Общество

Протестанты ушли в лес

Репортаж из летнего лагеря под Воронежем

  
80

Под Воронежем завершил работу лагерь гражданских активистов под хэштегом #ДобрыйЛагерьЮг.

Депутат Госдумы Илья Пономарев прибыл в Воронеж в 4 утра 15 июля на собственном автомобиле, загруженном так, что на оставшиеся 2 места впереди постоянно сваливались сверху то палатка, то котелок. Посмотрев на наш походный вид, охранники самого демократичного кафе в Воронеже решили нас все-таки не пускать. Пономарев предложил не отстаивать в данной ситуации прав, а поехать сразу на место и переночевать там. На рассвете мы поставили пару палаток у каких-то живописных развалин на берегу речки Усманки в 10 километрах от Воронежа и проспали часа 4 до того, как солнце выгнало нас из под накалившегося брезента.

Лагерь поставили быстро, и к приезду первых постояльцев уже был готов обед и программа.

В программе значились местные и московские лекторы, в дискуссиях участвовали активисты, собравшиеся с соседних областей. Постоянно в лагере жили человек 15−20, в целом его посетило примерно 80 участников. Спектр политических и профессиональных принадлежностей приближался к полному: на центральной площадке висело знамя «Левого Фронта», на некоторых палатках — имперки. Ветераны протестных действий вспоминали восьмидесятые и начало девяностых, семнадцатилетний студент техникума общественного питания слушал Илью Матвеева, рассказывающего о профсоюзах.

Центр «Э»

А предварялось все это вполне детективной историей. Активист Анатолий Кравченко, участвовавший в организации лагеря, за несколько дней до его старта обнаружил за собой слежку. Надо сказать, что воронежский центр «Э» с большой охотой изучает местное протестное движение — за многими Воронежскими оппозиционерами следует по два, а то и по четыре, работника с характерными барсетками. Анатолия же просто вызвали для беседы сотрудники УВД и предупредили, что организовывать никаких лагерей не надо, что причина посадить его всегда найдется и, что все будет хорошо, если он будет сотрудничать. После встречи с сотрудником полиции Анатолий заметил слежку, а ночью, во дворе дома, ему пришлось спасаться от какого-то человека, выскочившего на него из зарослей палисадника. Общаться активист не пожелал и быстро вошел в квартиру, после чего человек снаружи стал пытаться вскрыть дверь. Кравченко вызвал полицию, которая, приехав, не поднялась к Анатолию и даже не зашла в подъезд, а преследовавший активиста беспрепятственно скрылся. Только после приезда правозащитника Натальи Звягиной у Анатолия приняли заявление о преследовании, ехидно интересуясь психическим здоровьем заявителя.

В первый же день работы лагеря прошло несколько рандеву с местными правоохранителями. Первое было тоже достаточно детективным. На поляну въехала пара автомобилей, из которых вышли крепкие парни и стали устраиваться на пикник. Включили музыку и, отмахиваясь от комаров, открыли пиво. Активистам сказали, что приехали с ночевкой и ждут жен. Развели костер, хотя это делать в том месте было запрещено (в лагере был специальный поддон и закрытая печь). Из подслушанных разговоров стало ясно, что ждут они не жен, а целый отряд официальных лиц, которые появились в течение пары часов: пожарный, участковый, еще какие-то люди, активно инструктируемые «отдыхающими». Пожарный нарушений не нашел, а участковый раз пять переспросил Илью Пономарева, какой он депутат — городской или областной, а если московский, то все-таки, городской или областной. После того, как он продиктовал ответ про Государственную думу в трубку, вся делегация расселась по машинам и уехала. За ней съехали, даже не переночевав, отдыхающие. После «эшники» раза по 2 в день приезжали в лагерь то с пожарными, то без, переписывали всех и удалялись.

Удальцов

Конечно, все правоохранительные органы Воронежа изрядно переполошились: был заявлен визит многих оппозиционеров, включая Сергея Удальцова. Хотя, когда он приехал на автомобиле из Белгорода, ни полиции, ни обилия людей в штатском замечено не было. А на пресс-конференцию, как ни странно, пришло всего человек 10 журналистов, включая, между прочим, съемочную группу Воронежского филиала государственной телерадиокомпании. Позже, проведя встречу с местными левыми организациями, на которую собралось около 100 человек, Удальцов прибыл в лагерь. У костра говорили о принципах формирования координационного комитета в Москве — органа управления оппозицией, составляемого на выборной основе, в том числе из региональных лидеров. Про необходимость выставлять свои кандидатуры на любых региональных выборах — это уже общее место всех дискуссий в лагере. Еще поговорили о негативных сценариях и о возможности посадки некоторых оппозиционных лидеров в сентябре. На этом месте речь Сергея была дополнена появлением сотрудников центра «Э», пожелавших мирно переписать собравшихся.

Никель

Слух, что по окончанию работы лагеря будет заключительный митинг в центре Воронежа, появился в связи с заявленной на 22 июля акцией против добычи цветных металлов в Воронежской области. Эта тема подогревает общественный протест уже полгода после проведения конкурса на освоение месторождений, известных еще с 60-х годов, но замороженных в силу аграрного профиля региона. И вот сегодня при самой низкой мировой цене на никель за последние 10 лет, притом, что около 95% добываемого металла просто продается за рубеж, принято решение копать шахты. Однако уже возможен отказ от этого проекта исключительно в силу повышенной протестной активности: казаки стали заставой на месте рудопроявлений, в соседних городах на улицы вышли десятки тысяч людей. Чтобы не политизировать антиникелевый протест, было решено эту тему просто обсудить в лагере «Юг», не делая никаких заявлений на этот счет и не проводя митингов -политический самопиар в такой ситуации отдает мародерством.

Болоянгов

Еще в #ДобрыйЛагерьЮг приезжал чемпион мира по боям без правил Павел Болоянгов. Он сразу сказал, что его приезд не из-за симпатий к оппозиции — он решил поддержать антиникелевые протесты в регионе. «Вот, — говорит, — Химкинский лес просрали. А тут, уверен, удержим ситуацию». Больше всего бойца впечатлило участие в протестах казаков. После прогулки по Воронежу, во время которой Павел как бы поставил себе задачу пофлиртовать с каждой встреченной дамой, благо город сильно славится их красотой и общительностью, поехали в лагерь учить активистов добру. Конечно, как таковой тренировки не было — спортсмен только успел рассказать о нескольких базовых принципах и показать пару основных приемов. При этом, аккуратно поправляя разговор, вечно съезжающий на ответ полицейскому насилию.

Кучеряевка

Распространение добра из лагеря тоже было в наших планах, и я убедил Илью Пономарева поехать в село Кучеряевка, сильно занизив расстояние: сказал, что это 130 километров, а оказалось — все 200. Пока мы едем с Ильей Пономаревым в село Кучеряевка Бутурлиновского района, читаем заявление губернатора Воронежской области, что экологию он ставит в приоритеты своей деятельности. И хоть речь в этом заявлении идет о никеле, недурно посмотреть на живые примеры природоориентированного производства. В Кучеряевке местные горе-хозяйственники вместо демонтажа — сожгли здание склада с пестицидами, вместо утилизации старых удобрений — впахали их прямо с мешками в поле, а теперь строят узел по производству пестицидного раствора. Местные жители в ужасе. Видя отношение к экологии и соблюдении технологий у местной власти, они ожидают от этого производства самого худшего и выходят на сходы уже в течение полугода.

Крупный сельский активист Александр встречает нас на въезде в деревню. При его появлении рядом со зданием руководства местной агрофирмы ООО ЦЧ АПК, ее директор Александр Стодоля прыгает в свой джип и, объезжая людей, бросающихся ему наперерез, вырывается из лап народа. Илья Пономарев просит показать ему дом местного руководителя. Им оказывается среднего возраста женщина, встретившая нас в скромном доме и отвергшая все обвинения, ссылаясь на отсутствие у нее каких-либо полномочий. Становится понятно, что власть в селе принадлежит Стодоле и именно поэтому предыдущий глава Кучеряевки сегодня разбирается со своим уголовным делом и написал заявление об уходе. Едем к Стодоле. От встречи с депутатом тот не отказался и напоил нас чаем, признавая свои ошибки, ссылаясь на трудности и на злых активистов, за каждым из которых своя уголовная история. «Ну да, — говорит, — запахали мы эти удобрения в поле — они старые были, уже не действовали — докажите, что это вредно! Хотя, признаю — это мы не правильно сделали. Но что меня теперь за это судить?» После чая нам продемонстрировали хозяйство, кстати, в сарае нашлись мешки из под тех самых запаханных удобрений — их выкопали из поля и сложили в два огромных кузова в ангаре. Вид жуткий. Вернулись на площадь, где после часового отсутствия депутата настроение народа сильно испортилось — на Илью Пономарева тут же накинулись с обвинениями в сговоре с местными чиновниками. Он выдержал упреки и предложил помочь решить проблему, обратившись в московское руководство агрокомпании, а на местном уровне выбрать своего руководителя района — это абсолютно реально с такой протестной активностью в селе.

Когда мы около 2-х ночи вернулись в лагерь, кучеряевский активист Александр позвонил мне и сообщил: его только что отпустили из милиции, где хотели заставить подписать предупреждение об организации несанкционированного митинга.

Казаки

Лично мне было интересно послушать лекцию про историю казачества, так как в последнее время в движении против добычи цветных металлов в Воронежской области широкое участие принимают казаки. И когда другие ребята в похожей форме заявляют о том, что протестующие не настоящие и их надо высечь, хочется какой-то определенности с подлинностью тех или иных товарищей в лампасах и с нагайками, а то и в футболках с черепами.

Николай Сопелкин, атаман, пришел, вопреки ожиданиям, в мирском и мы его приняли издалека за очередного эшника, которые ходили сюда, как на работу. Когда же он стал раздавать «Казачью газету», на первой странице которой в стиле едросовской передовицы было написано славянским стилем «Путину — любо!», показалось, что произошла ошибка и кто-то из нас перепутал лагерь. Однако атаман быстро объяснил, начав свою лекцию именно с политической позиции казаков — поддерживать любую действующую власть. Я тут же вспомнил, как называл таких людей Ленин. Но лекция оказалась исключительно насыщенной и интересной. Прежде всего, Николай подчеркнул, что новое казачество не имеет прямых связей с казачеством дореволюционным, которое уже тогда сходило, по его словам, на нет. Чтобы не было споров о казачьем историческом бэкграунде новых участников движения, решено было, что любой, назвавшийся казаком, им в какой-то мере и является. А само неоказачество (так он его определил) является текстуальным сообществом, т.е. чем-то, вроде, толкиенутых. В принципе, из уст атамана это звучало необидно, а, скорее, примиряюще — сегодня только реестровых казачества два, а различного рода автономов — десятки. Что, кстати, соответствует истории — в Воронежской области, на территории Великого Войска Донского, просуществовавшей до 18 века, были, например, буддийские казаки-калмыки, казаки-иудеи, некоторые казаки ушли в Турцию, некоторые работали на Россию. Сегодняшние противоречия среди реестровых и нереестровых казаков вполне в духе самого движения. Поэтому некоторые темы — такие, как попытка начать добычу никеля в Воронежской области — объединяют казаков. Некоторые свою риторику доводят до логического продолжения и требуют отставки губернатора, а то и смены власти в стране, другие на эту власть уповают в стиле тех самых своих предшественников, считавших любого самодержца божьим наместником.

Выборы мэра

Наиболее важной дискуссией лагеря стал разговор о кандидатах от оппозиции на местных выборах. Ближайшим событием такого рода станут выборы мэра Воронежа, запланированные на весну 2013 года. Стратегия выдвижения мощного единого претендента уже отработана — среди зарегистрированных кандидатов на выборную должность проводятся праймериз в том же электоральном поле, где идет кампания. Победивший становится объектом приложения сил всех оппозиционных партий и движений — его поддерживают остальные, снимая кандидатуры в его пользу. Сами праймериз становятся мощным информационным поводом и серьезной частью предвыборной кампании, а программа кандидата — общественным документом, в который включаются пункты от всех представителей оппозиции. На первом этапе договориться о такой технологии удалось, и в социальных сетях воронежской оппозиции уже началась битва на словах за конкретных кандидатов.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Виктор Алкснис

Полковник запаса, политик

Дмитрий Аграновский

Российский адвокат, политический деятель

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня