Общество

Якорь майданократии

Систему «свой-чужой» на Украине шлифовали годами

  
11518

Ребята, они нас обходят.

И, как это не покажется странным, психологически — в первую очередь. Это у нас психология — не бог весть что. А там у них — это наука и к тому же очень серьёзная.

Майдан победил (там, где он победил), в том числе и благодаря отличным психологам. Со стороны бывшей власти Украины, увы, никого подобного не нашлось. Там таких не держали, наверное, за ненадобностью.

Перед глазами стоит картина. Я еду на эскалаторе киевского метро. Рядом стоит мальчишка, лет 12−13 и девчонка такого же возраста. Оба говорят по-украински.

Он ей: «Понимаешь, ладно бы они милицию только палками били и камнями забрасывали. Это я ещё понимаю. Но они их забрасывают бутылками, от которых те просто сгорают заживо. Сжигать человека заживо — это уже слишком!».

Девочка криво улыбается и пытается спорить. Видимо, её родители за Майдан. Мальчишка активно жестикулирует и повышает голос. Девочка — неумолима, убийства стали нормой. А слово «Беркут» — ругательным.

Как же так могло произойти, что в Киеве, городе-герое, между прочим, — стало нормой сразу бросать камни в милицию и бить её палками, а потом — и расстреливать?

Понимаете, у всех у нас есть важный мотив, едва ли не самый главный — стремление к счастью. Конечно, для одного человека счастьем может быть покупка автомобиля, для другого — нарисованная собственными руками картина, а для третьего — счастье так и остаётся недостижимой идеей, но человек всё равно к нему стремиться.

Политики же, которые хотят нами манипулировать, к нашему абстрактному мотиву счастья добавляет вполне конкретную цель. Например, убрать президента. Например, Януковича. Например, не на выборах.

«Чтобы было „всё хорошо“ — надо убрать президента», — думает человек.

Но этого недостаточно. Человека надо поставить в ситуацию дуального выбора, между черным и белым, между добром и злом, между «мы» и «они». Для этого, как нельзя лучше, подходят практики нлп (нейролингвистическое программирование) — якорение. Павлов это называл немного иначе — выработкой условного рефлекса. Чтобы при упоминании того или иного понятия — у человека в голове возникали либо положительные, либо отрицательные образы. Говорим Ленин, подразумеваем… Говорим «Беркут» или «титушка» — подразумеваем…

В кафе на моих глазах поругались два немного выпивших человека. Один другому: «Ты совсем уже „титушка“, что ли?» Второй так сильно оскорбился, что позвал товарища на улицу — поговорить.

СМИ постепенно уничтожали само понятие «власть», демонизировали её, тонко и филигранно ставя людей по разные стороны баррикад. Делили всех на «мы» и «они», на «правых» и «виноватых», на «народ» и «бандитов».

Запомнился телесюжет, который шёл на Пятом украинском канале. Молодой человек объясняет: «Я купил себе больничный, чтобы приехать сюда, на Майдан, чтобы уничтожить эту бандитскую власть». Вполне руководство к действию — вступать в коррумпированные связи, чтобы победить коррумпированную власть.

Дальше — больше.

Информационное агентство УНИАН размещает видеоролик, о том, как Папа Римский выпускает голубей, после того, как он помолился за Украину. Вот только беда, видео — оказалось не совсем видео. После видеокадров, достоверность которых не вызывает сомнения, идут фотографии того, как голубя растерзывает ворон и чайка. Всё это — под трагическую музыку. Казалось бы, всё понятно — обычный монтаж, между видео вставили фотографии, не нужно заморачиваться. Но для человека, который себя ассоциирует со светом, добром и справедливостью (как и большинство тех, кто вышел на Майдан) именно образ голубя будет тем, кого он воспримет для идентификации себя. Каждый сам додумает, кто такие ворон и чайка. «Беркут» и власть. Или украинская власть и российские спецслужбы. Или «Беркут» и «титушки». Это уже не столь важно. Человеку внушают сообщение, которое является практически гласом Бога: «Добро будет убито злом». Внушают не прямо, а косвенно, путём работы с образами.

Границы дозволенного расширяли тоже постепенно. Если в понедельник людям сказать, что стрелять в милицию — это нормально, то во вторник, если стрелять всё же начнут — людям это может не понравиться. Постепенно нужно, постепенно. И, как говорил классик, тщательнее, тщательнее.

В восьмидесятые сначала стали рассуждать о том «может ли распасться Советский Союз?», потом «когда распадётся Советский Союз?», а только потом уже «Советский Союз неминуемо должен распасться — все империи прекращают своё существование».

В украинских СМИ сразу говорили о том, что Украине не нужна гражданская война, потом, что она может быть, ну и, в конце концов, что Украина уже стоит на пороге гражданской войны.

На львовском телеканале «Зик» показали интервью с «психологом», который доказывал необходимость применения оружия против власти. По его словам, речь не шла о том, что оружие на Майдане приведёт к жертвам. Речь шла только о том, чтобы власть относилась к оппозиции (на тот момент) с уважением и считалась с ней.

Бывший министр обороны Гриценко призвал всех, у кого на руках было легальное оружие, приезжать на Майдан. Защитить, сохранить, приумножить, демократию, народовластие, гордость, честь, совесть. Уже неважно, что и как. Сработала система распознавания «свой-чужой». На западе страны людям внушили простую мысль — «наших бьют!»

И первые жертвы «преступной власти» появились почему-то в праздник Крещения. Есть такое выражение «крещение огнём», «крещение кровью». Кому-то, наверное, нужны были эти дополнительные смыслы, новые коннотации.

И поздравление президента Янковича с днём соборности 21 февраля — было похоже на издевательство, для тех, кто читал его среди сообщений о погибших и раненных.

И всем внушили, что страна больше не едина.

И она такой стала.

Людей поставили друг против друга — и они стали. Они приняли правила игры.

Вы не задумывались о том, почему там всё время стучали? Для того, чтобы поднять боевой дух или напугать противника? Стук — монотонный звук, который может вводить человека в транс. У нас более известное другое слово — гипноз. В состоянии транса у человека может нарушаться критичность восприятия, это как минимум.

Но база для того, что произошло, готовилась годами. Стало нормой делить граждан на патриотов, которые живут на западе страны, и на несознательных, живущих на востоке. На «щирых» и «нещирых». Стало нормой шутить о «москалях», стало нормой считать Львов — культурной столицей Украины. Мол, там живут настоящие, не то, что некоторые. В стране не было озвучено ни одной объединяющей идеи. Государственные СМИ стали синонимом плохой и некачественной журналистики.

Сыграл ещё один момент.

У киевлян сработал «якорь» прошлого Майдана. То был другой Майдан. Со стороны он выглядел цивилизованным и красивым, бескровным и справедливым. Для многих тот Майдан стал символом бушующего оранжевого океана, в котором, тем не менее, никто не утонул.

То, что происходит в СМИ сейчас — это даже не информационная война. Это информационное месиво, с огромным количеством лжи и мусора.

Все вместе — и Янукович и Майдан, поставили новую точку в истории постсоветского пространства. Точку отсчета и невозврата.

Эскалатор упирается в пол. К поезду метро мальчишка и девчонка идут молча. Мальчишка её не убедил. Убивать стало нормой. Он до сих пор в это не верит. Девочки, наверное, привыкают быстрее.

Новая украинская генерация медленно привыкает к циничной риторике и лживой улыбке двадцать первого века.

Привыкайте, привыкайте. То ли ещё будет…

Фото ИТАР-ТАСС/ Артем Геодакян

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Михаил Александров

Военно-политический эксперт

Сергей Ищенко

Военный обозреватель

Леонид Ивашов

Генерал-полковник, Президент Академии геополитических проблем

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Опрос
Назовите самые запомнившиеся события 2018 года
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня