Не чужая война

Вадим Канделинский из журналиста превратился в «ангела»

  
3510
Вадим Канделинский
Вадим Канделинский (Фото: предоставлено автором)

На левом рукаве его куртки — нашивка с надписью «Фидель». «Фиделем» он стал, когда отмечал день рождения в Новоазовске. Первый выходной за два долгих месяца поездок на передовую, на обстрелы и под обстрелом. Сидел на берегу, курил. Его друг, ополченец «Сентябрь», надел на него свою кепку цвета хаки, посмотрел и сказал: «Да это же Кастро в молодости!». Так и появился позывной.

На Фиделя он действительно похож внешне. И характером, должно быть, тоже. Как Фидель в 1956-м отплыл на Кубу, неспособный закрывать глаза на режим Батисты, так и журналист Вадим Канделинский летом 2015-го отправился в Донбасс. Тоже не мог закрывать глаза. И сразу оказался в гуще событий, изменивших его до неузнаваемости.

Жизнь будто бы готовила к такому повороту событий. Отец и брат — офицеры. Отец воевал в Чечне. Сам Вадим отслужил в армии. Даже начал снимать фильм, затрагивающий тему Чеченской войны. Любимый писатель, Эрих Мария Ремарк, и тот прославился книгами о войне. Теперь, анализируя прочитанное, Вадим соглашается: Ремарк очень точно все описал. Но одно дело читать, и совершенно другое — увидеть все своими глазами.

Фото: предоставлено автором

Родные испугались, когда узнали о его решении. Но отпустили. Он ведь всегда хотел быть поближе к военным. Если не с автоматом в руках, то с камерой. И тоже на передовой.

— В конце июня попал в Донецк… и удивился! — рассказывает Вадим. — Думал, что город в руинах лежит. А здесь жизнь идет своим чередом. Машины ездят, девушки красивые гуляют. Куда я приехал?! Зато потом повезли на первые боевые, и я, мягко говоря, офигел. По нам стреляли с АГС и минометов, и мы оттуда удирали на «копейке» со скоростью 120 километров в час.

Очень интересное и странное чувство, когда едешь на передовую. Немного животное, по выражению «Фиделя». И не только в первый раз. Так всегда. Все боятся, просто все по-разному это переживают. Кто-то музыку слушает, кто-то разговаривает много, кто-то курит много. Вадим молчит. Наблюдает.

Но больше всего ему запомнилось другое. Люди. Общение с ними. Здесь нет одинаковых людей, у каждого из них — своя уникальная история. Вот самое ценное и интересное, что «Фидель» нашел в Донбассе. Впрочем, и самое тяжелое. Столько людского горя он еще не встречал.

С конца июня по конец сентября — время работы в информационном агентстве «News Front». Самым страшным эпизодом за это время для Вадима был танковый обстрел в районе аэропорта. В тот раз укрыться от огня было негде. Ни окопов, ни подвалов. Прятались в коридоре трехэтажного здания. Если танк ударит прямой наводкой — то всё, «монтана». То есть конец.

— Меня тогда трясло очень сильно, — признается «Фидель», а затем добавляет с улыбкой. — Но через 3 часа я уже уснул. Меня отправили в дальнюю комнату, и там удавалось вздремнуть в перерывах между обстрелами, минут по 10−15. Проснулся — и опять засыпаю. Усталость накопилась. А мужики даже не просыпались. Привыкли в аэропорту.

Одним словом, пронесло. А кому-то «бледную с косой» перехитрить не удалось. Например, бойцу с позывным «Шрек». Вадим знал его совсем немного — всего одну ночь. Но в ту ночь они много разговаривали и многое обсудили. На следующий день «Шрека» не стало. Подорвался на растяжке. Все осколки попали ему в грудь. Был бы в бронежилете — остался жив…

Об этом и о многом другом Вадим уже написал самостоятельно на своей страничке в социальной сети. Истории с передовой, наблюдения, размышления. Все это нужно было выплеснуть на бумагу.

— А еще начали сниться кошмары. И я понял, что что-то не так. Начал писать — и кошмары прекратились.

— Не думаешь о том, чтобы написать книгу?

— Я бы написал. Посты, которые я сейчас выкладываю, — это своеобразная подготовка к написанию чего-то большего. Мне ведь действительно есть что рассказать. Просто не все можно рассказывать сейчас.

Вопрос банальный, но я всё же спрашиваю: когда закончится война? «Фидель» не делает вид, что у него есть точный ответ. Когда и чем закончится — одному Богу известно. Произойти может все, что угодно. Ясно одно: война продолжается, просто о ней не так много говорят. И, по мнению Вадима, зимой она перейдет в горячую фазу.

— Я реалист. Не верю, что украинская армия беспомощна, что солдаты не знают, куда их посылают. За полтора года даже самый тупой человек должен понять, куда он приехал. Там воюют идейные люди. И у нас тоже идейные. Поэтому бороться будем до последнего.

Фото: предоставлено автором

За короткий срок Донбасс стал для него родным. Прошу «Фиделя» описать Донецк несколькими словами, и он, слегка поразмыслив, перечисляет: «Большой. Спокойный. Сильный». А мое воображение невольно рисует… человека. Большого, спокойного, сильного, каких много сегодня сидит в окопах на подступах к городу. Я бы еще добавил: «Бородатый». Донецк — он такой. Похож на своих защитников.

Смоленск, родной город Вадима, называют городом-крепостью. Да, Смоленск был крепостью, когда его штурмовали поляки, французы, немцы. Да, у него богатая история. Но настоящий город-крепость нашего времени Вадим увидел, когда приехал в Донецк.

— Знаешь, я отчасти понимаю, почему люди здесь настолько крепкие. Я с телевидения ушел за полтора года до поездки на Донбасс, а затем почти год работал на заводе. На станках. Это тяжелая работа, она закаляет и накладывает свой отпечаток. Наверное, и для меня она оказалась полезной. Воспитала характер.

В конце сентября Вадим опять оставил журналистику. Поехал в отпуск и понял: снимать то, что он хочет, не получится. Выезжать на боевые стало труднее. А военкор на то ведь и военкор, чтобы всегда быть на передовой. Там, где горячо.

Один из последних репортажей он снимал о гуманитарном батальоне «Ангел», помогающем мирным жителям в зоне боевых действий. «Ангелы» пригласили его в Луганск, где он отснял новый материал. И попросился к ним.

— Я выполняю функции оператора. Собираю и монтирую видео. Теперь я тоже один из них. Мне нравятся эти люди, этот замечательный коллектив. Нисколько не жалею, что ушел из журналистики.

Фото: предоставлено автором

Впрочем, «Фидель» по-прежнему считает себя военкором. Он работает в горячих точках, бывает на передовой и в прифронтовой зоне. Недавно побывал под Горловкой в поселке «Шахта 6/7». А оттуда до позиций противника — 700 метров. Могли открыть огонь, кто от этого застрахован?

Совсем недавно Вадим ездил в родной Смоленск. Впечатления от отпуска можно выразить одним словом: «Разочарование». Если в двух словах: «Полное разочарование»…

— То ли окопы и обстрелы меня изменили, то ли общение с такими классными людьми, которых я встретил здесь. Я приехал — все какое-то серое, черствое, убогое, мелочное. Люди стали какие-то не такие. Расслабленные. Думают только о том, как брюхо набить. И меня это взбесило. Циничные все. Цинизм проявляется во всем. Вы можете спокойно наблюдать за пожаром и ждать, пока пожар придет к вам. А есть люди, которые берут ведро воды и тушат его. И я все-таки верю, что таких людей больше. Поэтому я с батальоном «Ангел». Это именно такие люди, которые на пожар со стороны не смотрят.

Бывшие «товарищи» называют его путинским агентом, ватником, поцреотом. Считают, что у него замылены глаза. И из-за этого со многими он перестал общаться. Все его друзья теперь здесь. В Донбассе. И несколько человек в Смоленске, которые за него действительно переживают. Остальные посчитали Вадима безумцем. Он же уверен, что безумство — сидеть и ничего не предпринимать.

— Обычные люди вам помогают?

— Бывает. Но их очень мало. Когда собирали людей в последнюю поезду, заявок оставили человек сорок. А приехали, может, десять. Тех, кто реально что-то делает, единицы. Это плохо и странно. Одна из целей батальона — побудить людей к поступкам, а не к словам.

«Фидель» уверен: война проявляется не только в боевых действиях. Есть еще война с человеческим равнодушием, со скотским отношением.

Женщине 83 года. У неё в доме минусовая температура. Денег нет, света нет, воды нет. И рядом — соседи, которые и не подумают протянуть ей руку помощи. Хотя эти люди должны первыми о ней позаботиться.

— Ну вот как… как это называется? — от возмущения «Фидель» даже запинается.

Впрочем, он сам и ответил. Война. Для каждого своя собственная. На которой мы сами делаем выбор: оставаться людьми или пойти на поводу у всего низменного, что есть в нашей натуре. Обозримая линия фронта извивается между городами и селами Донбасса. Невидимый фронт проходит вдоль каждого из нас.

— А бывало так, что руки опускались?

— Нет, не было такого. Я прекрасно осознавал, куда еду, для чего и зачем.

О своих планах «Фидель» говорит просто и понятно. Он в батальоне «Ангел». И точка.

Фото: предоставлено автором

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Вадим Кумин

Политический деятель, кандидат экономических наук

Игорь Юшков

Ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности

Константин Небытов

Судебный пcихолог

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Выборы мэра Москвы
Выборы мэра Москвы
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня