Общество

Мигрант повышенной опасности

Дети приезжих более криминальны, чем их родители

  
23671

Второе поколение мигрантов намного опаснее для общества, чем первое. К такому выводу пришла социолог Бостонского университета Бьянка Берсани. Она исследовала две категории 16-летних подростков. Первая — это иммигранты, прибывшие в США. Вторая — дети мигрантов (мигранты второй волны), родившиеся в Америке. Так вот, согласно криминальной статистике, 17% подростков из первой группы совершили хотя бы одно правонарушение в течение последнего года. Показатели второй группы были существенно выше — 25%.

Повышенную криминогенность второго поколения иммигрантов Берсани объясняет обратной стороной ассимиляции — дети приезжих не защищены культурными традициями, как их родители. Например, если в окружении подростка-мигранта второго поколения оказывается участник молодежной банды, имеется вероятность 23%, что молодой человек также совершит преступление. Стоит добавить, что выводы Берсани базируются на достоверном материале — данных Бюро статистики труда США, которое с 1997 году проводит национальное исследование молодежи.

Америка нам, конечно, не указ. Но выводы социолога Бостонского университета заставляют задуматься. За последние четыре года — по официальной статистике ФМС России — суммарный въезд мигрантов в нашу страну увеличился на 37%. И эти приезжие — далеко не образец законопослушности.

В феврале 2013 года прокурор Москвы Сергей Куденеев приводил такие данные: в целом в 2012 году мигрантами в Москве совершается каждое пятое убийство, каждое второе изнасилование, каждый третий грабеж и разбой.

В Санкт-Петербурге число преступлений, совершенных мигрантами, в 2012 году выросло на четверть. Начальник городского управления Следственного комитета РФ Андрей Лавренко сообщил: «Мигранты в Петербурге совершают каждое шестое убийство, каждое шестое причинение тяжкого вреда, повлекшее смерть, и каждое третье изнасилование». По словам Лавренко, более двух третей заказных убийств также совершаются мигрантами.

И такая планка преступности - если верить Бьянка Берсани — далеко не предел. Дети нынешних мигрантов (их родители достаточно легко получают российское гражданство как уроженцы СССР) будут еще более криминальными. Можно с большой долей вероятности предположить, что выходцы бывших советских республик, в конце концов, начнут создавать на новом месте мощные ОПГ. В результате, преступность среди второго поколения мигрантов в России вырастет не на 8%, как в США, а намного больше.

Накроет ли Россию «вторая волна» иммигрантской преступности?

— В Америке существует жесткий закон, и лица, которые в страну прибывают, первое время очень дорожат возможностью получить вид на жительство, — отмечает полковник милиции в отставке, доктор юридических наук, заслуженный юрист России Данил Корецкий.- Кроме того, они не имеют достаточного количества социальных связей, в том числе, в криминальной среде. По мере ассимиляции — приобретении статуса гражданина и связей (как правило, социально-негативных) — они совершают преступления более интенсивно. Отсюда и разница в уровне криминогенности между иммигрантами первого и второго поколения, о которой говорит Бьянка Берсани.

У нас, в России, никто не изучал ни мигрантов первой волны, ни второй. Хотя это можно было сделать — про миграцию речь идет уже лет двадцать. Думаю, в России у мигрантов нет сильного сдерживающего страха перед законом — в отличие от США. Возможно, в ряде случаев ограничения в поведении даже снимаются.

«СП»: — Что вы имеете в виду?

— Например, в Узбекистане действует очень жесткий уголовный закон. Поэтому узбеки, попадая в Россию, чувствуют, что прессинг закона здесь гораздо меньше. Плюс к тому, у нас они оказываются в диаспорах — этнических анклавах, которые в нынешней России встречаются повсеместно. Этим, кстати, мы существенно отличается от Соединенных Штатов - в маленьких американских городах анклавов до последнего времени не существовало, они были только в Нью-Йорке.

На российские анклавы долгое время смотрели сквозь пальцы, а данные по этнической преступности замалчивали. Был выдвинут глупый тезис, что преступник не имеет национальности. Но это все равно, что утверждать: преступник не имеет возраста, пола, образования. На деле, этническая преступность имеет свою специфику, ее нужно выявлять и изучать, искать способы борьбы с ней. Ничего подобного сегодня не делается.

«СП»: — Этническая преступность будет расти?

— Существует жесткая закономерность: 5% от количества населения — это преступники. Поэтому чем больше мигрантов — тем больше этнических преступлений.

«СП»: — Мигранты легче идут в криминал?

— Да, потому что в современной России путь незаконный всегда ближе к цели, чем законный. На днях была публикация: украинская журналистка рассказала, как пыталась устроиться на работу официанткой в Москве. Она описывает совершенно жуткие вещи — клетку, куда забивают бедных приезжих, очередь в ФМС, в которой люди выглядят, как загнанные звери. Это — картина с одной стороны. А с другой — бирюлевский убийца. Он у нас прожил 10 лет, попадал под суд, сидел. Если бы его последнее преступление не повлекло массовой реакции населения — возможно, он остался бы безнаказанным. Эти два примера показывают, что криминальный путь куда менее тернист, чем законный. Этот уродливый парадокс необходимо искоренять, об этом говорят на высшем уровне — но ничего не меняется…

— У нас нет адекватных исследований миграции, реальной статистики, прогнозов развития криминальной ситуации в регионах, где проживает много мигрантов, — считает заведующий отделом социологии фонда ИНДЕМ Владимир Римский. — В статистику не попадают нелегальные мигранты, поэтому мы не может определить даже базовые характеристики процесса — например, реальные темпы роста миграции. Это колоссальный недостаток нашей системы госуправления.

Наше счастье, что мигрантов во втором поколении у нас немного. Пока больше тех, кто в Россию приезжает на заработки, а те, кто остается жить в России, не отличаются высокими показателями преступности. Но ситуация вполне может измениться, когда мигрантов второй волны станет больше.

«СП»: — Почему вы так думаете?

— Проблема в том, что осевших в России мигрантов поддерживают этнические общины. Культурные нормы коренного населения эти общины не только не усваивают, но и отвергают. Если ситуация и дальше будет развиваться в этом направлении, конфликты между мигрантами и коренным населением станут только усугубляться.

Нам нужно четко вести учет мигрантов, в том числе — учет этнической преступности. Начинать нужно именно с объективной информации, причем следует сделать ее доступной для неангажированных исследователей. Именно такой подход позволяет, в частности, руководству США ориентироваться в ситуации с миграцией и делать прогнозы.

На мой взгляд, проблема не в цифрах этнической преступности в России. Проблема в том, что наши правоохранительные органы работают в реактивном режиме — реагируя на последствия. Объективные исследования как раз и нужны, чтобы ситуацию нормализовать. Чтобы, не доводя до края, аккуратно убрать из нее факторы, ведущие к росту преступности среди мигрантов. И чем быстрее власти это поймут — тем лучше…

— Мигрант и его потомок, ставший россиянином — люди с совершенно разной психологией, — убежден председатель координационного совета профсоюза сотрудников милиции Михаил Пашкин. — Над мигрантом всегда висит угроза депортации. Потому он ведет себя тише воды, и старается не совершать правонарушений. Его потомок-россиянин столкновения с законом боится куда меньше, и в криминал идет охотнее.

И есть куда: азиатские преступные группировки и сегодня существуют — на оптовых плодоовощных базах, рынках. Занимаются азиаты и наркотиками. Основной трафик зелья в нашу страну идет через киргизов, таджиков, узбеков. Наркотики они везут в фурах с фруктами — толком большегрузные автомобили никто не досматривает.

«СП»: — Влияние азиатских группировок растет?

— Пока они делят свой бизнес с нашим, российским криминалом. Иногда даже платят дань — Солнцевской, Химкинской, Долгопрудненской ОПГ. Но когда окрепнут — платить перестанут, это очевидно.

Сейчас у узбекских, киргизских и таджикских группировок идет период накопления капитала. А когда они накопят денежек — будут действовать, как кавказские группировки. То есть, широко использовать коррупционные схемы. За деньги у нас можно многое. Например, отбыть срок заключения с комфортом — с телевизором, девочками. Знаю, такая зона есть в районе Байкала — своеобразная «зона отдыха» для высокопоставленных преступников. Или выкупить своих. Так что у азиатов еще все впереди…

Фото Валерий Мельников/ РИА Новости

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Игорь Шатров

Заместитель директора Национального института развития современной идеологии

Федор Бирюков

Член Президиума партии «Родина»

Иван Коновалов

Директор Центра стратегической конъюнктуры

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня