Щелкунчик в ожидании принца

Вы никогда не задумывались, почему русские не сдавали Сталинград? Сдали Киев — мать городов русских, Минск — сердце Западной Руси, Одессу, Харьков, Орёл… Даже Севастополь. Даже.

А Сталинград — всё. За Волгой для нас земли нет!

И другое: почему бесноватый шеф-повар объединённой Европы всё гнал и гнал рейхсмясо на штурм города Сталина?

Волга? Так гитлеровцы вышли к ней и выше и ниже Сталинграда. Переправляйся, где хочешь! Отрезай, оставляй в окружении русские армии, и вперёд, в Заволжье!

…Нет, только Сталинград.

Адский кулинар не унимался потому, что именно там он хотел одержать символическую победу над Сталиным. Поэтому же Сталин — не мог отдать этот город, даже не город — топоним, груду развалин над Волгой. Поэтому же не мог отдать Ленинград — колыбель советской государственности…

Когда в Сталинградском котле забулькала с краёв подгоревшая и хорошенько промороженная баварская колбаска, зашкворчало тюрингское сало, когда по краям задымилась окровавленная итальянская паста и румынские драники — война Евросоюза образца 1939−1945 годов с Россией была проиграна.

Слово «Сталинград» и по сей день в сознании обыкновенных немцев синоним слову «катастрофа», незаживающая пробоина в исторической памяти, с которой самый технологичный и самый модернизированный корабль немецкой государственности уже никуда не поплывёт.

… Но значение символов для человеческой истории и сегодня отнюдь не ушло. И всё, что переживает Россия в последние годы, и особенно в этом году — тому наглядное подтверждение. Да, наскоро, да, из панелей и блоков, но — восстановленный Храм Христа Спасителя — возвращает нас в нашу историю.

Символ, ставший словом, озвученный президентом страны — начинает жить, начинает выстраивать нашу жизнь в соответствии с тем, о чём этот символ нам возвещает.

Ну не может Санкт-Петербург быть столицей Швейцарии или княжества Монако, следовательно… Когда Путин сказал о «Русском мире», он, вполне возможно, не отдавал себе отчёта о том, что это закончится санкциями, обвалом цен на нефть и падением рубля. Настолько вот… Но вопрос Новороссии был уже решён. Заметьте, как это отличается от лепета десятилетней давности об «удвоении ВВП», «росте жизненного уровня» и т. д. Потому что это не кудринский новояз и либеральное пустословие, это реальные символы — за которыми встают неотвратимые русские смыслы, за которыми встаёт самый неистребимый народ в мировой истории, и попробуй ему не соответствовать.

Поэтому повторюсь уже, наверное, в сотый раз: дело не в том, плохой Путин или хороший, а в том — способен он или не способен меняться, учиться…

И пока всё говорит, что способен — он растёт, он меняется.

Понятно, что в окружении Собчака, как и в правительстве Медведева, не учили в ответ на «Do you speak e…» говорить «а не пойти ли вам…». Но не всё сразу.

Да, пока ещё Путин напоминает Щелкунчика, который щёлкает средней сложности геополитические орешки и надеется избежать открытого столкновения с Крысиным королём, но… слишком много лазеек и мышиных нор в вожделенном Кремлёвском сыре наделано за последние годы. То тут, то там мелькнёт серая мордочка с блестящими глазками навыкате. А это значит, что крысиное войско стягивается, окружает нашу Рождественскую ель.

И вопрос только в одном: примет ли бой Щелкунчик, объединит ли разномастных и пока ещё таких домашних защитников Рождества, обернётся ли он наконец принцем?

Фото: Артем Геодакян/ ТАСС