В мире

Министр промышленности ЮАР: Приватизацию мы сворачиваем

России стоит присмотреться к южноафриканскому опыту, где взяли курс на поднятие промышленного производства

  
140

Пока в российских правящих кругах продолжают фанатично верить, что свет в окошке может исходить лишь с Запада, в мире развиваются совсем иные тенденции. Все более мощной политической и экономической силой становятся страны, которые еще недавно с элементом презрения относили к «третьему миру». Среди них Южная Африка, где в состав правительства входят коммунисты и где сейчас начинают осуществлять политику индустриализации.

О сути ее нам рассказывает министр торговли и промышленности ЮАР, член ЦК Южноафриканской коммунистической партии Роб Дэвис.

«СП»: — Товарищ Дэвис! Почему возникла потребность в новой индустриальной политике?

— Нас подтолкнул к пересмотру курса недавний (еще далеко не закончившийся) экономический кризис. Мы внимательно смотрели, какие страны наиболее успешно справятся с ним. К числу этих стран относятся, прежде всего, Китай, Индия и Бразилия. Изучая их опыт, мы поняли, что в основе их быстрого восстановления лежит политика развития национальной промышленности.

Мы же в течение многих лет двигались в обратном направлении. Международные финансовые институты убеждали нас в том, что нет никакой необходимости инвестировать в промышленность, что у нас излишек мощностей, например, в той же энергетике. Как результат, мы пришли к энергетическому кризису.

Мы проанализировали, какие отрасли экономики развивались особенно быстро до начала кризиса, и обнаружили, что «потребляющие» отрасли — банковский сектор, розничная торговля — росли в 1994—2008 гг. в среднем на 7,7% в год, тогда как темпы роста горнодобывающей и обрабатывающей промышленности составляли лишь 2,9%. Это не позволяло нам даже в самые успешные годы опустить планку безработицы ниже 22,8%.

Таким образом, бурный рост имел в своей основе не производство, а сферу услуг, финансовые операции, импорт товаров, которые мы были вполне способны производить сами. Все это опиралось на краткосрочный финансовый капитал, который привлекали к нам высокие процентные ставки. Это и вогнало нас в кризис. А ведь еще недавно, в 80-х годах мы имели развитый реальный сектор, производивший, в частности, оборудование для железных дорог, для тепловых электростанций. Теперь его нужно восстанавливать.

Мы поняли также, что без подъема промышленности невозможно устранить безработицу — одну из наиболее тяжелых социальных проблем нашей страны. Ведь если к 2008 году нам удалось снизить ее до 22,8%, то в ходе кризиса мы потеряли 900 тысяч рабочих мест и безработица возросла до 25%. Так что индустриализация стала просто жизненно важной для Южной Африки. Только на основе новой промышленной политики мы сможем решить задачу создания к 2020 году 2,5 миллиона новых рабочих мест.

В этих целях правительство ЮАР делает акцент на взаимодействии с производительным, а не со спекулятивным капиталом. И мы получаем полную поддержку промышленного капитала, который оказался оттертым на вторые роли банковским сектором, занимающимся играми с ценными бумагами. Так что речь идет не просто о росте, а о качественно ином экономическом росте, основанном не на потреблении, как раньше, а на расширении производства, прежде всего, промышленного производства, на увеличении экспорта и снижении импорта.

«СП»: — Как в общих чертах выглядит план подъема промышленности?

— В основе новой экономической политики лежит трехлетний План действий в области индустриализации, осуществляемый с этого года. Каждые полгода правительство будет рассматривать ход его выполнения и при необходимости вносить коррективы.

В этом плане выделены пять основных, «прорывных» направлений. Во-первых, это политика в области государственных заказов. Во-вторых, финансирование промышленности. В-третьих, стратегический подход к тарифам. В-четвертых, энергичные действия антимонопольных служб, дабы прекратить ценовые сговоры между крупными компаниями. В-пятых, политика в области стандартов и качества продукции.

«СП»: — Нельзя ли рассказать более подробно о сути «прорывных» направлений плана индустриализации?

— Первый элемент — изменения в системе госзаказов. Мы взяли курс на развитие современной инфраструктуры (энергетики, шоссейных и железных дорог, аэропортов и морских портов), чтобы создать условия для развития экономики. Но мы намерены делать это на иных, нежели раньше, принципах.

Например, одна из главных проблем сейчас — нехватка энергетических мощностей. Необходимо строить электростанции. Но мы не хотим больше просто импортировать оборудование. Теперь мы готовим контракты из нескольких фаз. И на каждой из этих фаз фирмы, получившие контракты, должны обеспечить все возрастающую долю оборудования, произведенного южноафриканской промышленностью.

Мы приглашаем всех, в том числе и российские компании, для участия в развитии тепловой и атомной энергетики. Но мы приглашаем, прежде всего, тех, кто способен строить у нас предприятия, производящие оборудование для этих станций. Не просто привезти это оборудование из-за границы, а делать его внутри Южной Африки. Это позволит, что особенно важно, создавать новые рабочие места.

Если взять горнодобывающую промышленность, то природные богатства Южной Африки общеизвестны и потребность в наших минеральных ресурсах растет. Но мы не намерены больше ограничиваться извлечением наших ресурсов из земли и их продажей (без переработки). Например, мы больше не собираемся продавать титан в виде сырья. У нас большие запасы железной руды. Но большая часть её добычи вывозится за рубеж. Внутри страны используется в лучшем случае 25% добываемой руды. Сейчас мы нацелены на развитие сталелитейной промышленности.

Так что в случае предоставления иностранным компаниям лицензий на разработку наших полезных ископаемых, мы будем настаивать на том, чтобы они позаботились о создании мощностей по их переработке.

Конечно, не всем это нравится. Например, у нас сейчас идет упорная борьба с Евросоюзом. Мы хотели бы заключить с ЕС договор о торговом сотрудничестве. Но они добиваются от нас отказа от введения дополнительных тарифов на экспорт сырья. А мы настаиваем на том, что все наши природные ресурсы должны поставляться на экспорт в переработанном виде, что сильно повышает цену на них.

Что касается второго «прорывного» элемента плана индустриализации, то речь идет о льготном финансировании промышленных проектов и о преодолении тенденции, когда банки стремились финансировать, прежде всего, потребление, а не производство. Мы должны создать льготные условия кредитования тех, кто развивает промышленность. При этом мы не будем брать деньги из госбюджета, а хотим применить систему, которая уже опробована в Бразилии. Речь идет о специальных налогах на цели индустриализации и ликвидации безработицы.

Теперь о тарифах. Это должна быть стратегическая тарифная политика. Она не означает, что тарифы должны быть высокими. Но мы должны тщательно изучать, какие отрасли требуют особого внимания государства. Если они нуждаются в защите, мы поднимаем тарифы. Если это достаточно развитая отрасль, мы снижаем тарифы, чтобы снизить цены. Одновременно мы должны вести жесткую борьбу с контрабандой, которая подрывает нашу промышленность.

Еще одним из ключевых является вопрос о стандартах, то есть о качестве продукции. Здесь мы преследуем две цели: вывести качество южноафриканских товаров на мировой уровень и, одновременно, преградить путь в Южную Африку иностранным товарам низкого качества, товарам, вредным для здоровья.

«СП»: — Это, скажем так, программа создания условий для индустриализации. А какие конкретные отрасли получат первоочередное внимание правительства ЮАР?

— Мы определили три блока отраслей. Прежде всего, это сталелитейная промышленность, металлообработка и машиностроение. Например, мы начали развивать свою автомобильную промышленность. Мы будем отходить от чисто сборочного цикла и производить все больше частей автомобиля внутри Южной Африки, производить больше собственных грузовиков и автобусов. Все это позволяет создавать рабочие места.

Затем это «зеленая промышленность», то есть энергосбережение, использование ветровой и солнечной энергии. Мы создали свой, южноафриканский автомобиль на солнечной энергии, называемый «Джоуль». Здесь же, в первом блоке, агроиндустрия. Мы по-прежнему испытываем нехватку продовольствия и должны энергично развивать эту сферу.

Во втором блоке — химическая, особенно фармацевтическая, промышленность, а также лесная, мебельная, бумажная, текстильная и обувная отрасли.

В третьем блоке более сложные и долгосрочные программы в аэрокосмической и ядерной областях, в частности, производство ядерного топлива для наших АЭС.

«СП»: — Продолжается ли курс на приватизацию?

— Нет. Этот курс уже в прошлом. Есть попытки подтолкнуть нас к полной приватизации компаний со смешанным государственным и частным участием. Но мы не склонны идти по этому пути.

Что особенно важно, мы тесно увязываем макро- и микроэкономические аспекты экономики. Мы внимательно следим за колебаниями курсов нашей национальной валюты и курсов мировых валют. Таким образом, мы намерены создать благоприятные условия для экспорта нашей продукции в западные страны.

Одновременно мы ведем диалог со странами БРИК (Бразилия, Россия, Индия и Китай). Особенно с Бразилией и Индией. Мы говорим им, что надо устранить препятствия для торговли между нами. Конечно, каждое правительство защищает свою промышленность. Но не можем ли мы договориться о более благожелательном отношении друг к другу, посмотреть конкретно, направлены ли таможенные ограничения против конкуренции с нашей, южноафриканской, стороны или с чьей-либо другой. Если речь идет о нас, то мы просим в духе сотрудничества учитывать наши интересы. Мы должны не конкурировать, а действовать в режиме взаимодополнения, взаимовыгодности. То есть нужны торговые договоры иного качества, более равноправные, более открытые, более честные. Не те, которые нам навязывают с ножом к горлу крупные капиталистические страны.

Нужно постепенно создавать новое мышление на этот счет. Мы терпеливо занимаемся этим и кое-что получается, особенно в наших отношениях с Бразилией и Индией.

Из досье «СП»

Роб Дэвис в политическую деятельность включился в период «затишья» между запретом АНК (Африканский национальный конгресс) в 1961 году и подъемом профсоюзного движения в начале 70-х. Участвовал в деятельности прогрессивного студенческого союза. В 1971 году был исключен из университета и покинул Южную Африку. Преподавал в Университете имени Эдуардо Мотланте в Мозамбике. Работая в этой стране, вступил в АНК и в Южноафриканскую компартию. Приходилось заниматься и разведывательной работой в интересах АНК.

После победы АНК на исторических выборах в апреле 1994 года стал членом парламента и многие годы возглавлял комитет по торговле и промышленности. Затем работал заместителем министра торговли и промышленности. После парламентских выборов два года назад стал министром.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Михаил Делягин

Директор Института проблем глобализации, экономист

Федор Бирюков

Член Президиума партии «Родина»

Иван Коновалов

Директор Центра стратегической конъюнктуры

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня