18+
четверг, 8 декабря
Олимпиада

Бытовые курьезы и скандалы олимпийского закулисья

В Нагано спортсмены бились головами о стекла, в Солт-Лейк Сити им надевали наручники, а в Турине олимпийскую аккредитацию получила собака

  
540

Олимпийские игры во все времена были не только крупнейшими событиями с точки зрения выявления чемпиона в каждом виде спорта, но и с точки зрения впечатлений самих атлетов и спортивных чиновников о культуре страны, которая их принимала на главном соревновании четырехлетия. Как говорится, «и себя показать, и на мир посмотреть».

Пожалуй, самым громким скандалом завершилась одна из первых в новейшей истории Олимпиад. В Сент-Луисе в далеком уже 1904 году, много шума и споров у лидеров мирового спорта вызвала идея оргкомитета Олимпиады о выделении «антропологических дней» для соревнований индейцев, пигмеев, филиппинцев, папуасов, патагонцев, алеутов, айонов и других спортсменов из «нецивилизованных народов». Они в программе Олимпиады состязались в… лазании по деревьям, борьбе в грязи и других экзотических дисциплинах. По окончании соревнований американские организаторы публично отметили: «Представители диких и нецивилизованных племен показали себя слабыми атлетами, доказав на деле, что их способности зачастую явно переоценивают».

Ну и селили этих «нецивилизованных» спортсменов в домиках, предназначенных для чернорабочих. И кормили значительно хуже, чем «цивилизованных».

Из-за этих «антропологических дней» барон Пьер де Кубертен отказался от поездки в Сент-Луис. В своей статье по этому поводу он дальновидно отметил: «Подобные события отобьют всякую охоту к спорту у черных, краснокожих и желтых. Но если этого не произойдет, то черные, красные и желтые начнут оставлять белого человека позади себя. Американцы оплевали великую идею. Я обязательно добьюсь, чтобы впредь исключить подобные позорные шоу из программ Олимпиад».

Кстати, награды, полученные участниками «антропологических игр», МОК не признал.

Но это уже далекая история. Если говорить о недавних Олимпиадах, то и сейчас многие спортсмены нередко попадают в курьезные и не очень ситуации.

Например, в Турине на выходе из олимпийской деревни поклонники спорта постоянно караулили хоккеиста защитника сборной России Дарюса Каспарайтиса. Хорошо он, конечно, играл во всех матчах, включая и предварительные, но его товарищей по хоккейной сборной удивляло то явное предпочтение, которые ему оказывали болельщики.

Дарюс и сам ничего не понимал. Догадался, только когда группа итальянок на ломанном английском начала говорить, какие великолепные у него получались прыжки, вращения, и как он тонко чувствует музыку. Оказалось, что когда Каспарайтис появлялся на публике без шлема, но в форме с надписью «Россия», его просто путали с фигуристом Евгением Плющенко. Обижаться Дарюс не стал и продолжал давать автографы: «Хотя бы при завершении спортивной карьеры почувствую себя знаменитым фигуристом. А то, когда маленьким был, на коньках неплохо катался, но отбора не прошел. Тренеры посчитали слишком толстым. Вот я и подался в хоккей».

Ну, а главным из курьезов олимпийских деревень можно считать другую туринскую историю. Тогда олимпийскую аккредитацию получила… собака. Американцу Дэрону Рэлвзу выдали документы для его постоянного попутчика. Наверное, никто не знал, что речь идет о сибирской лайке по имени Чевви. Четвероногое существо носило карточку с фотографией на имя Чевви Рэлвз на своем ошейнике. Благодаря аккредитации лайка без всяких проблем сопровождала своего хозяина в олимпийской деревне и не обращала никакого внимания на проверки сил безопасности.

А вот что рассказал о своих впечатлениях по поводу размещения спортсменов олимпийских деревнях один из лучших советских горнолыжников, а ныне тренер сборной России Владимир Макеев.

— Самой первой Олимпиадой для меня стал Лейк-Плэсид-1980. Но сам факт попадания на Игры так эмоционально повлиял на мое сознание, что я даже как-то не заморачивался на том, что мы жили в здании, построенном для тюрьмы. Хотя следует признать — в Сараево-1984 и Калгари-1988 было поуютнее. На следующей зимней американской Олимпиаде — в Солт-Лейк Сити по части бытовых вопросов все было решено хорошо. Но по-дурацки организовали для горнолыжников проход из зрительской зоны к месту соревнований.

Ребята сначала прошли вдоль трассы, ознакомились с ее спецификой. Но потом, когда уже пора было идти на старт, им не захотелось делать дальний обход — сначала сотню метров вдоль ограждения и потом столько же назад. Перешагнули через сетку, и тут же к ним подбежали полицейские, и, угрожая пистолетами, пытались надеть наручники. Едва удалось замять этот скандал.

Наихудшими в бытовом плане были Игры в Турине. По крайней мере, условия проживания в Сестриере у горнолыжников оказались ужасными для соревнований такого уровня. Когда заселялись в номера, в гостинице была ужасающая грязь, а кое-где даже не убрали строительный мусор. Да и на фасадах домов бросались в глаза недоделки — чуть ли не дыры в стенах. Хозяева Олимпиады придумали остроумное решение: все недострои прикрыли громадными рекламными плакатами. Причем, некоторые полотнища были растянуты на десятки метров.

Насчет качества сервиса в Турине с Макеевым полностью соглашается наш самый знаменитый бобслеист Александр Зубков.

— Я участвовал в трех Олимпиадах: Нагано-1998, Солт-Лейк Сити-2002 и Турин-2006. И условия проживания в олимпийских деревнях пока, к сожалению, шли по нисходящей. Япония в бытовом плане вообще поразила своим уютом и даже совершенством. Чистота необыкновенная, порой даже чрезмерная. Стеклянные перегородки в холлах гостиниц так чисто помыли, что спортсмены иногда их не замечали и врезались лбами. Каждый жилой блок был напичкан множеством кнопок — за время Олимпиады я не успел даже изучить предназначением каждой. Хотя все они работали безотказно.

Наши ребята почему-то по ошибке часто нажимали на тревожную кнопку. И через несколько минут — максимум через пять в дверь стучалась бригада из восьми человек в полной боевой экипировке на случай ЧП или какого-то бедствия. Появлялись взмыленные, потому что по инструкции они должны были взбегать к нам на 14-й этаж по лестнице, а не подниматься на лифте. Через несколько дней японцы прикрепили надписи на русском языке: «Осторожно, стекло!», «Тревога». Меня также удивило разнообразие блюд в столовой для спортсменов. Я, конечно, имел возможность питаться в Нагано и японской едой, но перед соревнованиями мы предпочитали привычную европейскую. Причем, некоторые блюда, как мне показалось, были изготовлены по русским рецептам. А вот в Турине наоборот — только итальянская кухня.

Даже немецкие бобслеисты срочно вызвали в Турин своих поваров. Удивили итальянцы любопытным новшеством. В некоторых местах олимпийской деревни асфальт просто не успели проложить, и потому поверх месива из тающего снега и мокрой глины в срочном порядке положили пластиковые и резиновые ковры, чтобы мы на своих ботинках комья грязи не тащили в гостиницу.

Поделился воспоминаниями с «СП» и двукратный олимпийский чемпион по биатлону Виктор Маматов.

— Наихудшими были условия в олимпийской деревне Лейк-Плэсида. Спортсмены жили в здании будущей тюрьмы для малолетних преступников. Комнаты для жилья были тесные. Под хранение спортивного инвентаря не приспособленные. И вообще, постоянно ощущалась атмосфера угнетенности, и даже воздух для дыхания был неприятный.

А если сравнивать олимпийские деревни по части уюта, который создали для спортсменов хозяева и организаторы Игр, наилучшим образом это удалось, как мне показалось, в Саппоро в 1972 году. В те годы мужчин селили еще отдельно от женщин. Но большой проблемы нам в общении это не создавало. «Мужскую» олимпийскую деревню от «женской» отделял всего лишь невысокий забор. По крайней мере, ежедневно на танцевальных вечерах, и даже перед ними и после них никто не мешал общаться спортсменам противоположных полов. На последующих Олимпиадах это разделение по половому признаку отменили, и спортсменов начали селить в одном здании со спортсменками.

Правда, это добавило одно существенное неудобство. В таких жилых корпусах имелась единственная сауна, и она работала по такому принципу: день — мужчина, на следующий день женщины, то есть, чередовались. Но сплошь и рядом возникают случаи, когда и спортсмену, и спортсменке после напряженной гонки в любой день может потребоваться парилка. Так что, со спортивной точки зрения, лучше бы продолжали селить мужчин отдельно от женщин.

Интересно, что будет в Ванкувере?

Популярное в сети
Цитаты
Сергей Ермаков

Заместитель директора Таврического информационно-аналитического центра РИСИ

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Новости сети
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня