не возможно же поставить постового у каждого табачно-продуктового киоска, каждой дворовой лавочки или в каждом подъезде.

Еще прошлым летом президент Дмитрий Медведев подписал закон, который признает алкоголем любые напитки крепче полуградуса и запрещает продавать их в ларьках, на автобусных остановках, у станций метро, на рынках, автозаправках, а в ночное время даже в супермаркетах. В список мест, где с июля 2011 соображать на троих стало противозаконно, вошли и подъезды, и детские площадки, и парки, и даже лифты. Ужесточили, казалось бы, наказание за продажу алкоголя несовершеннолетним: за бутылочку пива из-под полы можно и в тюрьму угодить на два года.

Меры приняты. Но картинка московских, к примеру, улиц визуально почти не изменилась. Пиво и коктейльчики из разноцветных баночек и бутылок взрослые и школьники пьют на ходу, никого не боясь и не стесняясь. Детская площадка во дворе моего дома вечером, как и год назад, превращается в бар под открытым небом — с определенным набором спиртного, матерящимися в голос завсегдатаями, а иногда и «дружеским» мордобоем. Если бы не дворники-узбеки, по утрам убирающие следы ночных пиршеств, детский городок давно превратился бы в мусорную свалку. Кстати, отдел участкового находится в каком-то квартале от этого места, но сам уполномоченный за наведением порядка во дворе замечен ни разу не был. Впрочем, понять его можно: он — один, а таких дворов…

Вот врач психиатр-нарколог Сергей Зайцев считает, что одними запретительными мерами с проблемой алкоголизации населения, и в частности молодежи, не справиться:

— Эффективный контроль за наркологическими заболеваниями складывается из двух элементов. С одной стороны, это меры ограничения доступности, принуждения к трезвости и запретов. С другой стороны — меры по информированию населения об отношениях с алкоголем. Вот если методы ограничения и запреты применяются без информирования, то проблему не решить. А население у нас не владеет информацией об отношении с алкоголем. Люди не знают ничего: что такое влечение, как формируется алкогольное поведение, как оно угасает, как страдает физиология. Нет в массе они, конечно, понимают, что пить вредно — это на бутылке написано. Но вряд ли, например, знают, что в пиве содержатся аналог женских половых гормонов, а избыток женского гормона в организме ребенка приводит к тяжелым нарушениям всей эндокринной системы. Уже к 30 годам любитель пива со стажем будет не способен к нормальной сексуальной жизни.

«СП»: — И все же алкоголь довольно рано пробуют многие, но далеко не все становятся от него зависимыми.

— Но насколько далеко не все? Есть биологическая предрасположенность формирования алкогольной болезни. В России предрасположенность у четырех человек из пяти, как и во всех других северных странах — Норвегии, Швеции, Финляндии, у жителей которых генетические механизмы защиты ослаблены. А вот реализует себя или нет эта предрасположенность в болезни, зависит от двух основных элементов — от информированности об отношениях с алкоголем и от влияния семьи. Если семья дисгармоничная, если в семье действуют ошибочные стереотипы поведения, то тогда здесь формируется алкогольная болезнь. Но если человека хорошо проинформировать, то опьянение им воспринимается ни как праздник и удовольствие, а как отравление, как проблема, которую нужно срочно решить.

«СП»: — Нужен ли в таком случае закон о принудительном лечении алкоголезависимых детей и подростков?

— Вообще, я оцениваю ситуацию с алкоголем в нашей стране как чрезвычайную. В некоторых регионах, где алкоголь, наркотики, табак не представляют угрозу населению, такой закон не нужен. Скажем, в Татарстане. А вот там, где идет полным ходом вырождение, вот там требуется вводить чрезвычайное положение. Как вводить? Да, любой губернатор имеет право ввести ЧП у себя в регионе, если есть угроза жизни хотя бы тысячи человек. Если такое положение введено, то в рамках ЧП может применяться и принудительное лечение нуждающихся детей, подростков или взрослых.

Фото ИТАР-ТАСС/ Александра Мудрац

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Михаил Делягин

Директор Института проблем глобализации, экономист

Павел Грудинин

Директор ЗАО «Совхоз им. Ленина»

Сергей Обухов

Член Президиума, секретарь ЦК КПРФ, доктор политических наук

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня